Непристойно богатые вампиры. Второй обряд

― Что ты здесь делаешь? ― спросил я.
― Спасаю твою задницу. ― Она сжала челюсть, разглядывая меня. Порывшись в пальто, она достала пакет с кровью и еще одну пару перчаток и бросила их мне.
Я со вздохом поймал и то, и то. Я засунул перчатки в карман и разорвал пакет с кровью. Выпив его несколькими глотками, я бросил опустошенный пластик на пол.
― Лучше? ― спросила она.
Я не был уверен, что на это ответить. Я все еще был жив, и это было не то, на что я рассчитывал, но головная боль прошла.
― Как ты меня нашла? ― Я прошел мимо нее, спрыгнул со сцены и направился к двери.
Жаклин последовала за мной, грациозно спустившись на пол. Когда мы подошли к входу, внутрь ввалилась группа молодых людей. Их глаза расширились, когда они оглядели хаос, который мы устроили.
― Клуб закрыт, ― промурлыкала Жаклин. Они уставились на нее так, словно никогда в жизни не видели женщину.
Из-за, несомненно, высокого содержания алкоголя в крови один наклонился к ней поближе.
― Куда вы направляетесь? Можно нам с вами?
― О, вы, милые, обычные мальчики, вам со мной не справиться. — Она устремила на них свой взгляд. ― Идите домой, проспитесь, а завтра помогите своим матерям.
Они растерянно моргнули, но медленно повернулись и направились обратно на улицы Парижа. Выйдя из клуба, мы смотрели, как они расходятся, каждый рассказывая о своих уважаемых матерях.
― У них не было ни единого шанса, ― сухо сказал я.
Жаклин налетела на меня так быстро, что я не успел среагировать, пока ее ладонь не столкнулась с моей щекой. Я упал на спину, испытывая жгучую боль от ее пощечины.
― И у тебя тоже, ― обвинила она. ― О чем ты думал? Если бы Себастьян не позвонил…
― Когда вы двое стали лучшими друзьями? ― Я продолжал массировать щеку. Несмотря на ее недавнюю демонстрацию, я забыл, насколько она чертовски сильна.
― У нас общая цель: сохранить жизнь твоей упрямой заднице. ― Она схватила меня за пиджак и подняла. ― Я отвезу тебя домой.
Спорить с ней было бессмысленно, хотя дом был последним местом, где я хотел оказаться. Какой смысл говорить ей то, что она и так знала?
Что куда бы я ни посмотрел, я видел Тею.
Клянусь, я до сих пор чувствовал ее запах.
Я едва не разнес это место на части, пытаясь стереть ее из памяти.
Жаклин не была слепой, но это не означало, что в последний месяц она была очень понимающей. Она высказала свое мнение о моем решении, когда забирала Тею и помогала ей собраться. С тех пор ее позицию ничто не изменило.
Мы шли в молчании, когда солнце начало подниматься. Теперь, когда я выпил немного крови, я чувствовал себя лучше физически ― за исключением зияющей дыры на месте сердца. Что бы я ни делал, ничто не могло ее заполнить. Это была гноящаяся рана, которую никто не видел. Каждый вздох, каждый шаг, каждый момент я чувствовал это.
Ее отсутствие.
Хьюз встретил нас у дверей дома, уже одетый. Его губы сжались, когда он оценил мой внешний вид, но он ничего не сказал.
― Доброе утро, ― чопорно поприветствовал я его. Я стянул с себя шерстяное пальто, порванное в нескольких местах, и передал ему.
― Должен ли я… ― Он осмотрел пальто и, похоже, решил, что оно не подлежит ремонту. ― Я распоряжусь, чтобы доставили новое.
Я направился к лестнице, но он окликнул меня.
― Ваша комната в том виде, в каком вы ее оставили, согласно вашей просьбе.
К черту. Я не собирался дожидаться, что скажет Жаклин по этому поводу. Я снял с себя рубашку, поднимаясь дальше по лестнице. Она следовала за мной по пятам.
Она ничего не сказала, когда мы вошли в спальню ― или то, что от нее осталось. Стулья были разломаны, картины валялись на полу, кровать уничтожена. В порыве отчаяния я попытался стереть воспоминания о Тее, но дело было не в предметах. Она пропитала стены, пол, сам воздух. Я не мог убежать от нее. Куда бы я ни пошел. Я понял это, впустую потратив время в Пигаль.
Но здесь я не только не мог от нее убежать. Я не мог ее игнорировать.
Я опустился на остатки стула и подобрал шарф, который все еще хранил ее запах. Сжав его в кулак, я ждал, когда моя лучшая подруга нарушит молчание.
 
Она открыла рот, сделала один успокаивающий вдох и бросила на меня яростный взгляд.
― Я вложила много усилий в этот дом.
Об этом я не подумал.
― Прости.
― Что ты делаешь? ― спросила она, пытаясь присесть рядом со мной. Потом сдалась и нависла надо мной. ― Ты порвал с ней отношения.
― Я знаю, ― с горечью сказал я.
― Если у тебя остались чувства…
― Она моя пара! ― прорычал я.
― Полагаю, это подтверждение. — Ее ноздри затрепетали, и она скрестила руки. ― Так в чем проблема? В твоей семье? В девственности?
― Для начала.
― Иногда мне хочется, чтобы у тебя было воображение. ― Она покачала головой. ― Есть способы обойти это. Нужно просто раскинуть мозгами.
― Я не могу, ― сказал я сквозь стиснутые зубы.
Она прищелкнула языком.
― Ты имеешь в виду, что не хочешь.
― Я имею в виду, что не могу, ― громко сказал я. ― Каждая клетка моего тела хочет броситься к ней. Я не уверен, как долго еще смогу сопротивляться.
― И каков твой план? Убить себя, чтобы не поддаваться искушению? ― потребовала она.
Я поднял к ней лицо, на котором был написан мой ответ.
Жаклин замерла, ее гнев сменился опустошением.
― Как? Почему? ― Она тряхнула головой, чтобы прогнать мысли. ― Как ты мог просто сдаться? Что почувствует Тея, если узнает, что ты скорее умрешь, чем будешь с ней?
― Ты думаешь, у меня есть выбор? ― прошептал я. По какой-то причине эта мысль показалась мне еще хуже.
― Что случилось?
― Совет навестил меня. Они дали мне один шанс спасти ее жизнь. Ценой было расставание.
Жаклин покачала головой.
― Ты действительно веришь, что они ее убьют?
― В разговоре прозвучало слово казнь.
― И ты убил ее сам вместо этого?
― Я спас ее, ― прорычал я.
― И какой ценой? Какой смысл жить, если внутри тебя пусто?
Я повесил голову.
― У меня не было выбора.
― У тебя был. И до сих пор есть.
― О чем ты говоришь? ― пробормотал я.
― Джулиан! ― Она выкрикнула мое имя. ― Тащи свою задницу в Калифорнию.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Камилла
В понедельник раздался звонок, который я ждала с вечера в опере. Прошел месяц с момента нашего нападения на привилегированную вампирскую элиту, и за этот месяц Джулиан не сделал… ничего.
Это было жалко.
Но теперь, если верить моему информатору, мой дорогой близнец наконец-то отправился за своей смертной. На частном самолете нашей семьи выполнялся рейс из Парижа в Сан-Франциско.
Он продержался дольше, чем я ожидала, учитывая слухи, которые до меня доходили. Казалось, он был практически привязан к этому жалкому созданию. Я была шокирована, когда он влюбился в нее, вместо того чтобы взять то, чего он так явно хотел. Она была человеком. Она принадлежала ему, а он просто отпустил ее. Может, он стал мягче? Похоже, вся моя семья стала такой ― в этом и была проблема.
Пришло время проснуться.
Я припарковалась напротив его парижского дома и подождала, пока приедет машина, чтобы отвезти его в аэропорт. Доверьтесь Жаклин, если вам надо убедить его действовать. Уговаривать брата ― вот все, на что она была способна.
Джулиан уехал, взяв с собой лишь небольшую дорожную сумку. Он выглядел хуже, чем в ту кровавую ночь в Парижской опере. Тогда он был смертельно опасен и убил нескольких моих товарищей. Но он также был беспощадным, движимым жаждой крови ― ошибка, которая едва не стоила ему жизни и заставила меня вмешаться.
Я могла ненавидеть свою семью, но никто другой не имел права убивать ее.
Но, уничтожив его, я не смогу найти ее, а она была той добычей, на которую я охотилась. С тех пор как она уехала, он не контактировал с ней, и это не позволило мне самой выследить ее. Существо просто исчезло. Похоже, никто ничего о ней не знал, но слухи вызвали у меня интерес. Я хотела встретиться с ней, прежде чем решать ее судьбу.