Искушение страстью

«Более того. Я с ним целовалась».
– Что? – воскликнул Огги? – Но почему?
«Потому что я так хотела».
– Я должна была убедиться, что он не умер, Огаст.
Огги не обратил внимания на предостережение в ее голосе.
– Ты не должна была этого делать.
– Кто он? – спросила Хэтти.
Огги слез со стола и стал мерить шагами кухню.
– Ты не должна была этого делать.
– Огги! – проговорила Хэтти, добавив металла в голос. – Я спрашиваю, кто он?
– Ты не знаешь?
Хэтти покачала головой.
– Я знаю, что он называет себя Зверем.
– Так все его называют! Он и есть зверь! А его брат – Дьявол.
Нора закашлялась. Хэтти метнула на нее строгий взгляд:
– Я думала, ты не слушаешь.
– Конечно, я слушаю! Интересно же! Очень странные имена.
В этом она была права, и Хэтти кивнула:
– Согласна. Никого не могут по-настоящему звать Зверем или Дьяволом. Разве что в готических романах, да и там…
У Огги не хватило терпения дослушать сестру.
– Этих двоих называют именно так. Эти братья – преступники. Хотя тебе это и так известно. Ведь он проткнул меня ножом.
Хэтти задумчиво склонила голову.
– И какого рода преступные дела они ведут?
– Какого… – Огги закатил глаза и некоторое время смотрел в потолок. – Боже мой, Хэтти, неужели это важно?
– Даже если нет, я хочу знать ответ, – сказала Нора, стоявшая у плиты.
– Контрабанда. Их называют «Бесперчаточники».
Хэтти задумалась. Она не знала имен «Зверь» и «Дьявол», но о Бесперчаточниках слышала. Впрочем, кто о них не слышал? Они считались самыми влиятельными людьми в Восточном Лондоне, а может быть, и во всем городе. О них говорили только шепотом. Грузы с их судов выгружались по ночам, и они хорошо платили сильным и не самым щепетильным людям.
– Тоже странное прозвище, – высказала свое мнение Нора. – Кто они?
Хэтти покосилась на брата.
– Торговцы спиртным.
– Контрабандисты, – поправил сестру Огги. – Бренди и бурбон. И, кстати, еще многое другое. Шелка, игральные карты, кости. Все то, что Британия облагает налогами, они провозят тайно. И они вполне заслужили прозвища, которые вы обе считаете глупыми. Дьявол очень мил, но, не колеблясь, лишит головы того, кто, по его мнению, нарушает его интересы в Ковент-Гардене. А Зверь… – Огги сделал паузу, во время которой Хэтти шагнула к нему. – Говорят, Зверь… – Он нервно оглянулся.
– Что? – Хэтти никак не могла дождаться конца фразы. Брат продолжал молчать, и она воскликнула: – Да говори же? Кто он? Король джунглей?
Огги поднял глаза на сестру. В них застыл страх.
– Говорят, если ты перешел ему дорогу, он не успокоится, пока не доберется до тебя.
Хэтти невольно вздрогнула.
«Я найду вас».
Эти слова таили обещание и угрозу.
– Огги, если ты говоришь правду…
– Я говорю правду.
– Если так, какого черта ты пошел против таких людей? Что заставило тебя думать, что ты можешь справиться с ними? Украсть их собственность? Причинить им вред?
Хэтти решила, что брат возмутится и дело кончится скандалом. Как никчемная женщина посмела предположить, что он не ровня этим людям? Но Огги молчал. Она не сомневалась, что мало кого в этом мире можно считать ровней Зверю, даже с не попорченной ножом шкурой.
Похоже, Огги это знал. И вместо обычной хвастливой мужской бравады он опустил голову и тихо проговорил:
– Мне нужна помощь.
– Конечно, ему нужна помощь. Влез неизвестно во что и теперь… – Ехидное замечание последовало со стороны плиты.
– Заткнись, Нора, – буркнул Огги. – Это не твое дело.
– И не дело Хэтти тоже, – справедливо отметила Нора. – Тем не менее мы здесь.
Хэтти подняла руку.
– Прекратите! Оба!
Удивительно, но оба действительно замолчали. Она повернулась к Огги:
– Говори.
– Я угробил судовую партию.
Хэтти нахмурилась, припоминая конторские книги, которые она днем оставила на столе. Там все было в порядке. Никаких потерь.
– Что ты хочешь сказать?
– Ты помнишь тюльпаны? – Она покачала головой. В последнее время на судах не было никаких тюльпанов. – Это было летом, – добавил он.
 
Летом действительно приходило судно из Антверпена с луковицами тюльпанов, заказанными разными английскими поместьями. Огги отвечал за их разгрузку и доставку клиентам. Это было первое порученное ему дело после того, как отец объявил о своем намерении передать бизнес. Тогда отец настоял, чтобы Огги управлял всеми операциями от начала до конца.
– Я их угробил.
В этом не было смысла. Хэтти собственными глазами видела отметки о выгрузке в книгах. Оставалась только наземная перевозка.
– Что с ними случилось?
– Я думал… – Он тряхнул головой и заговорил громче: – Я же не знал, что их надо доставить немедленно. Тогда все люди были заняты. И я решил, что отправка клиентам может некоторое время подождать. И оставил их.
– На складе? – Хэтти вздохнула.
Брат молча кивнул.
– В разгар лета?
В разгар влажного лондонского лета!
Еще один унылый кивок.
– Надолго?
– Понятия не имею! – Огги, наконец, возмутился. – Я не помню! Боже мой, Хэтти, это же не мясо! Это всего лишь проклятые тюльпаны! Откуда мне знать, что они могут сгнить?
Хэтти прониклась к себе большим уважением, сумев сдержаться, когда ей хотелось закричать: «Ты бы знал, что луковицы тюльпанов могут сгнить, если бы уделял хотя бы минимальное внимание бизнесу».
– Что дальше?
– Я знал, что мы должны вернуть деньги получателям. И знал, что отец придет в ярость.
Естественно, отец разозлится. И будет прав. Судовая партия отличных голландских тюльпанов стоила не менее десяти тысяч фунтов. Мягко говоря, немаленькая сумма.
Но ведь они ее не потеряли. Огги как-то сумел все скрыть. Хэтти почувствовала, что ее сердце сжимают холодные тиски страха.
– Огги, что ты сделал?
Он переступил с ноги на ногу и уставился в пол.
– Это должно было случиться только один раз.
Хэтти обернулась к Норе, которая уже перестала притворяться, что все происходящее ее нисколько не интересует. Подруга молча пожала плечами. Тогда Хэтти хмуро взглянула на брата и спросила:
– Что должно было случиться только один раз?
– Я должен был расплатиться с покупателями так, чтобы отец ничего не узнал. И нашел способ. – Он поднял голову и самодовольно улыбнулся. – Я нашел их маршрут доставки.
«Он взял то, что принадлежит мне». Так, кажется, говорил Зверь?
Нора негромко выругалась.
Хэтти затаила дыхание.
– Ты украл у него.
– Это было только…
Хэтти перебила брата.
– Сколько раз?
Глаза Огги забегали.
– Я расплатился с долгами после первого раза.
– Но ты не остановился. – Огги открыл рот и сразу закрыл, не издав ни звука. Разумеется, он не остановился. Теперь выругалась Хэтти. – Я спрашиваю, сколько раз ты совершал кражи?
Страх в глазах Огги сменился паникой:
– Сегодня был четвертый.
– Четыре раза? – Хэтти грустно улыбнулась. – Итак, ты обокрал их четыре раза… Чудо, что ты еще жив.
– Погоди! – подала голос Нора, так и стоявшая у плиты. – Как ты сумел справиться с тем человеком?
– Что ты хочешь сказать? – злобно спросил Огги.
Нора окинула его насмешливым взглядом.
– Тот мужчина вдвое шире тебя и на голову выше. А у тебя нож в бедре.
Судя по выражению лица Огги, он собирался в очередной раз начать бахвалиться, но сдержался.
– Его Рассел вырубил, – буркнул он.
Эти двое стоят друг друга. Все время устраивают черт знает что, а ей, Хэтти, приходится ломать голову, как выпутаться с минимальными потерями.
– Вам нельзя общаться. Вместе вы глупее, чем по отдельности. – Она посмотрела на потолок, но там никаких советов не нашла. Хэтти опустила голову и вздохнула. – Ну и натворили вы дел.
– Я знаю, – понурился Огги, но Хэтти не поверила, что он действительно сожалеет.
– Ты хоть понимаешь, что наделал, Огги? – спросила Хэтти. – Этот человек – Зверь – ищет тебя, и это великое чудо, что еще не нашел. Но то, что ты сегодня сотворил, – это форменный идиотизм. Какого черта ты связал его? И бросил в экипаже? Чего ты хотел добиться?!