Советы для иномирянки

Я прикрыла глаза и прикусила губу, а потом кивнула:
- Я не нарушу слова. Не прикажу вам уйти. Обещаю.
- Обещаешь, - прошептал Рон мне в волосы, раздумывая. – И мы должны поверить тебе, Алиша? В прошлом ты так часто нарушала свои обещания.
Я распахнула глаза и встретилась с внимательным взглядом серых глаз. Слова сорвались с губ прежде, чем я успела их как следует обдумать:
- Я больше никогда не нарушу своего обещания. Если я сделаю это, вы будете в праве запереть меня в этой комнате на целые сутки. Я вам разрешаю это.
Целую вечность, в которую мое сердце готово было выпрыгнуть из груди, Стэф ничего не отвечала, а потом медленно поднялся:
- Хорошо. Мы принимаем твои условия и верим твоему слову, Алиша, - он кивнул Рону, и тот быстро поднял меня на руки, а потом вынес их жуткой комнаты.
Я перевела дыхание и немного успокоилась, но через мгновение снова испугалась – Рон, уложив меня на кровать в спальне и стал привязывать мои связанные запястья к изголовью. Я воспротивилась:
- Нет! Что ты делаешь? Мы же договорились! - мужчина был сильнее и ловко справился со своей задачей. Я дернула руками, они были надежно зафиксированы над головой. – Развяжи меня, Рон. Сейчас же!
Рон улыбнулся и погладил меня по щеке:
- Это наша игра, Алиша. Не бойся, мы помним, что теперь ты любишь нежно.
Что! То есть мои уговоры и обещания были напрасны? Значит единственное чего я добилась, это поменяла грубо-сколоченную твердую кровать в жуткой комнате на широкую и мягкую в своей спальне? Как ловко они заставили меня пообещать то, что им было нужно! Вот же… хотелось ругаться как пьяный матрос, но я сдержалась. Нужно уметь признать поражение.
Рон сел подле меня на кровать и стал неспешно задирать подол платья. Я быстро взглянула на свечи, которые, казалось, сейчас горели особенно ярко и тихо попросила:
- Потуши свечи.
Мужчина даже не подумал меня послушать:
- Хочу тебя видеть, - было мне ответом.
Я неосознанно свела обнаженные бедра и покраснела, когда он задрал платье до талии – ведь нормального белья я так и не нашла:
- Пожалуйста, Рон.
Он посмотрел мне в глаза, читая в них мои эмоции. Удивление появилось на его лице:
- Ты стесняешься меня? - я прикусила губу и быстро кивнула. Мужчина приблизился и зашептал в самые губы: - Алиша, какая же ты красивая, когда смущаешься. Никогда тебя такой не видел. Никогда, - Рон меня нежно поцеловал, а его пальцы накрыли развилку моих сведенных бедер: - Раскрой для меня свои ножки, Алиша. Тебе понравится, обещаю. Доверься мне.
Доверься? Как же! Хотя бы было темно, а так… Я зажмурилась, и все тело свело напряжением. Моих волос коснулись мужские руки и чуть потянули. Я повернула голову и распахнула глаза – Стэф жег меня серебром своего взгляда:
- Ты обещала, - напомнил он.
Я дернула головой, и волосы неприятно натянулись. Во мне взыграло раздражение:
- Я обещала не прогонять вас из спальни и только. Я и не прогоняю, если ты не заметил.
Он пару мгновений напряженно смотрел на меня, а потом отпустил волосы. Стэф отошел от кровати и, Рон, как будто они и правда мысленно переговаривались, тоже оставил меня. Я воспользовалась моментом и быстро подтянулась на руках, садясь у изголовья кровати. Два холодных взгляда пронзали меня насквозь – я остро ощутила, что мое платье задрано и ноги оголены, но поправить на себе одежду не было никакой возможности. И от этого стало особенно не ловко, а потом я разозлилась и ответила мужчинам таким же холодным взглядом:
- Что? - они молчали, а вот я молчать не стала: - Что вы от меня хотите? Мою магию? Ну так в чем проблема, вот она я. Давайте. Вам ведь не привыкать брать силой то, что отдать добровольно вам не хотят, - мужские взгляды из холодных стали гневными. Я чуть сбавила обороты, осознавая, что сейчас не в том положении, чтобы нарываться на неприятности: - Я всего лишь просила потушить свечи. Неужели так сложно понять, что мне неловко? Что я не помню вас, не помню всего того, что между нами было. Вы смотрите на меня и видите знакомую вам женщину. А я смотрю на вас и вижу незнакомых мне мужчин. Неужели это так сложно понять и пойти на небольшие уступки? – они все так же молчали, и на уступки почему-то пошла я. – Я ведь не отказываюсь делить с вами постель, понимаю, что это имеет негативные последствия. Просто прошу не торопить меня. Дайте мне немного времени пообвыкнуться. Это ведь несложно.
 
Секунду ничего не происходило, и я уже открыла рот, чтобы продолжить свой монолог. Но не успела – Рон чуть махнул рукой и все свечи в комнате потухли. Я погрузилась в кромешную тьму, и сразу решила, что со светом было гораздо лучше. Я прикусила губу, удерживая себя от нелепой просьбы. То выключи ей свет, то включи, то снова выключай – какая я не постоянная барышня.
Моих обнаженных ног коснулись горячие ладони, и я вздрогнула от неожиданности. Меня медленно потянули, снова возвращая в лежачее положение, и тут же избавили от платья, просто срывая ткань. Обнаженной кожи коснулись горячие мужские губы, и начали страстное исследование груди и живота. Вторые губы припали к моему рту, в жалящем поцелуе – меня наказывали за бунт и непослушание. Но как ни странно все происходящие меня завело. Умелые пальцы отыскали нужную точку между моих бедер и через пару мгновений я уже горела в страстном ожидании. Я зажмурилась, отдавая себя удовольствию и не сразу поняла, что уже вовсе не пальцы ласкают меня. Я дернула руками, забывая, что они привязаны к кровати и захныкала – горячие губы и язык чувствовались на моей женственности очень остро. Я взмолилась, не зная к кому конкретно обращена моя просьба:
- Нет. Хватит. Пожалуйста, хватит! Я сейчас, о-о-о…
Мне снесло крышу от столь откровенных ласк, а ночь только началась. Что же будет со мной к утру?
Вскоре я потеряла возможность думать об этом или вообще о чем-либо. Меня ни на секунду не оставляли в покое, похоже мужчины решили насытиться моей магией на год вперед, а то мало ли что взбредет в голову их безумной хозяйке завтра. Один оргазм сменялся другим, а за ним приходил следующий и следующий – я потеряла им счет, безропотно принимая все что со мной делали. А делали они многое, в разных позах и вариациях – я даже не предполагала, что секс может быть настолько разнообразным. Я воспротивилась только раз, когда поняла, что Рон намерен взять меня сзади. Мужчина раздвинул мои ягодицы и придвинулся со спины. Я рывком прижалась к Стэфу, который ласкал мою грудь:
- Нет! Так не хочу.
Рон ухватил меня за талию и потянул обратно:
- Тебе понравится, Алиша.
- Нет, - запаниковала я. – Не хочу так. Не надо, Рон.
Он поцеловал мою спину и несильно укусил за шею:
- Алиша. Не бойся. Я подготовлю тебя.
Я снова прижалась к Стэфу, ища у него защиты:
- Я не хочу. Пожалуйста, не надо. Пожалуйста.
Рон обнял меня за плечи и зашептал в волосы:
- Хорошо-хорошо, успокойся. Не будем сейчас этого делать.
- Никогда не будем, - подчеркнула я.
Мужчина поцеловал меня в висок:
- Уверен ты передумаешь.
- Не передумаю, - отрезала я.
Рон усмехнулся, а потом развернул меня к себе и быстро уложил на спину. Мгновение и он был во мне, а я прогнулась от сладкой судороги.
- Передумаешь, вот увидишь, - было мне обещанием.
Ночь была бесконечной, и к утру я забылась мертвым сном. Мне снилось, что я скачу на Шторме по бескрайнему лугу, скачу так быстро, что яркие краски полевых цветов слились в одну. Я ощущала ветер в распущенных волосах, жгучее солнце на обнаженной коже и радость свободы. Но вдруг копыта лошади запнулись и мое сердце в ужасе сжалось, от осознания неминуемого падения. Бесконечное мгновение, в которое я лечу со спины Шторма, и сильный толчок о землю – я дернулась всем телом и распахнула глаза. Я была в своей старой спальне, из окна сквозь плотные шторы пробивался солнечный свет. Я повернула голову и увидела до боли знакомого мужчину, который, стараясь меня не разбудить, доставал одежду из старого, но такого родного шкафа: