По эту сторону. Дом с секретом

 Шушана против воли принимала вид скромной, но исключительно благодетельной норуши, Соколовский сиял, а Таня смотрела на них во все глаза.
«Если бы это было чуть больше месяца назад, я бы решила, что у меня с психикой большие проблемы! Фэнтези перечитала или галлюцинации начались. А сейчас – хоть бы хны! Ну, вот звезда кино сидит и разговаривает с крупненькой такой мышью, болтающей по-человечески, да ещё явно подлизывается к ней и комплименты отпускает!
– Позвольте, Танечка, и вам выразить моё восхищение! – медовым голосом произнёс Филипп. – Далеко не каждый современный человек спокойно воспримет норушь! Вы скорее в инопланетян поверите!
«"Вы"? – удивилась про себя Таня. – Странно как сказал, словно он себя к современным людям не причисляет».
Впрочем, сладко-убаюкивающие, восхищённо-комплиментарные слова и обаяние Соколовского, практически осязаемо распространившееся по помещению, начали Татьяну как-то… раздражать, что ли!
– Спасибо, не нужно! – она произнесла это чуть резче, чем хотела. А на недоумение Соколовского пояснила:
– Восхищения не нужно – моё восприятие Шушаны и наши с ней отношения – это личное!
Соколовский с чрезвычайно довольным видом покосился на норушь.
– Да, она такая! На неё это не действует! – кивнула Шушана.
– Это – что? – осторожно уточнила Таня.
– Ээээ, некоторые фамильные способности, так скажем, – уклончиво объяснил Филипп. – И это замечательно! У вас трезвый ум, вы не реагируете на моё присутствие и вы – профи. Как раз то, что мне нужно! Я хотел бы нанять вас обеих на работу!
– Ну, я у вас и так работаю! – удивилась Таня.
– А я хотела бы знать, что вам надо и как это будет оплачиваться? – серьёзно объявила норушь.
– Мне нужна клиника и… гм… зоогостиница, но для не совсем обычных пациентов.
– Экзоты? – Таня подняла брови, подозревая подвох вроде перевалочного пункта контрабанды тигров или ирбисов.
– Нет, вы меня не так поняли. Ничего противоречащего законодательству… просто одарённые животные, которых можно использовать для съёмок! Это могут быть птицы или звери… У меня есть специалисты, которые могут найти таких, но… не в клетки же их запирать! А потом, некоторым может понадобиться медицинская, в смысле, ветеринарная помощь.
Таня пристально смотрела на актёра, подозревая, что он ни слова правды ей не сказал.
– Не надо так хмуриться. Я вам даже могу показать одного из первых… гм… постояльцев, ну или пациентов…
– Ну покажите! – разрешила Таня.
Соколовский подмигнул норуши и направился куда-то вглубь здания.
– Он врёт как дышит! – возмущённо прошептала Татьяна. – А если это какая-то контрабанда?
– Ну… не совсем врёт. Кажется, я поняла, о ком речь, – насмешливо пофыркала норушь. – И это точно уж не то, о чём ты говоришь!
Соколовский вернулся быстро, вошёл в комнату, держа на руках тощего рыжеватого и какого-то пыльного кота.
– Вот! Если можно, осмотрите его, пожалуйста.
Таня покосилась на Шушану, а потом надела перчатки и протянула руку к коту, непринуждённо сидящему на стуле, куда его поместил Соколовский.
– А без этих ваших налапников можно? – вдруг спросил кот, и Таня, приподнявшаяся для осмотра со своего места, села мимо стула…
Сидя на полу, уставившись на недовольную котовую личность, Соколовского, явно сдерживающего смех, и Шушану, которая мелко хихикала, прикрыв мордочку розовыми лапками, Таня вдруг отчётливо осознала – её мир изменился и прежним уже не станет.
– Так, я поняла, что ничего не поняла! Давайте ещё раз и начистоту! – скомандовала она.
Соколовский невольно восхитился – сидит на полу, перед ней говорящий, да ещё и явно недовольный кот, вообще вся ситуация, прямо скажем, трудная. И ничего, не вопит, в обморок не падает, сбежать не пытается.
– Что именно начистоту? – уточнил кот, решив, что вопрос обращен именно к нему.
– Что у тебя болит, кто ты такой и почему разговариваешь?! – сформулировала Татьяна.
– Болят рёбра и лапа – какой-то придyрoк меня пнул, – просветил её кот. – Зовут меня Терентий, а разговариваю – потому что из рода такого – говорящих котов!
 
«Чемпион по объяснениям!» – подумала Таня.
– А почему в перчатках нельзя осматривать? – уточнила она вслух.
– Неприятно и шерстку дыбом поднимает! – обстоятельно объяснил Терентий.
Соколовский всё-таки смог сдержаться и, сохраняя на лице исключительно бесстрастное выражение, протянул Татьяне руку, помогая подняться.
– Вы что, предупредить не могли? – грозно прищурилась на него Таня.
– Да как тут предупредить? Уважаемая, я сейчас принесу говорящего кота? Да вы бы решили, что я того… – развёл руками Соколовский, переглянувшись с норушью. – Ну как? Возьмётесь за таких пациентов?
 – Они все будут говорящие? – подозрительно покосилась на него Таня, снимая перчатки, чтобы приступить к осмотру кота.
 – Если захотят… У всех же характер… сами понимаете! Да и так, разные особенности есть, – явственно заюлил Соколовский, наблюдая, как Таня осторожно ощупывает бок Терентия.
 – Рентген бы… но и так чувствую, что вот тут перелом, тише-тише, я не буду больше. А лапа? – чуткие пальцы прошлись по лапе, чуть подрагивавшей от боли. – Гм… Терентий, вы не против будете, если я вам укол сделаю? – с некоторым сомнением уточнила Таня.
 Кот точно был против, но как тут расфырчишься, если уточняют так вежливо, на «Вы».
 – Ладно! Только чтоб не больно было! – строго велел он.
 После укола болезненные когти, впивавшиеся при каждом вздохе в его рёбра, поразжались, и он очень осторожно улёгся на бок, а Таня выкинула использованный шприц и перевела взгляд на Соколовского.
– Ну хорошо, если все животные, которых вы планируете здесь содержать, такие, как Терентий, ну, в смысле, с необычными способностями, то… – Таня задумалась на секунду, а потом решила, что никогда не простит себе, если откажется, – интересно же до визга! – Я могу согласиться на эту работу, но зачем вам Шушана? Вот у вас готовый переводчик есть! – она кивнула на Терентия.
– Всё просто, мне нужно, чтобы глубокоуважаемая Шушана открыла мне междустенье. Понимаете, все мои… гости, так скажем, испытывают крайнюю неприязнь к клеткам. Выделить каждому отдельное помещение в столь небольшом здании – проблема, а междустенье её запросто решает! – лучезарно улыбаясь, объяснил Филипп. – Шушана, вы согласны?
– А что я с этого буду иметь? – с крайне деловым видом поинтересовалась норушь.
– А что вы хотите?
– Деньги, конечно! Кстати, и Танечку обижать не дам! Платить ей вы будете как следует!
– Само собой! Разумеется! А вот за ваши услуги… сколько и каких денег вы желаете?
– «Каких»? – Таня прибавила вопрос в копилку уже имеющихся недоумений.
– Здешних рублей, и много! – важно отозвалась норушь.
– Насколько много? – Соколовский вопросительно поднял правую бровь.
– Настолько, чтобы хватило купить квартиру, в которой живёт Таня. Мне нужно, чтобы квартира была её, иначе я не смогу там оставаться, да и вам ничего сделать не сумею! – важно заявила норушь.
– Так… Таня становится хозяйкой, но ваше междустенье уже открыто и не закроется… – словно про себя пробормотал Соколовский. – А для того, чтобы управлять моими владениями, я должен буду передать вам камни из фундамента, так?
– Именно! А вы хорошо знаете наш порядок, – с невольным уважением заметила норушь.