Дело о вампире-аллергике (СИ)
– Прошу прощения, я не одета подобающе, – я встала как вкопанная и сказала первое, что пришло мне в голову, потому что не хотела, чтобы Бенефис вёл меня в столь дорогостоящее место. Одно дело – перекусить в кафетерии, другое – в ресторации «Дикая роза». Да и что греха таить, моего скромного заработка хватило бы лишь на чашку кофе в этом заведении.
– Глупости, – пресёк моё сопротивление Бенефис и взял меня под локоть. Пришлось идти с ним.
Когда я зашла в зал ресторации, то мне тут же стало стыдно за свой старенький свитер и помятые штаны, так как большинство находящихся здесь дам были облачены в вечерние платья и драгоценности. Начальник департамента ОТПРУ кивнул официанту и повёл меня за один из дальних столиков, спрятанных от остальных множеством растений в горшках и цветущими лианами. Пока мы шли, за нами раздавались шепотки, женщины недовольно смотрели на меня и влажными взглядами провожали подтянутую фигуру маглицейского. Я почувствовала себя пустым местом рядом с этим идеальным мужчиной. Он же, казалось, не замечал и не слышал ничего.
– М-м-м… мне неловко, это место не того уровня, куда я привыкла ходить, – честно призналась я полушёпотом. Только-только я стала успокаиваться в магобиле, как эта фешенебельная ресторация вновь вогнала меня в состояние стресса. Хорошо хоть, что ещё икать не начала. – Может, мы в другую ресторацию пойдём? – спросила я со слабой надеждой в голосе.
– Не переживай, хозяин «Дикой розы» должен мне и поэтому ужины мне и моим гостям всегда бесплатны. Заказывай, что хочешь, – он сверкнул белоснежной улыбкой.
Я дрожащей рукой взяла меню, чтобы понять, что совершенно не разбираюсь во всех этих названиях высокой кухни. На цены старалась и вовсе не смотреть. Конечно, Майкл Миттерсон был из богатой семьи и часто водил меня по различным кафетериям, но в «Дикой розе» мы не были ни разу.
– Да ты вся дрожишь, неужели так сильно замёрзла? – удивился Бенефис и раньше, чем я отказалась, накинул на меня свой плащ, прихваченный из магобиля. Аромат восхитительного древесного одеколона мужчины вскружил мне голову до такой степени, что я не сразу поняла, что от меня требуется, когда официант в третий раз повторил свой вопрос:
– А что будет заказывать леди?
– Ась? – я вернулась из мира грёз. – Мне всё то же самое, что и мужчине, – быстро проговорила я, так как всё равно не знала ни одного названия блюда. Клиенты заведения мадам Жадрин иногда заказывали еду, но, как правило, это были стейки или макароны с мясом. Что-то достаточно простое и понятное. Лишь эльфы иногда выделялись, прося какие-то сложные вегетарианские блюда, но тогда я просила Линду или Риану сбегать за заказом в соседнюю ресторацию.
Официант кивнул и забрал тиснёное золотой нитью меню. Я выдохнула. Даже сделать заказ в этом заведении мне было психологически непросто.
– Теперь твоя очередь, – Бенефис посмотрел на меня спокойным изучающим взглядом тёмно-карих глаз. – Ты так и не ответила мне ещё тогда, в доме мадам Жадрин, почему выпускница Магического Университета со столь редкой специальностью отказалась работать на государство и пошла в публичный дом?
– М-м-м… Как Вы уже наверно знаете… – начала я, слегка робея, потому что на меня в упор смотрел этот великолепный мужчина.
– Давай, лучше на «ты», – мягко, но настойчиво попросил Бенефис.
– Как ты уже знаешь, – поправилась я. Было неудобно тыкать начальнику отдела ОТПРУ, но раз он сам настаивает, – мы с Майклом Миттерсоном встречались в Магическом Университете со второго курса. Нам оставалось доучиться всего полтора года, мы строили планы о совместной жизни, как однажды я застала его с другой девушкой. Было крайне неприятно, – рассказывать и вновь вспоминать о той ночи, когда я застала полуобнажённых Майкла и блондинку, стало неожиданно больно. Уже почти три года прошло с нашего расставания, и я была уверена, что пережила и оплакала те события, но мой голос предательски дрогнул. – Я была по уши влюблена в Майкла и даже познакомила его со своей бабушкой, представив как жениха.
– А по окончании Магического Университета тебе предложили место в отделе с Миттерсоном? – проявил догадливость Бенефис, подливая тёплого вина с травами в мой бокал. Я грела о бокал руки и отпивала вкусный напиток маленькими глоточками.
– Да, – кивнула я, неотрывно глядя на вино и плавающую палочку корицы в нём. Глядеть в глаза Бенефису было отчего-то стыдно.
– А как вышло, что ты устроилась работать в публичный дом? – уточнил следователь, явно что-то обдумывая.
– Да всё просто, – пожала я плечами, – я уже на тот момент работала в нём. Зарплата меня устраивала, поэтому я и осталась у мадам Жадрин.
– Как? – в глазах брюнета появился всполох удивления. – Ты работала в публичном доме и не изменяла своему молодому человеку? Не хочешь ли ты сказать, что он ещё и знал о твоей работе?
– Я работала и работаю там горничной, – гордо ответила я, вскинув голову и впервые за разговор прямо посмотрев в лицо собеседника. – Да, согласна, весьма сомнительное место работы, но я никогда не работала жрицей любви.
– Любопытно, – пробормотал еле слышно Бенефис.
– Что именно? – я всё ещё ожидала нападок в свой адрес, а потому была как никогда собранной.
– Ты любопытная, – он улыбнулся, тем самым вновь меня обезоружив. – Когда я тебя впервые увидел, то был уверен, что ты работаешь жрицей любви. Сейчас же я вижу, что ты говоришь правду.
Я совершенно потеряла нить его рассуждений. А Бенефис побарабанил пальцами по столу.
– Ты знаешь, я уже был готов согласиться с Майклом, что дело очевидное, как пришла ты… и влепила ему пощечину за то, что он предложил тебе деньги. Ты фактически отказала клиенту на глазах хозяйки заведения. Сейчас я понимаю, что всё это время ты работала горничной, и мне становится понятным, почему ты так отреагировала на предложение бывшего парня. Но всё-таки меня что-то напрягает в этой истории…
Я затаила дыхание. Бенефис побарабанил пальцами по столу ещё некоторое время, а затем продолжил:
– Я видел у тебя пузырёк с кровью. Спрашивается: зачем девушке имитировать девственность, если она не работает жрицей любви?
«Ну, вот… и он туда же… и что мне ответить? Не могу же я сказать правду», – я опустила взгляд на руки. Бенефис хмыкнул на моё красноречивое молчание. Нам принесли еду, пока официант сгружал тарелки на стол, мы молчали оба.
– А почему Вы решили навестить Линду? – спросила я тихо, когда официант удалился.
– Потому что мадам Жадрин сказала, что ты взяла её смену. Моя интуиция подсказывала мне, что в этой истории всё не так просто, как кажется на первый взгляд, и как подумал Майкл. Как видишь, я оказался прав.
Я закусила губу, не зная, что ответить Бенефису. «Вот ведь умный мужик на мою голову оказался».
– Убийца что-то явно искал в вещах Линды. Судя по тому, в каком районе она жила, это не могло быть её вещью. По всей видимости, она что-то украла у клиента. Остаётся открытым вопрос, нашёл ли убийца то, что хотел или нет.
«Или же убийца сообразил, что отпечаток его ауры может остаться на универсальном ключ-камне горничной и захотел выкрасть улику, после того, как за расследование взялся сам глава департамента ОТПРУ», – струйка пота стекла у меня вдоль позвоночника. – «Ведь на переднике, в котором лежал ключ, была вышивка с её именем. Конечно, остаются вопросы по поводу их романтического ужина. Складывает ощущение, будто Линда знала убийцу, но в то же время слишком много совпадений в этой истории».
– Слишком много совпадений в этой истории, – озвучил мои мысли Бенефис, и я моментально очнулась от собственных умозаключений.
– Что? – переспросила я, так как не слышала того, что он говорил до этого.
– Слишком много совпадений в этой истории, – повторил следователь. – Ты находишь трупы вампира из знатного клана и жрицы любви, а на следующей день – тело горничной, что должна была выйти как раз в прошедшую смену.
– Я ничего не крала у клиентов! – тут же заявила я, вспомнив теорию Бенефиса о том, что Линда своровала какую-то вещь у клиента.