Неклассический некромаг (СИ)
— Не беспокойтесь, мне этого вполне хватит, — я улыбнулась от такого проявления заботы, вспомнив Андина. Всё, что нужно было мне, носила я. Лич же гордо вышагивал почти налегке, спасибо хоть брал на себя трофеи. Потому привыкла к минимализму в вещах. — Я не сторонник огромных гардеробов. К тому же едем работать. Между прочим, вы так и не сказали, в связи с чем едем в это Пригорье, и в чём заключается моя работа.
— О, моё упущение. Прошу простить. Дело в том, что начальство из столицы, вдохновлённое раскрытием нетипичных преступлений, я имею в виду поимку маньяка-убийцы и предотвращение проблем от нелицензированного мага, послало меня расследовать исчезновение детей в Пригорске. Пропадают уже третий месяц, ни похитителей, ни детей, ни их останки найти не могут, вот и выслали человека на расследование.
— А что, местный лендлорд не справился?
Насколько я знаю государственное устройство Карстена, на своей территории лендлорд сам назначает налоги сверх обязательных королевских, сам пишет законы, лишь бы не сильно отличались и не противоречили государственным, сам с преступлениями возится. Ну, не лично, конечно, но вызывать следователя из другого города станет только если совсем прижмёт.
— У Пригорска статус коронного города, они герцогу не подчиняются.
— Понятно. А что мне делать-то? Зачем вообще маг нужен?
— Согласно положению о службе сыска, в поездках и работе в другом месте, кроме основного места службы, инспектора-следователя должен сопровождать минимум один маг, специализацию которого определяет инспектор-следователь, согласно необходимости, — явно на память процитировал дан Ромас. Получается, я — балласт для галочки. Обидеться, что ли?
— Вас я взял из-за вашего нестандартного мышления и видения ситуации. Возможно, сможете помочь, ведь, если говорить откровенно, без вас те дела не закрыли бы так быстро, — следователь будто прочитал мои мысли. — Обычно у магов сопровождения одна задача — зарядка амулетов. Иногда требуется лечение. С этим вы, как я знаю, справляетесь.
Путешествие дилижансом походило на поездку туристическим автобусом, скрещённым с пригородной электричкой. Люди подсаживались, доезжали до своей остановки и выходили. Кто-то был налегке, кто-то с объёмным багажом, который привязывали на крышу, по периметру забранную решёткой для лучшей сохранности груза. Некоторые везли в корзинах домашнюю птицу или поросят, одна бабка даже привела с собой козу, причём смогла протащить её в салон. Несмотря на то, что рейс был внеплановый, свободных мест в дилижансе почти никогда не было. От остановки до остановки ехали по половине дня и скучающий люд постоянно общался, делился новостями и жрал. Реально, казалось, здесь работала магия плацкартных вагонов — стоило только дилижансу тронуться, как на пассажиров нападал жор. На свет появлялись копчения, соления, разнообразные бутерброды, варёные яйца и прочее, что берут с собой в дорогу, рассчитывая на быстрый перекус. От запахов часто уже несвежей еды, едва перебиваемых луковым и чесночным духом, начала болеть голова, не спасало даже место у открытого оконца — скорости движения не хватало на проветривание, а снаружи, как назло, почти всю дорогу царило безветрие. Помогло заклинание очистки воздуха, наложенное на шейный платок. Глядя на мучения дана Ромаса с той же проблемой, создала и ему дыхательную маску. Так мы и ехали, как два ковбоя на Диком Западе с платками на лице, уставившись в окно, чтобы избежать общения от говорливых попутчиков. Кажется, следователь сильно пожалел, что решил сэкономить и не снял обычную дорожную карету.
К тому же дороги, стоило только свернуть с наезженного тракта на более мелкие, сразу проявили себя во всей красе многочисленных ям. Примитивные рессоры не справлялись с нагрузкой, сидеть на жёстких лавках было сродни пытке, под зад подложили всё, что можно, и на каждой остановке выскакивали размять мышцы и тело. Первый день, глядя на узкие сиденья и толпу народа, набившуюся на последней остановке, гадала, как вся эта толпа будет ночевать, но этот вопрос оказался давно продуман. На ночь дилижанс останавливался на постоялых дворах, давая лошадям отдых, а людям возможность снять комнату или же спать вповалку в общем зале.
В пути мы почти не разговаривали. Мешали любопытные соседи и платки на лицах. На ночных остановках тоже обходились минимумом слов, быстро отужинав и отходя ко сну.
Наконец, одурев от скуки, пыли и тряски, мы после обеда прибыли в конечную точку — город Пригорск. Город представлял собой огромную разросшуюся деревню с обязательными курами и гусями вдоль утоптанных дорог, стадами коров, ежедневно прогоняемых по улицам сначала на пастбище, затем по домам. Некоторые так и паслись у заборов, жуя жвачку и презрительно смотря на прохожих. Двухэтажных зданий построили аж целых четыре, и все они расположились на центральной площади. Городская управа и Божий дом вполне мирно соседствовали с постоялым двором и борделем. Карстенцы не особо религиозны, но Божий дом ставят в каждом уважаемом себя поселении, выделяя почётные места покровителям основных местных ремёсел.
Уже обыденно сняв на постоялом дворе две раздельные комнаты, себе и мне, дан Ромас отправился в управу выяснять подробности дела, из-за которого его сюда вызвали. Мне же он предложил отдохнуть, расслабиться или погулять по городу, всё равно работы для меня пока нет.
Выполнив свой обязательный ритуал по изгнанию насекомых из номера, и заказав на вечер ванну, я пошла прогуляться. За время, проведённое в дилижансе, успела насидеться, и тело желало движения. Немного походя по широким улицам, огороженным с обеих сторон разнообразными заборчиками и палисадниками, на слух вышла к базарной площади. Вот где кипела жизнь, так это здесь. На центральную площадь через два перекрёстка от базара люди приходили по делам или на общегородское собрание. На базар же шли как поторговать, так и почесать языки. Я немного подходила, прицениваясь, но не покупала. Деньги после аванса ещё были, но оплата контракта почти вся должна уйти в Училище, и когда будет эта оплата, неизвестно. Скорее всего, я даже не увижу реальных денег, их сразу передадут из управы за найм.
Нагулявшись, через полтора диска вернулась на постоянный двор. Дан Ромас уже выяснил, что хотел, и сидел за столом в обеденной зале, нахмурившись изучая какие-то бумаги. Полупустой кувшин с местным вином и тарелка с куриными костями рядом сказали, что сидит он уже долго, и напомнили, что я с утра не ела.
— Можно? — я присела на лавку с другой стороны стола.
— Да, конечно, — несколько рассеянно ответил следователь и взмахом руки позвал подавальщицу. — Булочку, штуки три и… — он посмотрел на меня.
— Жаркое, — я заглянула в кувшин, оценивая, сколько в нём осталось.
— Кислятина, — прокомментировал дан Ромас.
— Тогда пива, — на обычный чай настроения не было. Подавальщица кивнула, принимая заказ, и убежала на кухню.
— Что-то не так? — в ожидании еды поинтересовалась у следователя, опять хмуро уткнувшегося в бумаги.
— Да, не сходится ничего. В письме указали, что пропало шестеро детей, предположили работорговцев. В управе сообщили, что с того времени ещё три ребёнка исчезло. Но работорговцы так не работают. Во-первых, сильно далеко от границы, куда их можно увести, но это не главное, угоняли и из столицы. Дети пропадают уже четвёртый месяц. Если бы их воровали на продажу, то схватили бы разом, сколько надо, а не ждали столько времени. Получается какой-нибудь маньяк, что меня совсем не радует.
— А что так? Маньяков, по идее, ловить легче. Тем более здесь, где народ не особо искушён в заметании следов.
— Легче, не легче… Пока его поймают, он может ещё кого-нибудь похитить. И ведь вопрос — для чего? С обычными душегубцами всё же понятно.
Дан Ромас допил вино, сгрёб бумаги в стопку и поднялся с лавки.
— Предлагаю перейти в номер, здесь не с руки такое дело обсуждать.
Мельком оглядевшись, пришлось признать его правоту. Несмотря на неурочный час для посещения таверны, людей было много, и они провожали нас, уходящих на второй этаж к номерам, разочарованными взглядами. Ну уж нет, хватит посторонним уши греть, и так подслушали достаточно.