Искушение страстью

– Я ни о чем не думал. Я был ранен. А Рассел…
– Не надо о Расселе! – Хэтти по-настоящему разозлилась. – С ним все понятно. Куда он сейчас отправился? С кем встречается? Где груз, который вы захватили этой ночью?
– Рассел повез его к покупателю.
Хэтти еще сильнее нахмурилась.
– Еще один блестящий тактик на мою голову. Кто он?
Ее брат стал белым, как мел.
– Ты не должна с ним общаться.
– Так ведь именно ты не оставил мне выбора!
Огги ожесточенно потряс головой.
– Ты не понимаешь. Этот человек безумен!
– Тебе надо было думать об этом раньше. А то наши враги как-то очень быстро множатся, причем один горит жаждой мести, другой, как выяснилось, безумен.
– Мне очень жаль, – пробормотал Огги.
– Вовсе нет! – огрызнулась Хэтти. – Тебе нисколько не жаль. Могу предположить, что ты, напротив, очень доволен, что я вмешалась в это дело и хочу все исправить. И я могу все исправить.
Огги застыл.
– Можешь?
– Могу, – подтвердила Хэтти, обдумывая план. Она должна сделать этот шаг, а уж потом заживет своей жизнью. – Да, могу.
– Как? – Хороший вопрос. Хэтти посмотрела на Нору, которая взирала на подругу с неподдельным интересом, и распрямила плечи, более чем когда-либо уверенная в себе.
– Мы заключим сделку на груз и будем делить доход от наших судовых партий, пока долг не будет выплачен.
– Этого недостаточно.
– Этого хватит. – Она пообещает ему, что больше не будет никаких краж. Зато будет доход. Если он бизнесмен, то не сможет не признать такой выход удачным. Убийство Огги не вернет ему груз, зато привлечет внимание властей – а контрабандисты этого не любят.
А деньги – это вполне реально. Она убедит его в этом.
Хэтти взглянула в глаза брату.
– Ты будешь держаться от всего этого в стороне.
– Ты не знаешь его, Хэтти.
– Я знаю, что заключила с ним сделку.
Огги замер.
– Какую еще сделку?
– Да, о какой сделке идет речь? – вклинилась Нора, явно заинтересовавшись.
– Ничего серьезного.
«Ты не в том положении, чтобы делать мне предложения. Я получу все. То, что принадлежит мне. То, что принадлежит тебе. И имя».
Воспоминания принесли с собой исключительно приятные ощущения. А главное – предвкушение. Предвкушение прикосновения… предвкушение поцелуя.
Воспоминания прервал Огги:
– Хэтти, если он согласится встретиться с тобой снова – что бы он тебе ни сказал, – ты должна знать: это не из-за тебя.
Хэтти пришлось смириться с разочарованием, которое она испытала, услышав эти слова. Жаль, конечно, но Огги не так уж не прав. Мужчины вроде Зверя не предназначены для таких женщин, как Хэтти. Они таких… корпулентных дам вообще не замечают. Их интересуют изящные красотки с хрупкими телами и тонкими чертами лица. Это Хэтти точно знала.
Да, она знала это, но все равно правда об отсутствии у нее женской привлекательности удовольствия не доставила. Как и всегда, она скрыла обиду безразличным смешком.
– Я все понимаю, Огги. И теперь мне доподлинно известно, за чем он охотится. За моим братцем – безмозглым идиотом. – Вид пунцовой физиономии Огги доставил ей намного больше удовольствия, чем следовало. – Но я рассчитываю, что он выполнит наше соглашение. И чтобы сделать это, он пойдет на сделку.
– Я пойду с тобой.
– Ни в коем случае. – Уж Огги ей точно там совершенно не нужен.
– Но ведь кто-то должен пойти с тобой. Он никогда не покидает Ковент-Гарден.
– Значит, я отправлюсь в Ковент-Гарден. – Брату совершенно ни к чему знать, что она только что вернулась оттуда.
– Это не место для леди, – вяло настаивал Огги.
Если и были слова, способные заставить Хэтти немедленно действовать, пусть даже безрассудно, то именно эти.
– Неужели я должна напомнить тебе, что выросла среди портовых рабочих?
Огги сменил тактику:
– Он пойдет на все, чтобы наказать меня, а ты моя сестра.
– Он этого не знает. И не узнает. В этом мое преимущество.
Они расстались, обещав найти друг друга. Теперь Хэтти знала, как найти столь заинтриговавшего ее мужчину. Она чувствовала удовольствие. Триумф. Возбуждение.
 
– А если Зверь обидит тебя?
– Не обидит. – Хэтти не сомневалась: он может дразнить ее, искушать, испытывать. Но он не причинит ей зла.
Она видела, что Огги счел свой братский долг выполненным и теперь испытывал облегчение. Как и прежде, он нашкодил, а она вынуждена за ним убирать. Понятно, что ему стало легче, когда эту неприятную обязанность взял на себя кто-то другой.
Братец вздохнул и улыбнулся.
– Ну, ладно.
– Только знаешь что, Огги… – Хэтти сделала паузу. Сердцебиение участилось. – Если я это сделаю… – Огги, заподозрив неладное, нахмурился. – Если мне удастся спасти твою шкуру, то и ты сделаешь кое-что для меня.
Похоже, Огги растерялся. Он был непоколебимо уверен, что жизненное предназначение Хэтти – служить ему.
– Чего ты хочешь?
– Я хочу то, что ты мне с готовностью отдашь.
– Продолжай.
«Сейчас или никогда. Действуй. Ты сказала Зверю, что тоже не проигрываешь. Так вперед!»
– Ты скажешь папе, что не хочешь заниматься бизнесом. – Глаза Огги сделались такими круглыми, что Нора удивленно присвистнула. Только Хэтти не обратила на это внимания. Ее переполняли отчаяние, уверенность, триумф. – Ты ему скажешь, чтобы он передал бизнес мне.
Похоже, ее будущее все-таки начнется сегодня.
 
Глава 7
 
На следующий день, когда солнце уже начало опускаться к западному горизонту, Уит стоял в маленьком лазарете, расположенном в трущобах Ковент-Гардена, и смотрел на парня, которого перевезли сюда после нападения.
Комната, залитая светом, была скрупулезно вычищенной, в отличие от мира за ее пределами, где царила грязь. Паренек спал. Уит должен был успокоиться, убедившись в этом, но не смог.
Выйдя из борделя в доме 72 на Шелтон-стрит, он сразу же направился сюда, чтобы проверить своих людей, вместе с ним подвергшихся нападению. В первую очередь его волновал этот паренек, Джейми, который, когда Уит получил удар по голове, лежал на земле, и под ним расплывалась лужа крови. Даже теряя сознание, Уит был полон бешенства. Никто не может причинить вред его людям и остаться в живых.
Уит никак не мог избавиться от неприятных воспоминаний. Его не отвлек даже молоденький врач, который появился в комнате, тщательно вытирая руки чистой тканью.
– Я дал ему успокоительное, – сообщил он Уиту. – Мальчик будет спать несколько часов. Тебе незачем здесь ждать.
Но Уиту нужно было ждать. Он защищал свое.
Бесперчаточники правили бал на узких грязных улицах Ковент-Гардена, за тавернами и театрами. Там были все свои, и не жаловали пришельцев. Но Уит пришел сюда и остался вместе со своим сводным братом и девчонкой, которую они называли сестрой. Они, словно голодные щенки, научились биться за каждый ошметок, попавший им в руки. Драка стала их вторым «я». Они кулаками, когтями и зубами прокладывали себе путь наверх и тянули за собой трущобы. Они начали бизнес и стали нанимать мужчин и женщин, живших по соседству, для выполнения честной работы. Те готовили пироги в тавернах, принимали пари на бойцовских поединках, забивали скот и выделывали шкуры, перевозили грузы, когда в порт приходили суда.
Даже если бы они сами не сумели завоевать беззаветную преданность жителей трущоб, это сделали бы деньги. По всему городу было известно, что в трущобах Бесперчаточников можно получить честную работу за хорошее вознаграждение и находиться в безопасности. Все это гарантировала троица, которая некогда выкарабкалась из грязи.
В трущобах Бесперчаточники были королями. Их признавали и почитали даже больше, чем монархов. А почему бы и нет? Другой район Лондона вполне мог казаться другим краем света для тех, кто родился и вырос в трущобах.
Но даже король не может прогнать смерть.
Лежащий без чувств юноша – почти мальчик – получил пулю, работая на них. И теперь он лежал в ослепительно белой комнате на ослепительно белой простыне, отданный в руки судьбы, и все лишь потому, что Уит не сумел его защитить.