Тени прошлого (СИ)
Дамблдор спокойно молчал, из-под кустистых бровей внимательно разглядывая зельевара. Наконец, приняв какое-то решение он ответил.
— Раз уж вы столь любезны, дорогой Северус, что взвалили на свои плечи общение с попечительским советом и прочие хлопоты, то будь по-вашему. Не усматриваю в прибавлении нового ученика никаких проблем. Но… — Тут он замолчал и прожевав одну лимонную дольку, продолжил. — В связи с тем, что мисс Долохов вернулась из небытия, могут быть открыты новые обстоятельства ее дела. Я просто обязан уведомить Министерство и соответствующие органы о ее пробуждении. Вам двоим придется как минимум пару раз навестить следователей, будьте к этому готовы.
— Конечно. Я и сам бы не прочь узнать, кто виновен во всем случившемся. — Уверенно кивнул профессор Снейп. — В таком случае я подготовлю все необходимые бумаги и привлеку к этому профессора Флитвика?
— Нет-нет, Северус. Зачем же беспокоить столь занятого человека попусту. Быть может его участие нам и не пригодится. — На тонких губах директора промелькнула, как мне показалось, лукавая улыбка. — Думаю, все можно сделать проще.
Снейп вопросительно изогнул бровь.
— Но как же? Элиз Долохов была ученицей Когтеврана. Мне кажется участие декана ее факультета обязательно.
— Северус, мальчик мой, случай этого дитя уникален. В связи с ее недееспособностью по прошествии некоторого времени, архивная магия признала мисс Долохов уже завершившей обучение по причине прошествия семи лет. Мы официально не отсчитывали ее с курса. В связи с этим возникает коллизия.
— Но возможно ли это обойти? — Снейп озадаченно потер висок. Кажется, у него начинала болеть голова.
— К сожалению Элиз Долохов уже официально признана древней магией завершившей обучение. И не мне переписывать древние законы. Но… — И вот опять эта глубокомысленная пауза, заставляющая слушателей подобраться и навострить уши. — Кажется, ты Северус, говорил мне что ради пробуждения мисс Долохов принял ее в свой род, не так ли?
Мы на мгновение замерли. В то время как я от неожиданной новости просто утратила дар речи, Снейп нахмурился и возмущенно сверкнул угольками глаз. Кажется, этого я не должна была узнать. Но как это вообще называется? Без меня, меня женили? Так что-ли?
Насладившись произведенным эффектом и теперь уже точно лукаво прищурив глаза, Дамблдор протянул:
— Удивительны и непознанны пути судьбы. Мисс Элизабет Долохов уже не имеет шансов вернуться в прошлое. Но мисс Элизабет Принц, которой еще не исполнилось даже шестнадцати лет, вполне может продолжить обучение в нашей школе. Вот только для этого ей придется пройти повторное распределение на факультеты. В связи с нетривиальностью случая, я попросил Минерву провести небольшую, камерную так сказать, церемонию прямо сейчас.
Как будто ожидая этих слов двери распахнулись явив нам строгого декана факультета Гриффиндор. За прошедшие годы Минерва Макгонагалл осталась практически такой же как я ее помнила. Разве что появилось несколько новых морщинок на лице да седых локонов прибавилось в некогда полностью каштановых волосах. Она ничем не выдала свое удивление, а спокойно подошла к креслу, которое занимала я. Похоже только мы со Снейпом были не в курсе происходящего.
— Позволите, юная леди? — Макгонагалл держала в руках известный всем ученикам Хогвартса предмет. Распределяющую шляпу, что коснулась каждого желающего пройти обучение в этих древних стенах.
Что будет если я пройду повторное распределение? Я ведь уже не ребенок. Дети чисты, и даже если ошибаются в своем выборе, никогда особенно о нем не жалеют. Взрослые — другое дело. Взрослым свойственно печалиться о несбыточном и утерянных возможностях. К тому же появляется столько тайн и скрытых желаний, которые уж никак не хочется открывать посторонним. С другой стороны — есть ли у меня выбор?
Я посмотрела на Снейпа. Он стоял нахмурившись в привычном жесте сложив руки на груди. Я сама сделала этот выбор. Правильный или нет, он привел меня сюда. И сейчас я не вижу возможности избежать этого пути. Или нет?
— Да, конечно, профессор. — Тихо проговорила я, сглотнув вязкую слюну.
На мои глаза опустилась темнота.
«Хм, ну надо же! Я ведь знаю тебя. Уже встречались, не так давно было это. И вот меня снова одели на эту запутанную головку. Кстати, твое сознание стало еще сложнее, чем помню я. Что? Просишь меня снова распределить тебя?! Ну и наглость же! Хм… Как интересно… Многое же с тобой произошло… И что же ты скажешь мне сейчас? В прошлый раз перед тобой открывал я две дороги. Ты выбрала более сложный и запутанный. Как вижу, прав был я, отговаривая тебя от этого пути. Но возможно тогда ты и не могла иначе. Что ж, могу сказать, что для этой запутанной дороги все меньше подходишь ты. Возраст взял свое и выбор стал более очевиден. Что, даже не станешь меня отговаривать? Даже за-а? О вот оно как, хе-х! Раз такое дело, то будь по сему. Не возражаю!»
— Слизерин!
Я медленно стянула шляпу. На меня внимательно смотрели три пары глаз. Две пораженно и одна крайне довольно.
— Вот видите Северус, теперь нам точно не придется беспокоить профессора Флитвика. — Директор довольно ухмыльнулся и сжевал еще одну лимонную дольку.
***
Организовать быт оказалось значительно проще, чем представлялось мне изначально. После моего длительного и сложного разговора с директором, Элиз официально приняли в Хогвартсе и поставили на довольствие. Она вновь была зачислена как студентка теперь уже седьмого курса. Дамблдор решил, что так будет лучше, дав тем самым Элиз целый год на адаптацию. И взвалив на меня дополнительные обязанности по ее кодготовне и обучению как на ее опекуна. И декана. До сих пор поверить не могу, что такое возможно! За всю историю Хогвартса ни разу не было зафиксировано случая, когда ученик менял факультет. И я даже не знаю, радоваться этому или рвать на голове волосы. Но я надеялся, что за лето этот вопрос удастся хоть как-то решить. Кроме того, после утомительного обсуждения и разговора с самой Элиз, Дамблдор неохотно, но все же дал непреложный обет не только не разглашать подробностей ее истории, но и подумать о дальнейшей судьбе девушки.
После этого оставалось только обустроить ее спальное место и подготовить вещи на первое время. Весь этот период Элиз неотрывно следовала за мной. Правда мне приходилось постоянно ее поддерживать. Она не могла долго стоять и быстро уставала. Как было выяснено опытным путем, дистанция на которой подопечная могла находится в безопасном отдалении от меня колебалась в районе ста пятидесяти метров. Это было меньше чем то, что обещал Вайс. В случае если расстояние увеличивалось, на Элиз нападала сонливость, начинали мучать головные боли и страшные пугающие галлюцинации. Если же расстояние продолжало увеличиваться, то ученица впадала в глубокий сон на подобии комы. После одного такого неудачного эксперимента мне пришлось час откачивать Элиз и приводить ее в чувства. А потом ее еще недели две мучали страшные сны. Уж слишком велика была сила проклятых кошмаров.
Вот почему пришлось привыкать к тому, что теперь у меня есть постоянный и неизменный компаньон. Для человека, прожившего большую часть жизни в полном одиночестве, не считая работы и занятий, это было самым трудным. Порой я просто закрывался в своей лаборатории, не смотря на то что Элиз после пробуждения оказалась крайне молчалива и не доставляла никаких хлопот. Но само присутствие на моей территории постороннего приносило душевный дискомфорт, заставляя все время быть в напряжении. Из-за этого я стал раздражительнее и чаще срывался на окружающих. Прекрасно понимая причину своих срывов, я тем не менее ничего не мог изменить.
Но в отличие от своего повседневного поведения и возможных перепадов настроения, с Элиз я неизменно был предельно корректен и обходителен. Старался быть именно таким. Эта девушка внушала мне что-то сродни уважения и опасения одновременно. Слишком уж она оказалась отстраненной. Это было ненормальным. Я уж начал думать, возможно это сказываются последствия проклятия. Элиз не улыбалась, ничего не требовала и не просила. Большую часть времени проводила либо за книгами, съёжившись в кресле и глядя на огонь в камине.