Неклассический некромаг (СИ)

По периметру полянки после поднятия крыл у стража в магическом зрении появился заборчик. Сплошная часть высотой примерно по колено, и до двух ростов (то есть примерно до трёх метров) от него поднималась крупно-ячеистая сеть. Андин подошёл к этому заборчику и пнул его. Сова сразу же замахала крыльями, громко заухала и повернулась в сторону нарушителя. Лич торопливо вернулся к стражу и опустил крылья. Сигнализация замолчала и сразу наступила звенящая тишина. Да уж, ночью от такого точно проснёшься, и не просто так, а подскочив, хватаясь за оружие.
Небольшая тренировка в попытках создать заклинание, и снова бодро топаем по дороге. Сегодня она стала более хоженой, начали встречаться люди. В основном хмурые мужики на телегах с впряжёнными в них таргами — всеядными животными с телом как у быка и мордой носорога. Разводились и использовались исключительно как тягловая сила. Медленные, глупые, но крайне мощные и выносливые. Пару раз нас обгоняли всадники на обычных мохноногих лошадках.
А так день почти не отличался от предыдущего. Только во мне начало подниматься раздражение. Ещё смутное, не оформившееся. Сказывалась и постоянная усталость, и сложившаяся ситуация с непонятным будущим, и зависимость от человека, которому я, по большому счёту, не нужна. Тут же было и понимание, что это всё, возможно, навсегда. И безрезультатные тренировки в магии. И время естественного ежемесячного психа подошло. В общем, всё складывалось в одну кучу, потихоньку обрабатывалось мозгом. Он втихаря ужасался, а мне оставалось только копить раздражение. Ещё пара дней, и сорвусь, буду орать, бросать вещи, минут десять побешусь, полдня постыжусь, и всё станет нормально. Это если ситуация не изменится. Вот если отоспаться, получить понятные перспективы на будущее, увериться в хорошем, тогда станет спокойней.
День склонялся к вечеру, и мы присматривали место для ночлега. Судя по пройдённому расстоянию, совсем скоро впереди должна быть или очередная поляна со стражем, или деревенька. Здесь они встречались примерно через два-три диска пешего хода. Небольшие, домов на пятнадцать-двадцать, они все обнесены частоколом. Предпочтительней, конечно, деревня, но реальней — ставшие привычными поляны. Сегодня добычи не было, как и смысла заходить в поселение. Денег на ночлег лич жалел.
Я шла в паре десятков шагов позади Андина. Копчёное сало, съеденное на обед, настойчиво требовало уделить ему внимание, поэтому я и отстала, посещая придорожные кусты. Торопясь догнать длинноногого спутника, я слишком поздно обратила внимание на шум из леса и не успела среагировать. Огромный чёрный волк одним прыжком преодолел расстояние от леса до дороги и сбил меня с ног. Мне показалось, что он сам ошалел от такой встречи. Полоснув зубами мне по левой руке, он поспешил убраться в лес на другой стороне дороги. Кусты ещё не перестали качаться, как вслед за волком на дорогу выскочили двое всадников, и также стремительно скрылись в лесу, чудом не проскакав по мне. И только тогда я почувствовала боль в руке.
Острые клыки прорезали рукав рубашки и прочертили две длинные кровоточащие раны на предплечье. Вроде крупные сосуды не задеты, раны выглядели неприятно, но не опасно. Ко мне сразу же подбежал Андин, привлечённый шумом той погони. Увидев рану, он выругался.
— Кто это был? — расспрашивая, он завернул остатки рукава, полностью обнажая предплечье.
— Волк какой-то. Большой, чёрный, — рука стала болеть сильнее.
Андин снова выругался.
— Сиди ровно, постарайся не дёргаться!
Он одной рукой держал меня за руку, второй медленно водил над раной. Такое ощущение, что из неё что-то вытягивает. И это что-то упирается и цепляется мелкими крючками за всё, что можно. Запоздало переключившись на истинное зрение, я увидела, что из раны действительно вылазят тёмно-синие капельки и растворяются в воздухе. Когда капли перестали появляться, Андин свёл края раны и снова начал водить над ней рукой с каким-то заклинанием на ладони.
— Рана теперь чистая, заживёт быстро, может и шрама не останется, — сообщил маг, закончив лечение. — Повезло, что только полоснул, а не укусил.
 
— Надеюсь, он не бешеный, — я смотрела, как ловко Андин перевязывает руку тряпицей и мастерит перевязь.
— Нечисть вообще не болеет. Идти сможешь?
— Конечно, он же за руку укусил, а не за ногу.
Это заявление оказалось несколько самоуверенным. Меня начало знобить и напала слабость, но идти смогла, пусть и медленней обычного. По дороге Андин просветил меня, что за тварь мне не повезло встретить. Влаки, они же волчья нечисть, как следовало из названия, во многом были сродни волкам, разве что в стаи собирались меньшим числом. Естественно, как всякая нечисть, были крупнее, сильнее и опасней животного аналога. У влаков в слюне содержались ядовитые вещества. Не смертельные, но временно парализующие и делающие укусы плохо поддающимися лечению. Если яд вовремя не вывести или не ввести антидот, то раны заживают долго, постоянно загнивая и ослабляя пострадавшего. Естественно, если его не успевали до этого загрызть. Мне, можно сказать, повезло путешествовать с некромагом. Кроме того, что они являлись неплохими лекарями, яды лучше них знают разве что специализирующиеся на них травники и алхимики.
Так мы потихоньку добрались до деревни. Как и в прошлый раз, представилась учеником мага, заказала ужин и сняла комнату. Вернее, я устало сидела за столом. А обо всём договаривался Андин. Здесь мы были не единственными посетителями. За вторым столиком сидела компания из трёх молодых человек лет двадцати. Они смотрелись несколько инородно среди грубой обстановки деревенской едальни для проезжих — слишком богатая одежда из всех виденных мной в этом мире и оружие на поясе.
Они тоже обратили на нас с Андином внимание и, на мой взгляд, слишком пялились для простого любопытства. Пусть мы и представляли странную пару — один тощий и высокий, второй мелкий, даже не до плеча. Кроме того, что высокий был нежитью, больше ничего примечательного. К тому же, если не смотреть на ауру, то и не поймёшь, кто он. Обычная пыльная одежда и вещевые мешки. Но эти трое всё же что-то для себя высмотрели, и, когда Андин отошёл вслед за хозяином, унося вещи в снятую комнату, один из компании, не спрашивая разрешения, подсел за мой столик напротив меня.
— Сколько? — без предисловий спросил он, мотнув головой в сторону коридора с комнатами.
— Ты о чём? — не о стоимости ночёвки же спрашивает.
— Сколько хочешь за своего слугу? — будто делая одолжение, объяснил нахал. Это он про лича, что ли? Так он не продаётся, о чём я незамедлительно сообщила.
— Ты не понял, — его губы сжались в презрительной ухмылке, — меня не интересует, продаётся он или нет, я спрашиваю, за сколько ты мне его отдашь.
— Нет, это ты не понял, — я начала заводиться. Терпеть не могу разговаривать с хамами и подобными самоуверенными нахалами. Никогда не могу вовремя подобрать нужные слова. Хорошо, левая рука лежит на колене под столом, и не видно, что сжата в кулак. Лицом и второй рукой стараюсь не показывать напряжение. Если заметят, то почувствуют ещё большее превосходство, а там даже не знаю, что будет.
— Меня не интересует твоё желание. Он не продаётся, — последние три слова я произнесла по отдельности, выделяя их тоном. Мы замерли друг перед другом, напряжённо ожидая реакцию оппонента. Этот момент и угадал хозяин едальни, он же староста деревни, чтобы вернуться в зал.
— Шёл бы ты… к своим, — он безошибочно опознал назревающий конфликт и его инициатора. Нахал скривился, встал, неожиданно перегнулся через стол и схватил меня за правую кисть, повернув её тыльной стороной к себе.
— Ну? — грозно рыкнул староста.
— Всё, ухожу, — молодой человек отпустил мою руку и отошёл к своим товарищам. Староста хмуро проводил его взглядом.
— Всё в порядке? — убедившись, что нахал отошёл, староста обратился к мне.
— Вроде да, спасибо, — я позволила себе расслабиться. Ладони вспотели, сердце часто билось. Обычное явление при конфликтах. Ненавижу такое, потом ещё руки трястись начнут, адреналина выделилось достаточно. Надо лечить нервы и привыкать к конфликтам. В этом мире мягкая интеллигенция не выживет.