Таинственный остров (СИ)
Новость была через чур уж радикально и тяжелой, типа мешка по голове. Только находилась в них не пыль, а нечто тяжелое, типа камней или металл. Гости мои от этого замолчали. Даже тяжко замолчали. Через примерно час Васька робко (!) сказал:
— А, может, это они ошиблись и оказались попаданцами в наше мире? Где доказательства?
А он молодец, Васька! Не зря он так назван! Все Васьки (и Василисы) обалделые до фига. И их ничем не пробьешь, даже металлическим кузнечным молотом.
— Я ночью звездное небо смотрел, — со вздохом сказал я, — совсем незнакомое. Если это и Земля, то отнюдь не наша.
Тут даже Васька намертво замолчал. Я еще не сказал им, как и Наташе с Виками разных полов, что после долгого разговора с Гжее понял уже, что, если этот мир окажется третьим, и не нашим, и не их, то сильно удивляться не надо. Но об этом позже, не зачем им так сразу в морду, да еще очень больно.
— Гжее, — телепортировал я артефакту, — а остальные попаданцы этой партии скоро здесь появятся? Или нам день — другой надо ждать?
— Трудно сказать — не разочаровал он меня обилием трудностей, — я могу лишь выделить временной промежуток — сутки — двое. И все.
Ха, а ведь прямо не скажешь, удивятся. Еще в драку полезут, придется бить. Решил потихонечку подойти к тему:
— А вы как сюда попали?
— Дак мы утром по асфальтовой дороге на работу шли, — первый раз открыл рот знакомый незнакомец. О, точно голос знаю, значит, свой человек, просто за чередой лет забылся, — а теперь вот здесь и ничего не знаем, — он с надеждой посмотрел за меня, признавая мое первенство.
Вот и хорошо, Васька хоть и шебутной, но тот всегда признавал, что я его и старше и гораздо умелее по жизни.
А вот и он, договорил за своего знакомого:
— Нас, вообще-то, было несколько десятков, но куда-то все потерялись. Остались вот только мы двое. Особые какие, прямо повезло-то как!
Васька был явно и в отчаянии, и заинтригован удивительными событиями. Я поспешил поднять его градус:
— Никуда не денутся, все окажутся здесь же, практика жизни это показывает. Просто где-то заблудились, — я было хотел рассказать про петлю времени, в которую остальные рабочие попали, но вовремя прикусил язык. Откуда у меня такая информация, хоть и кандидуба наук, но так-то обычного человека? А им с чего лукавого все это знать?
Несуразно замолчал, потом предложил:
— Мужики, у меня такое предложение, пойдем-ка к нам на стоянку. Пожуем чего-нибудь с мясом, отдохнем в тени. А здесь оставим записку, хоть мелом на стене дома. Он имеет деревянные стены, самый раз писать!
— Мы согласны, — сразу же согласился Васька за себя и за своего товарища, не давая хотя бы пискнуть — одобрительно или отрицательно, — только я сам напишу, чтобы они поняли, что свои.
Ай да Васька, ай да сукин сын, все он понял или хотя бы заподозревал. Просто понимает, что не то место, чтобы уточнять прерогативы. Но свои позицию, хоть и немного, отстаивать будет. Ну и пусть, он же не раб на кораблике, да и я не собираюсь тащить их в ловушку. Каждый, как может, так и живет.
— Там в сторожке, по-моему, в ящиках одного из столов лежал мел, — предложил я, — возьми!
Я не то, что бы нагрузил его работой, как самого салажистого из нас троих. Наоборот, указал ему, что он свободен в своих действиях. От него ничего не прячут и никак не ограничивают. Васька это понял и, не пытаясь, отбиваться от не его работы, встал и зашел в домик.
Оттуда он немедленно с отвращением громко сказал:
— Фу, ну и вонища, ты кого здесь зарезал, девчонка разве не дала или еще за что?
Момент был довольно острый. Мой молодой друг только что, по сути, обвинил меня в убийстве. В шутливом тоне, конечно, но все же. Ответить-то надо, иначе они точно заподозрят меня не в моем убийстве.
Нет, ребята, я так не играю! И нечего мне тут навешивать убийство, это не «Остров сокровищ» и скелетов всяких людей тут нет!
— Ну ты даешь! — спокойно удивился я, — ты еще в пиратстве меня обвини. Здесь сутки некоторая часть туши оленя лежала, пока я задние ноги утащил. А сегодня остатнее унес, сейчас съедим, да, Виктор?
Специально назвал мальчика полным именем, чтобы тот посерьезнее к этому отнесся. А то по младенчеству ляпнет что-то не то, потом долго будем оправдываться, что не кохлы и эти рога не наши.
Но тот только застенчиво сказал «да» и замолк. Молодец, Вик, правильно оценил свою роль малолетнего мальчика. Тютелька в тютельку, я даже увидел, что парни мои расслабились. Раз мальчонка ничего не пдозревает, а в его годы еще не сможешь играть серьезно. А что им-то быковать со старым знакомым?
Васька пошумел в домике, разыскивая неведомый мел, пока я кратко рассказал его товарищу кратко специфику острова. А что тут рассказывать? Тропики, в лесу львы, в море акулы, все охотно любят жрать человечину. Жить, короче можно, но только очень осторожно. Рук — ног по две, но обе родные.
Васька меж тем высунулся из домика с известием, что мела он не нашел, но зато увидел кусок сухой штукатурки. Попробует им поскрести, может, сумеет что-то написать.
Поскреб. Действительно по некогда влажному дереву получилось нарисовать короткий текст, хотя многие буквы потребовалось скрести по два, а то и три раза. Вот такой текст:
«Здесь Вася и Димон. Мы пошли жрать у местных, хотите. Идите с нами». Транскрипция автора, ко мне не лезьте.
Васька еще хотел пририсовать мое имя, но я, видя, как он мучается с сухой штукатуркой, отказался. Все равно нынешнее поколение села, наверняка, не знает Сергея Логинова, так что маяться?
Васька угукнул, критически посмотрел на текст, что-то ему, видимо, не понравилось, доски что ли не струганные. Увы, рубанка все равно нет, а ножами день будешь скрести.
— Идем? — закончил я мучения Васьки, а Димон охотно присоединил свой голос к моему: — пойдем уже, а то и пить хочется и жрать тоже.
Васька вздохнул, пояснил свое мучение:
— Не найдут ведь стоянку Сереги, если свалятся на остров. Мы будем виноваты потом, сто пудов!
Замечание Васьки хотя бы частично было правильно, пусть он и никогда не был замечен в человеколюбии. Что-то здесь явно кроется. Любимая женщина или у его друганов есть спиртное, типа брага или медицинский спирт. Больше не из того, гадом буду!
Я подозрительно посмотрел на него, требуя колоться.
— Валька там хорошая, — несколько туманно сказал Васька, — у нее муж несколько месяцев назад помер, так что она свободная и у нас что-то клеится. Жалко, если с ней нехорошее будет.
Вот это понятно, все по пацаньему. Нормальный мужик, пусть и ошибается иногда. Предложил:
— А ты допиши, что нужно идти по стрелкам, а в случае чего нам кричать. Остров небольшой, всяко услышим.
— Ага! — просиял Васька и быстренько доскреб необходимое. А потом я вырезал требуемую палку и торжественно вручил Ваське. Надеюсь, он не подумал, что это я буду проводить по песку стрелки? Васька не думал и палку взял даже с благодарностью. Всяко не руками барабаться.
Оделся снова и предупредил гостей, что под прямое полуденное солнце кожу никогда подставлять не надо — обожжешь моментально. Особенно это им, уроженцам средней полосы России. Так что одевайтесь обязательно, если не хотите заболеть. Здесь больниц нет, также как и лекарств.
Посмотрев, как я дотошно одеваюсь и задним поправляю наряд Вика, Васька и Димон, переглянулись и тоже оделись. Здесь они были новички и хотя бы в первые сутки надо было слушаться старожилов. А то ведь шутки — шутками, а земли под могилы хватает. Похоронят в чужом краю.
Пошли медленно, а потом, после моего замечания, что на стоянке мои жена и падчерица уже приготовили обед, и как бы он не испортился, холодильников ведь здесь нет, гораздо скорее.
И правильно, я ведь не шутил. Жара, холодных мест нет, скиснет жирная похлебка в один миг. Ну а мои, гм, заклятья консервации пока еще сверхсекретные материалы Ставки Верховного Главнокомандования. О кей?
От места нашего представления на реке Эльбе до стоянки где-то примерно километр пехом. Шли не более получаса. Я, разумеется, все припахал, каждому мужику был выдан стол, а Вику, как маленькому, стул. Вот и мебели не осталось в домике. Необходимо только сам разборный домик унести, и лети к черту это место. Желательно, конечно, не с людьми. Жалко ведь, не совсем чужие.