"Фантастика 2023-111", Компиляция. Книги 1-15 (СИ)
— Шифтинг! — рявкнул майор своему подразделению. Враг объявился слишком близко, чтобы успеть перезарядить оружие, а значит — не миновать «рукопашной».
Ладони Спартона разжались, выпуская раскалившиеся автоматы. Майор почувствовал вспышку боли, точно наступил на электрический провод. Сознание на секунду помутилось, а когда, видоизменённое, вывороченное наизнанку, вернулось, бойцы «Альфы» уже бежали вперёд в образе огромных свирепых волков, на спинах которых болтались «вещмешки». Завязалась схватка оборотней, через несколько минут окончившаяся в пользу спецназа. Измененный разум майора, в миру Джеймса Спартона, носящего имя зверя Рикос, отметил, что вьетнамские оборотни не крупные и не сильные, как можно было ожидать. Другое дело — ирландские берсерки, к роду которых принадлежал Спартон.
Спецназ перегрыз горло двадцати двум волкам, прежде чем ворвался на клад, где держались заложники.
— "Бета-два" — взводу: территория полностью заминирована. Сопротивление подавлено. выходите, ребята, давайте убираться отсюда к дьяволу!
Спартон повел ушами, вслушиваясь в доклад. Из его глотки вырывалось горячее дыхание, смешанное с приглушенным утробным рычанием.
Операция завершена. Почти.
Остается уничтожить свидетелей потустороннего...
Спартон-Рикос медленно обошел толпу сгорающих от немого ужаса заложников. Оборотни и вампиры успели загрызть некоторых до смерти, почти всех остальных инициировали упыри. Трое волков-спецназовцев с молчаливой злобой в глазах смотрели на людей и командира, вожака, обходившего их. В каждом движении берсерка чувствовалась животная сила, взгляд пылал красным пламенем, испускающим зеленоватый туман. Кошмарный оборотень заставил заложников впасть в ступор, загипнотизировал их, как удав гипнотизирует кролика.
Вдруг Спартон услышал знакомый звук. Это был рокот винтов военно-десантных вертолетов. Выбегая наружу, Спартон приказал себе вернуться в человеческое обличье...
Полковник Джеккинс с замирающим сердцем вслушивался во тьму. Когда началась стрельба, он нервно выдохнул от неожиданности.
— Сэр, похоже, они развязали бойню! — выкрикнул Роджерсон.
— Слышу, — скрипнул зубами Джеккинс. — Приготовьте вертолеты. На всякий случай...
Пока два больших десантных вертолета разогревали моторы и принимали на борт пехотинцев, полковник с оформившимся чувством беды слушал непрекращающуюся пальбу, доносящуюся сквозь спящие джунгли со стороны Форт-Боарда. Отряд по борьбе с терроризмом превратил операцию по освобождению в настоящий штурм! Одному Богу известно, как это обернется для плененных гражданских...
Когда взорвалась башня наблюдательного пункта, полковник плюнул на все бумаги и приказания начальства не вмешиваться в дела взвода «Вольф-терр», забрался в вертолет и отдал приказ взлетать. Машина протяжно взвыла, быстро набрала высоту и через пять минут уже стала заходить на посадку. Джеккинс увидел внизу суетящийся спецназ, оттаскивающий в сторону раненых и убитых бойцов в чёрных комбинезонах. Еще он заметил несколько здоровенных собак, мелькнувших в свете пылающей вышки. Через секунду, однако, полковник был вынужден непроизвольно встряхнуть головой, ведь собаки перестали быть собаками, а превратились в людей.
Голых людей...
Вертолеты сели. Полковник первым спрыгнул на землю, и к нему тут же направился узнаваемый даже в темноте майор Спартон. На ходу командир спецназа застегивал «молнию» чистого — точно новенького, а не прошедшего горячий бой! — комбинезона.
— Что здесь произошло? — громко и требовательно спросил Джеккинс. — Где заложники? Вы освободили их, майор?
— Зачем вы прилетели? — зло рыкнул Спартон, позабыв о всякой субординации. — Между прочим, это секретная операция ЦРУ! Немедленно убирайтесь!
— Вначале я должен убедиться, что с моим сыном... что с заложниками всё в порядке, — запнулся полковник. — Отойдите в сторону!
— Забирайте своих людей и улетайте отсюда к чертям! — утробно зарычал Спартон. — Это приказ!
Полковник обомлел от такой дерзости. Резко развернувшись, он ударил майора кулаком в лицо.
— Молчать! — орал офицер. — Мне плевать, что ты из ЦРУ! Я немедленно распоряжусь начать расследование по факту вашего участия в штурме; чую, здесь пахнет нечистым!
Скривив лицо в гримасе презрения, Спартон провел ладонью по месту ушиба, чмокнул губами и тихо прошипел:
— Вы не представляете, насколько правы... Взорвать базу!
— Что? — не понял полковник.
Но он понял всё и сразу, едва вокруг раздались громкие трескучие взрывы. Техника, бараки, командный пункт, склады — всё взлетело на воздух одновременно.
— Убрать вертолеты! — послышался среди грохота жесткий голос Спартона.
Из темноты вырвались реактивные снаряды ручных гранатометов. Полковник успел отпрыгнуть в сторону и избежать гибели, затем взрывная волна швырнула его далеко от разваливающегося вертолета. Майор Спартон, казалось, не обращал на взрывы ни малейшего внимания, будто стоял не среди пылающей и рвущейся в клочья военной базы, а где-нибудь на просторном лугу под ясным небом. Отдав суровый приказ убить всех уцелевших пехотинцев, он подошел к отплевывающемуся кровью Джеккинсу.
— Зря вы появились здесь, полковник. Это была не ваша битва.
Джеккинс попытался достать пистолет, но майор перехватил его руку, забрал оружие и направил ствол прямо в голову полковнику. Прежде чем расстаться с жизнью, Раймонд Джеккинс отстраненно отметил отсутствие за спиной майора вещмешка.
Спартон застрелил полковника, отбросил пистолет и спросил в воздух, глядя, как его бойцы добивают горящих пехотинцев:
— Потери?
— Убито семеро из подразделения «Альфа», трое из подразделения «Бета». Четверо человек ранено.
Майор кивнул:
— Сжечь тут всё к дьяволу...
* * *Как вы догадались, депутат Государственной Думы Иван Алексеевич Николаев недвусмысленно предлагал мне вступить в криминально-инфернальное сообщество, в стаю Ирикон. Иначе — смерть. Неизбежная, неотвратимая, мучительная, скорее всего. Беснующегося в ночи оборотня за милую душу пристрелят вездесущие охотники, а коли они запоздают, у Ирикона всегда найдется пара-тройка превосходно натренированных, натасканных на убийство себе подобных волков. Да, вся эта нечисть, плодящаяся за спинами людей, боится разоблачения, массового разоблачения. В тёмном-то переулке они — хозяева ситуации.
В общем, у меня просто не было выбора. Попадать под пули и лезвия светлых не хотелось, в безумстве бегать и творить злые дела — тоже. Не пришлось даже перешагивать через якобы существующий моральный барьер, разграничивающий жизнь праведную и жизнь преступную. Знаете, менты в наше время весьма далеки от образа бравых, честолюбивых, справедливых и надежных защитников прав и свобод граждан, закона и порядка. Они такие же люди, как вы или, скажем, я какое-то время назад. И, как любой человек, любой мент подвержен чисто человеческим слабостям, грешкам и грешочкам. А власть, так или иначе вложенная даже в руки вшивых патрульных, превращает грешочки в полновесные грехи, слабости — в пороки. Поэтому я нисколько не страдал морально от того, что из лагеря милиционеров-доблестных-служителей-закона перешел в демоническую банду тотальных отморозков, не знающих другой жизни окромя криминальной.
Николаев, будучи бизнесменом и политиком одновременно (притом нельзя сказать, в какой сфере его интересы проявлялись наиболее ярко), сумел сколотить вокруг себя прочную группу низших демонических существ и занял место вожака многочисленной стаи. Довольно важная и почётная должность, кстати говоря. Депутатская неприкосновенность послужила самой лучшей защитой от ненужных соглядатаев и постоянно рыскающих в поисках сенсаций папарацци. бетонная стена с токопроводящими элементами и вооруженные телохранители тем паче отпугивали нежелательных гостей от резиденции депутата, в узких кругах известной как Волчий Замок, или просто Замок. Двухэтажный дом в центре просторного сада был лишь вершиной айсберга, сокрытого под землей. Там, на глубине нескольких метров от поверхности находился обширный гараж, двести двадцать пять клеток, арсенал и конференц-зал для заседаний особого рода. Также под землей располагалось что-то наподобие общежития для боевиков Ирикона.