Агент Хаоса (ЛП)

Под его глазами залегли тени, но там виднелось и что-то ещё. Тревога.
— Эльрин забрали.
— В тюрьму посадили? Верховный Король снова её арестовал? — однажды мы её уже вызволили. Я не была уверена, что мы справимся во второй раз.
— Нет, — всё его тело напряглось, тугие жилистые мышцы сжались, как у змеи, готовой броситься на добычу. — Думаю, это та же фейри, что похитила твою подругу. Она забрала Эльрин. Она оставила мне записку на зеркале. Кровью.
Костлявые пальцы ужаса крепче стиснули моё сердце.
— Что говорилось в записке?
— Что я должен прийти сюда и убить того, кого встречу, если я хочу, чтобы Эльрин выжила.
«Нет». Я тяжело сглотнула, осознание ударило меня в нутро. Я показала на него ножом.
— В моём послании говорилось то же самое.
Его глаза раскрылись шире, и я видела, что он понял. Похитительница хотела, чтобы мы выбрали между нашими друзьями и друг другом.
Его челюсти сжались.
— Я говорил тебе, что ты не знаешь, во что влезла. Тебе надо было сделать так, как я сказал. Тебе надо было прийти к совету, а потом навсегда покинуть Лондон. Ты не можешь выжить среди фейри. Тебе здесь не место, и ты не можешь защитить себя.
— Серьёзно? Потому что сейчас я чувствую себя так, будто смогу выкосить целую армию, — жажда крови до сих пор полыхала в моём теле, и мне приходилось подавлять желание вонзить нож в грудь Роана. Ладони сделались скользкими от пота. — Я не могу связно мыслить. Со мной что-то не так.
На подбородке Роана дёрнулась мышца. Не сводя с меня взгляда зелёных глаз, он показал на озеро, где на поверхности плавали красные лилии.
— Видишь эти цветы? Мы возле Озера Крови.
Моё сердце ударилось о рёбра.
— И что это значит? Оно не похоже на кровь.
Его пальцы крепче сжали меч.
— Дело не в самом озере. Дело в лилиях. Они провоцируют фейри поддаться примитивным инстинктам.
Мои ноги дрожали, тело отчаянно жаждало атаковать. Но мне ни за что не победить Роана в сражении, чёрт возьми. Я видела, как он дерётся. Несмотря на мой пистолет, он наверняка сумеет разоружить меня за доли секунды. И кроме того... даже если бы я могла убить Роана, я не хотела этого делать.
Похитительница наблюдала за мной, знала, что Роан помог мне достать кость от Гренделя. И она поставила нас в неразрешимую ситуацию — либо мы убиваем друг друга, либо наши самые близкие друзья погибают. Я не позволю ей контролировать меня таким образом. Нам надо найти способ, чтобы не убить друг друга — при условии, что Озеро Крови не возьмёт над нами верх. Но Роан пах так изумительно, и я хотела поглотить его...
Нет. Я попыталась пробиться сквозь злой туман мыслей к чему-то ясному и логичному. Я что-то знала о своей мучительнице. Что-то очень важное...
Я сделала глубокий вдох.
— Она использует зеркальную магию. Чтобы следить за нами, — я не видела вокруг зеркал, но озеро под лилиями было совершенно неподвижным. Оно послужит идеальным отражением. Боевая ярость пронзала мои нервные окончания, мои зубы начали стучать. — Мы можем изобразить драку.
— А потом изобразить смерть? — спросил Роан.
— Ну, может, мы как-то сведём драку в лес и... — образ бойни заплясал в моём мозгу — мой железный нож вонзается в грудь Роана, моя рука сжимает его горло, его зелёные глаза не отрываются от моих, когда он делает последний вдох. Я покачала головой, прогоняя мысль. О чём я вообще думала? — Мы можем притвориться...
— Я не смогу изобразить драку, — сказал Роан. — Кто бы ни похитил Эльрин, она поймёт, что это не по-настоящему.
— Что ты имеешь в виду?
— Когда я дерусь, я меняюсь. Говорю же. Ты понятия не имеешь, какие мы на самом деле.
Я задрожала. «Истинный облик». Я мельком видела его настоящее обличье в фейри-клубе... и это вызывало ужас.
— Ты не можешь просто... измениться?
— Я не могу это контролировать. И если я полностью изменюсь, я наверняка тебя убью, — его мышцы напряглись, костяшки побелели, словно он цеплялся за остатки рассудка. Он убрал меч в ножны так, словно это стоило ему огромных усилий.
 
Огненная ярость полыхала в моих венах. Похитительница знала, что если она просто скажет нам подраться, этого будет недостаточно. Ей надо склонить чашу весов, подтолкнуть к самой грани, чтобы получить настоящую бойню.
— Я... думаю, я знаю, как найти Эльрин и Скарлетт, — медленно произнесла я. — По крайней мере... я знала. У меня был план.
— Хорошо, — сказал Роан. — Но есть лишь один выход, — в отличие от меня он не говорил медленно. Его речь была резкой, злой. Под сдержанной наружностью он был бурлящим вулканом ярости, который угрожал извергнуться.
— И что за выход? — чего хотела похитительница? Избавиться от меня? От Роана? Я сама чувствовала тлеющую во мне ярость. Эта сука... я хотела вырвать её бл*дское сердце и искупаться в её крови. Я хотела разбить ей башку её собственными костями.
Роан зарычал, глаза засветились янтарным. Он чувствовал мою ярость. И здесь, возле Озера Крови, это питало его собственный гнев, и ничто не могло его остановить.
— Нам надо найти эту женщину и вырвать все органы из её тела, — сталь окрасила его слова.
— Верно, — боевая ярость полыхала в моём организме, зубы застучали. — Но я понятия не имею, где она, — я стиснула зубы, чтобы унять их лихорадочную дрожь. — Мы не можем позволить ей выиграть. Ты нужен Эльрин, Роан, и нам надо сосредоточиться.
По воздуху пронеслась холодная рябь, и глаза Роана сверкнули золотом. Моя свободная рука аккуратно забралась в сумочку, пальцы дотронулись до пистолета. Почему-то я знала, что стоит повернуться к нему спиной, как он тут же примет свой истинный облик.
— Нам надо убираться отсюда, — я сделала шаг прочь от него.
Оленьи рога цвета слоновой кости появились на его голове, и моё сердце ухнуло в пятки, когда он стал подкрадываться ближе. Его мускулистые, жилистые руки напряглись.
— Ты не сможешь убежать от охотника, Кассандра. Не поворачивайся ко мне спиной. Как только ты побежишь, ты будешь выглядеть как жертва. И никогда не выставляй против меня железное оружие, потому что ты умрёшь. Я — Смерть, и я тебя уничтожу.
— Роан! — крикнула я. — Очнись!
Он закрыл глаза, сделав глубокий вдох. Мгновение спустя он поднял веки, и радужки снова сделались зелёными.
Я облегчённо выдохнула, стараясь мыслить ясно вопреки безумству в моём сознании.
— Мы оба не хотим, чтобы наши друзья умерли, — злость вспыхнула, воспламеняя моё тело. — Нам нужно найти тварь, которая это делает, и вырвать её гнилой хребет...
Я остановилась на середине предложения, уставившись на озеро. Оно мерцало под ясным синим небом, и на поверхности начало формироваться изображение. Похитительница показывала нам что-то, и от необъятности у меня перехватило дыхание. Я никогда не могла манипулировать таким огромным отражением, и от её мощи по моей спине пробежала дрожь страха.
— Роан. Нам надо уходить. Я не хочу... Роан?
Он уставился на озеро широко раскрытыми глазами. Воздух словно сделался разреженным. Я проследила за его взглядом и посмотрела на образ в озере. Это была пара медных крыльев бабочки, отрезанных у основания. Они лежали в грязи, оборванные и окровавленные. Из них торчали зазубренные кости... похожие на отсечённые кости пальцев. Нет... это не крылья бабочки. Это крылья, вырванные из спины фейри. Зачем она показывает нам это? Изображение снова дрогнуло, показывая уже окровавленный нож. Он был тёмным и ржавым; мне подумалось, что это может быть железо.
— Роан, — произнесла я дрожащим голосом.
Он повернулся, пристально посмотрев на меня, и страх пронзил мой череп. Он разъярённо уставился на меня глазами цвета огненной лавы, и его свирепые татуировки светились медным отливом. Бело-золотистые волосы рассыпались по плечами, оленьи рога сверкали в лучах солнца. Его кончики пальцев удлинились белыми когтями, уши сделались заострёнными. Он зарычал, клыки тоже удлинились. Тени как будто сгустились вокруг него, отчего моё сердце ухнуло в пятки. Он полностью принял свой истинный облик — чистый хищник, и его мишенью была я. При виде его необузданной животной ярости меня накрыло таким сильным ужасом, что я забыла собственное имя.