Цивилизация 2.0 Выбор пути (СИ)
Стайка девчонок хвасталась немного подросшими котятами - они уже не шипели на людей, благосклонно принимали угощение - рыбку или кусочек мяса, но гладить, или тем более, брать себя на руки, не позволяли.
Возле загона мы нашли Рауга, с интересом наблюдающего за поросятами. Звероловы выследили семейство кабанов, и, сначала перебив все взрослое стадо, стали ловить разбежавшуюся мелочь. Часть из них этот процесс не пережила, но два десятка малолетних свинов все же поймали, и притащили в город. Поголодав пару дней, они принялись уничтожать принесенные им охапки молодой травы и корней. И теперь не только дети и подростки, но и взрослые охотники постоянно таскали своим подопечным еду.
Идея кормить зверей, а потом, когда они вырастут, забить на мясо, Раугу очень понравилась. А когда он узнал, что имея большое стадо животных, можно будет не ловить их, а разводить, то был просто в восторге. Планы на развитие этого дела у него были огромные - строительство новых, обширных загонов, ловля коз, лошадей, туров, заготовка корма…
Но это все будет позже, сейчас, когда в природе дикие поросята подросли, приручить их будет практически невозможно. А пока все свободные от охоты и рыбалки таскали руду и уголь, впереди было самое значительное событие этого года - первая плавка железа.
Оставив Рауга со своими питомцами, мы прошли дальше. Полоса ловушек и капканов была разобрана, вал из ветвей давно пущен на топливо. Теперь здесь в полутени от редких оставшихся нетронутыми деревьев сохли ряды деревянных распорок с шкурами, преимущественно кабаньими. Впрочем, десяток рыжих шкур лисиц и столько же белых заячьих тоже были в наличии. Чуть дальше, у границы леса эти шкуры отмокали в дубильных растворах, ивы здесь не было, зато коры дуба - сколько угодно.
Преодолев эти заграждения, мы прошли в центр Лантирска, за двойное кольцо юрт. Два рода Белок уже переселились, но род Куниц пока переправил только половину состава. Один очаг не справлялся с потребностями едоков, и теперь рядом с памятным столбом основания города горели уже три костра, вокруг которых хлопотали женщины. Ручьев поблизости не было, и речную воду для питья я велел кипятить, опасаясь вспышек болезней или паразитов.
Посуды стало намного больше, работать с глиной научились многие, и активно лепили самые разные миски и горшки, заменяя разбившиеся и делая запас. Здешняя глина была качественнее крымской, и изделия из нее были и легче, и прочнее.
В обществе неандертальцев вполне закономерно началось разделение на более узких специалистов - появились первые скотоводы и гончары, рудокопы и шахтеры, скорняки и сапожники, корзинщики и плетельщики веревок. Конечно, люди в большинстве так и оставались универсалами, но начало разделению труда было положено.
Лантирск сейчас был палеолитических Вавилоном - здесь говорили на трёх языках, упрощённом русском и двух неандертальских наречиях. Зимой нужно будет снова проводить обучение, самостоятельно, через общение процесс шел медленно - слишком много людей было задействовано в моих проектах, и не всегда в их составе были старожилы племени Солнца.
Уже под вечер, когда мы с Эрикой, сидя у костра хлебали уху, ко мне подошёл Пратт.
- Дим, выбери для меня и Лессы дело. Важное дело.
- Разве вам мало ежедневной работы?
Странная просьба, до этого люди просто присоединялись к той группе, где не хватало рабочих рук
- Работы хватает… Дим, я говорю о настоящем деле, чтобы наша семья заслужила право основать новый род.
- Ты считаешь, твои родичи не захотят жить с нами?
- Захотят, обязательно захотят. Дим, наш род очень большой, и этой осенью, когда большинство мужчин приведет в свои дома женщин, он должен разделиться на два новых рода. Так поступил род Белок пять зим назад.
А парень непрост, думает наперед… Что же, не буду его разочаровывать. Одна идея у меня была, и он отлично подойдёт для ее реализации.
- Пратт, я расскажу тебе сразу о двух новых и важных вещах. Но чтобы их сделать, тебе придется постараться.
Парень сосредоточено кивает, он весь обратился в слух.
- Первая вещь называется сеть. Ею можно ловить рыбу. Ты уже видел веревки, что плетут наши женщины из крапивы, жгучей травы?
- Да, Дим. Веревки - это удивительные и очень полезные вещи.
- Вот пусть твоя жена и учиться их плести. Завтра я сделаю из дерева новый инструмент, челнок. И покажу, как из веревки сплести сеть.
Тема Пратта заинтересовала, вон как глаза горят.
- А вторая вещь?
- Вторую вещь сделать будет намного сложнее. Ты уже познакомился с Антом?
- Да, я помогал ему ремонтировать ту штуку, коксовую печь.
- Отлично. Делай что хочешь, но ты должен уговорить его научить тебя плавать.
Парень слегка напрягся, но не отступает.
- Я попробую… Многие дети из твоего племени умеют плавать, и я докажу, что не хуже их. Но зачем мне это?
- Когда ты научишься плавать не хуже детей, мы сделаем лодку. Из тех огромных деревьев, что так и не срубили на дрова.
Новое слово Пратт не понял, и я быстро рисую лодку на освещенной бликами костра земле.
- Ты сможешь плавать в этой лодке, не заходя в воду. Вся река, самые дальние и недоступные места станут ближе, чем я сейчас. И ты будешь ставить сети и ловить столько рыбы, что хватит наесться всем людям.
Вот теперь он понял, что ему предлагают. Не всякий охотник может добыть столько еды, чтобы накормить весь род. А тут речь о целом племени…
А я понял, что получил нового верного последователя. Если затея удастся, он станет первым судоплавателем. Аркаим слишком мал для больших судов, но ведь нужно с чего-то начинать. И на первой лодке мы не остановимся, начнем изучать парус и силу ветра, построим небольшую галеру или катамаран, накапливая опыт. А там и до Днепра дотянемся…
Большая река меня привлекала не только возможностью выхода в море, но и тем, что где-то на ее берегах, ближе к устью, жил ещё один многочисленный род неандертальцев. О нем мне ещё Арика рассказывала, но во время исхода было не до дипломатических контактов, а сейчас между нами было больше трехсот километров.
Пратт давно ушел, рассказывать жене о предстоящих переменах в их жизни, а я все так же сидел у костра, задумавшись о перспективах мореплавания.
Эрика, все это время сидевшая молча, обняла меня, и тихо спросила:
- Дим, а какое дело ты предложишь мне?
Вопрос не застал меня в врасплох, я уже обдумывал варианты, куда направить энергию этой девушки. Может, пусть она сама сделает выбор?
- Для тебя у меня есть три предложения, подумай хорошенько, чем ты хочешь заниматься.
- Так много? А какое из них самое важное?
- Они все важны. Каждое по своему, сейчас ты всё поймёшь. Смотри на огонь, но не переходи черту дозволенного.
Девушка кивнула, и прижавшись ко мне, замерла.
- Первое дело - стать хранителем знаний, того, что успею передать людям я, и того, что они знали и умели раньше. Ты хорошо говоришь на двух старых языках - их нужно записать и сохранить. Станешь писать книги - они содержат многие десятки, сотни и тысячи слов, и, другие люди услышат эти слова даже когда ни меня, ни тебя не станет. Ты передашь эти знания следующим поколениям, НАУЧИШЬ их.
Говоря это, я представлял листы бумаги, шелест переворачиваемых страниц, бесконечные ряды книг на полках библиотек. Небольшую школу и слушающих учителя детей
Эрика отвела взгляд от огня, и, несмело улыбнувшись, сказала:
- Мне нравится это дело, Дим. Разве может что-то быть важнее?
- Может, любимая. Тебе не стать великим воином, который станет на защиту нашей земли. Но ты можешь сделать так, что даже израненный в жестокой битве выживет. Слушай дальше…
Я подбросил дров в огонь, и он вспыхнул ярче, осветив ее сосредоточенное лицо.
- Второе важное дело - медицина. И ты, и многие женщины знают, что некоторые травы помогают при разных болезнях. Ты видела, как я зашивал раны. Но это мелочи, по сравнению с тем, чего можно достичь.