Молот заката
Он перевел взгляд на расположение войск барона Газана. Тот свел всю конницу в один кулак и выставил ее напортив рыцарей Рассвета. На своем левом фланге барон расположил бронированную пехоту.
«Говорят, это латники сэра Космина Темного, мастера меча, – подумал Антон. – Они рубятся двуручными мечами… Я бы не так расположил войска. Против рыцарей Рассвета поставил бы пехоту Космина. В центре – ту же сборную солянку дружинников. А напротив холма – всех всадников. И нанес бы основной удар по холму. Пехота Космина связала бы боем рыцарей Рассвета. А если бы призыватели вызвали тварь, то она бы не была задействована в брани. Мечники не пошли бы наверх, под ее плевки. Если б рассветные попробовали помочь своему военачальнику, им в бок ударили бы пехотинцы, а мечники Космина подпирали бы их с тыла. Главное захватить холм. Потом победа была бы уже в кармане. Но барон решил по-другому…»
В его боевых порядках натужно задудели боевые трубы, и войско барона двинулось на противника. Конница неровными рядами шагом двинулась на левый фланг противника. Внешне казалось, что эта лавина захлестнет горстку рыцарей в алых плащах.
Антон стал смотреть на то, как разворачивается сражение. Он впервые наблюдал со стороны, как сражаются местные лорды. Раньше он сам участвовал в битвах и общей картины в полном объеме представить не мог. Теперь ему было интересно, что выйдет из задумки барона.
Если дружины под предводительством барона Газана будут побеждать, он не станет вмешиваться. Если начнут проигрывать, придет на помощь.
Разглядывая пехоту Космина и то, как завораживающе четко и стройно латники шли к холму, Антон пропустил момент, когда на поле боя появилась трехголовая тварь. Гидра тут же стала плеваться ядом в конницу барона.
Головы гидры словно артиллерийские орудия, стреляющие шрапнелью, косили всадников, и в их передовых рядах образовывались прорехи.
Видно было, что всадники испугались и запаниковали. Никто не хотел подставляться под ядовитые плевки. Они стали придерживать коней, скучились, и в этот момент отряд рыцарей Рассвета слаженно опустил копья и направил коней в атаку на расстроенные ряды конницы барона.
Антон видел, что гидра не нанесла большой урон коннице. Упало с десяток всадников, и все. Но психологический эффект ее атаки был силен. Он подорвал боевой дух дружинников, и они растерялись.
– Надо обходить рассветных по флангам, – не выдержав, закричал Антон. Но вместо этого конница топталась на месте. Командиры не принимали решений и не отдавали приказов. А задние ряды всадников, увидев скачущих рассветных рыцарей, стали поворачивать коней назад.
Рыцари Рассвета ворвались в расстроенные ряды всадников Газана. Сбили копьями первые ряды и, выхватив мечи, принялись рубить своих противников. Их мечи, как косы смерти, косили направо и налево, сея вокруг себя смерть и ужас. Среди воинов-лордов барона началась паника. Всадники барона не выдержали натиска рыцарей Рассвета. Лорды не стали ждать, когда их всех покрошат на куски. Они первыми повернули коней назад и стали покидать поле боя.
«Всего двадцать всадников разгромили сборную лордов», – ошеломленно подумал Антон. А рыцари развернули коней и направили их на фланг пехоты.
– Ерлав! – крикнул Антон. – Беги к нашим. Пусть Ермил выводит дружину из оврага. Строит ее напротив холма, но не спешит. Я сам поведу дружину в бой.
Антон уже понимал, что дружины лордов барона Газана обречены. Основная сила его войска позорно бежала с поля боя. Остальные вяло сопротивлялись и готовы были повально удариться в бегство. Он соскочил с дерева и бегом поверху балки направился к своей дружине. Ермил уже построил ее в боевой порядок клином.
Антон вскочил на своего коня и, подняв правую руку над головой, крикнул:
– Шагом, за мной! Слушай мои команды! В атаку! – И пришпорил коня.
По ходу движения Антон постепенно увеличивал скорость, разгоняя коня для таранного удара. Его отряд выскочил на простор, когда отряд рыцарей Рассвета рассеялся и преследовал убегающих пехотинцев. Они далеко отошли от холма. Войско барона и сам он отступали, что больше было похоже на бегство. Лишь отряд латных мечников огрызался и медленно отходил.
Антон мимолетным взглядом окинул поле боя, мгновенно оценил положение дел, не упуская из поля зрения склон холма, где расположились призыватели. Направил дружину на рыцарей, где развевался стяг барона Гуттенберга. Его дружину не замечали. Шум боя впереди заглушал все остальные звуки.
Антон поднял кулак левой руки и показал два пальца. Это был сигнал – стрельба из луков. Он махнул рукой в сторону призывателей. До них было локтей двести.
– Огонь луками по повозке, – обернувшись, крикнул Антон, и десятники передали команды.
Дальше дружинники на ходу отставили копья и выхватили луки. Не целясь, осыпали повозку стрелами. Защита рассветных не спасла их. К первым стрелам Антон приказал привязать освященные Госпожой Заката нательные крестики. Это было его тайным оружием, которым он еще не пользовался и не знал, сработает его задумка или нет. Но проинструктированные дружинники все сделали правильно. Несколько раз на склоне холма мелькнул яркий свет, и тела призывателей, утыканные стрелами, повалились на землю.
Антон опустил копье и прокричал клич:
– Закат!..
Это был их новый боевой клич. Почти полсотни глоток подхватили этот крик.
Их заметили и услышали, когда уже было поздно что-либо предпринять. Кони, не сбавляя темпа, выскочили на вершину холма и врезались в суматошно суетящихся всадников. Длинные копья с бронзовыми наконечниками сбили всадников с коней, а Антон лицом к лицу столкнулся с разинувшим рот лордом в золоченых доспехах. Тот даже не успел надеть шлем на голову. Он ошеломленно смотрел на острие его копья.
Подправив немного направление острия, Антон воткнул его в открытый рот лорда и свалил его с коня. Дружина без остановки прошла весь холм. Сбила стяг, уронила шатер, внутри которого горели открытые жаровни, обогнула телеги и помчалась в тыл рассветным рыцарям. За спиной разгорался пожар.
Антон посмотрел налево и обрадовался. Гидра исчезла со смертью призывателей.
Конница Антона проскакала мимо латников Космина. Латники отдали честь его дружине, отсалютовав мечами, и Космин Темный повел своих воинов на верх холма.
Теперь все лавры победы достанутся ему. «И пусть», – решил Антон. Он пришпорил коня. Всадники дружины выбросили сломанные копья и выхватили шестоперы. Рассветные рыцари азартно охотились за пехотинцами и не заметили новую угрозу. Они развлекались, празднуя победу. Удар в спину рыцарям получился сокрушительный. Рассветные рыцари, лишенные своей защиты, не могли оказать сопротивления обученным воинам Антона. Те нападали по двое с разных сторон и сбивали рыцарей с седел. Рыцари падали, как переспелые снопы. Они без магической силы плохо держались в седлах, не умели сражаться мечами. Вся их сила была в магической мощи паразитов, которые защищали своих носителей. И это стало их главной слабостью. Рыцари Рассвета пренебрегали тренировками. Да и зачем, если умения и силу дает им поселившийся в них господин?
Дружинники лордов, увидев, что пришла помощь, стали оборачиваться и добивать рыцарей на земле. Они действовали яростно и беспощадно, но при этом не забывали о трофеях. Заколов несчастного рыцаря, тут же начинали грабеж тел. Дрались, ругались за трофеи, хватались за топоры и копья. Только вылезшие черви пугали их и отгоняли от убитых.
Один из рыцарей с солнцем на шлеме-ведре поднял руку и бросил меч.
– Мы сдаемся! – закричал он. Антон скривился.
«Какие хитрые крысы», – презрительно подумал он, а в спину рыцаря прилетел двуручный топор. Воин с хеканьем опустил секиру на спину рыцаря Рассвета. Тот вскрикнул и повалился на землю. Его тут же окружила толпа воинов. Он еще был жив, а с него грубо сдирали сапоги, шлем и лезли глубже, где могло храниться золото.
Антон махнул рукой и повел свой отряд к дружине, которая остановилась в льга от места битвы, – над ней развевался на ветру стяг барона Газана.