Молот заката

– Милорд, посторожите, – тихо попросила Рыжая. – Я по нужде хочу.
– Так иди, тут волков нет, – вытирая уши, ответил Антон.
– Боюсь одна. Подглядывать будут.
– Кто, Рыжая? Все заняты. И туман по колено…
– Все равно посторожите, – умоляюще глядя на Антона, попросила девушка.
– Ладно, пойдем, боязливая горянка, – снисходительно усмехнулся Антон и сопроводил девушку к нужнику.
– Уши закройте пальцами, – попросила из-за загородки Вираг.
– А это еще зачем? – удивился Антон. Потом спохватился и засмеялся. – А-а! Я сейчас отойду, не бойся. – Он отошел на десяток шагов и закрыл уши. Вскоре подошла Вираг и стала заправлять исподнюю рубаху в штаны.
– Пошли, я тебе на руки полью, – позвал ее Антон и направился к бочке.
– Зачем? – удивилась девушка.
– Затем, что после нужника нужно мыть руки.
– Так я их не испачкала, вот смотрите, – и повертела ладони перед Антоном. – У меня тряпочки с собой. И это… – она замялась. – Можно мне в обозе ехать?
– В обозе? Что случилось? – не понял ее сконфуженного вида Антон.
– У меня это… – девушка зарделась. – Женское… Началось…
– А-а-а, месячные. Ну, поезжай. И знаешь что, ты вместе с Флапием сегодня отправишься домой. И не спорь, – Антон поднял руку, останавливая начавшееся было извержение просьб. Он наклонился к девушке и тихо произнес: – Мне надо, чтобы с обозами был человек, которому я доверяю. Ты проследишь за старым и доложишь Франси о том, как мы тут воюем. Передашь мое распоряжение, чтобы она перебрала трофеи и хорошо их спрятала. Сломанное отдала Торвалу починить. Пусть еще поможет восстановиться Ксиле. Поняла?
Девушка стрельнула глазами в сторону старого Флапия и кивнула.
– Поняла, милорд.
– Тогда пошли руки мыть.
– Зачем?
– Затем, что все болезни от грязных рук. Надо, Рыжая, соблюдать гигиену.
Он пошел первым, а Вираг поплелась за ним следом. По дороге прошипела:
– Ну, прямо имперец, да и только. Руки мой, о штаны не вытирай…
– Ты что-то сказала? – обернулся Антон.
Вираг испуганно вздрогнула.
– Нет, милорд. Это я про себя…
– Ну, про себя можно, – кивнул Антон. – Про меня нельзя…
Через пару часов два обоза тронулись обратно в земли Антона. Сопровождал их отряд наемников, метателей дротиков и новая дружина сэра Жимайло из полутора десятков воинов. Множество возов, груженных продовольствием и трофеями, потянулись из леса по извилистой размокшей дороге на юг. А Антон с дружиной и обозом для барона не спеша двинулся на север.
До замка рыцаря Ошбрака было примерно двадцать льга, и Антон планировал за два дня пройти это расстояние. Без обоза он мог быть у замка уже к вечеру. Но нагруженный трофеями и обремененный обозом, он не спешил. Воинской славы Антон не искал. Ему было безразлично, сколько побед он одержал, главное – это выполнить поставленную задачу. А слава героя всегда найдет, так говорил замполит батальона, в котором он проходил срочную службу, и Антон в это свято верил.
День тянулся бесконечной лентой разбитых дорог, лесов, речек и болот. От однообразия пейзажа Антон, сидя в седле, дремал. Когда наступил вечер, он даже обрадовался.
Ночевать остановились в рощице, на крутом берегу довольно широкой, локтей двадцать, речки Медведицы. Ночевал Антон в возу, укрытый шкурой медведя, на мешках с овсом. К вечеру небо затянуло тучами, и стал накрапывать дождь.
Утром, с хмурым рассветом, быстро перекусили сухим хлебом с салом, запили водой из реки и тронулись вдоль речки в сторону брода.
Переправившись через речку, поднялись на возвышенность. До замка оставалось пять-шесть льга. Впереди с холма быстро съехал всадник и замахал рукой. В нем Антон узнал Ерлава.
Подскакавший разведчик сообщил:
– Вы все верно рассудили, милорд. Барон не стал вступать в сражение. Он водил свои дружины туда и сюда, а в бой не ввязывался. Ждал чего-то. Но сегодня, видимо, решил дать бой. Дружины лордов стали строиться для битвы напротив войск противника. Противник занял холм в льга от замка и в бой не лезет. Там много рыцарей Рассвета. Я поскакал к вам, когда все только начиналось и барон стал выстраивать боевые порядки. Это часа три займет, не меньше.
 
– Мы с какой стороны от противника? – тут же спросил Антон.
– Мы находимся у них в тылу, милорд, – радостно оскалился разведчик. – Можем напасть неожиданно.
– Спешить не будем, Ерлав. Бери передовой дозор и двигайся к месту сражения. Найди такое место, где мы можем посмотреть на бой и потом напасть с тыла.
– Ага, понял, милорд. Старшине команду дайте выделить воинов.
– Старшина Ермил, – Антон повернулся к одному из командиров, – выдели Ерлаву пять воинов.
– Есть выделить пять воинов, – ответил старшина и тут же принялся раздавать команды.
– Ерлав, где можно спрятать обоз, чтобы его не обнаружили? – снова обратился Антон к разведчику.
– Там дальше, милорд, болотце. Справа от него лесочек, льга полтора отседова. Туда можно загнать обоз.
– Хорошо, покажешь это место. Ермил, раненых оставишь охранять обоз.
– Есть оставить раненых охранять обоз, – повторил команду старшина и передал приказ сержанту. – Сержант Фармил, остаетесь с ранеными за старшего командира и будете охранять обоз.
Фармил и Ермил были братьями-погодками, сыновьями деревенского Урсела-кожемяки. Они показали отличные способности к воинскому делу и быстро поднялись в звании. Но Ермил был более тверд характером и более суров. Он быстрее вжился в армейскую жизнь и показал лучший результат в учении, чем брат.
В дружине Антона Ермил занимал должность исполняющего обязанности капитана. Ставить его капитаном Антон не спешил. Молод был и не имел опыта. А вот капитана у него не было, его обязанности делили на двоих Флапий и Эрмил. Но как считал Антон, это было временно.
Обоз завели по краю болотца в лесочек и там спрятали. Антон с дружиной последовал за Ерлавом.
Три льга до замка преодолели менее чем за час. В балке перед сожженной деревушкой встретили оставленных Ерлавом воинов. Они разведали ближайшие окрестности и выбрали место скрытого расположения для дружины.
Антон оставил в балке свой отряд, а сам с Ерлавом пешком направился к замку.
Замок высился серой скалой на высоком берегу той же балки, где протекала заросшая тростником речушка. Небольшой. Меньше, чем у Антона, но выглядел солидно из-за своих каменных стен. Башня и стены делали замок трудной целью для осаждающих его врагов. С одной стороны обрыв глубиной локтей сорок и стены в двадцать локтей вышиной. С другой стороны замка ров, частокол, вал и стены в те же двадцать локтей высоты. В стенах – амбразуры для арбалетчиков. Видно было, что Ошбрак заботился о своей безопасности.
В самом замке было тихо. Казалось, замок вымер. Оттуда не доносилось ни звука.
Антон поднялся по извилистой тропинке наверх балки и сразу же увидел лагерь противника. Он находился на холме, по правую руку от замка и немного впереди. Ниже и дальше расположились дружины, ведомые бароном Газаном.
Антон взобрался на большое раскидистое дерево и с высоты стал оглядывать диспозицию. На вершине холма находился командир вражеских войск с конной дружиной примерно в двадцать всадников.
«Вот точно говорят, – подумал Антон, – вчерашние союзники сегодня могут стать врагами».
Еще летом противоборствующие силы были на одной стороне, а теперь их разделила вера. Одни верят в Закат, другие в Рассвет, и все сражаются за истинную веру. Хотя Закат и Рассвет, по мнению Антона, это всего лишь время суток…
Справа и слева от конных расположилась пехота, полторы-две сотни бойцов. Перед ними поставлены телеги. По левую руку от командира противников, на пологом склоне, выстроился отряд рыцарей Рассвета – два десятка всадников. Антон усилил зрение и приблизил холм. Среди рыцарей в повозке стояли два призывателя.
«Противника значительно меньше, чем сил у барона, – подумал Антон. – Но не в количестве сила. Там призыватели, которые могут решить исход битвы. Это самые опасные и непредсказуемые бойцы. Понимает это барон или нет? Его рыцари – бойцы неплохие, но неорганизованные и не жалуют дисциплину, а дружины лордов вообще ни о чем».