Танец масок (СИ)

- Именно здесь, - подчёркнуто холодно повторила Фрида. – Я понимаю ваше недоумение, мистер Гэнс, но поверьте, я знаю, что делаю. Не могли бы вы показать мне ваших подопечных?
Смотритель взглянул на настенные часы.
- Через сорок минут будет обед, миледи, если вы согласитесь подождать, я построю их для вас…
Фрида представила шеренгу бедных девушек и женщин, выстроенных перед ней вместо того, чтобы получить обед… Представила и ужаснулась.
- Благодарю, мистер Гэнс. Но мне бы не хотелось отвлекать их. Возможно ли устроить мне небольшую экскурсию? – Фрида улыбнулась как можно обаятельнее. – Я понимаю, моё требование кажется вам чересчур эксцентричным, просто, видите ли, я раздумываю внести небольшое пожертвование в ваш рабочий дом. Не очень много, тысяч двадцать фунтов…
- Тысяч двадцать?! – переспросил смотритель. Фрида и раньше знала, что шёпотом можно кричать, но чтобы так оглушительно… - Да, миледи, конечно. Я понимаю. Позвольте…
Стражника отправили обратно на пост («Будет о чём посудачить с напарником», - подумала Фрида), а смотритель следующие десять минут развлекал богатую благотворительницу рассказами о том, какие перспективы могли бы ждать это заведение при хорошем капиталовложении. Фрида покорно ознакомилась с бумагами, выслушала «прожекты» мистера Гэнса, а потом аккуратно напомнила, что кроме всего прочего она ещё и горничную ищет. Как тут готовят горничных?
Никак, вздохнул смотритель. Разве что совсем дешёвых, в трактир в Нижнем или даже куда-нибудь похуже. А жаль, ведь все девицы здесь аккуратные (потому что знают – если что, их ждёт карцер) и пунктуальные (жизнь в доме расписана буквально по минутам).
Фрида слушала и про себя ужасалась. Смотритель совсем не пытался леди напугать, но даже камни стен здесь дышали отчаянием, а склонившиеся над верёвками в огромном зале женщины всех возрастов довольными отнюдь не казались.
- Позвольте, мистер Гэнс, я осмотрюсь, - мягко попросила Фрида, когда в речах смотрителя наступила, наконец, пауза.
В зале сидело человек, наверное, сто. Они все молчали, склонившись над верёвками – Фрида ловила только осторожные взгляды искоса. Было очень душно и в то же время холодно. А ещё – это молчание угнетало. Не может столько человек сидеть так тихо!
Фрида прикрыла на мгновение глаза, сосредоточилась – но ничего, кроме чужой тоски не почувствовала.
- Миледи, пройдёмте… - начал было смотритель, но Фрида покачала головой.
- Ещё минуту, пожалуйста.
Она прошлась между рядами, медленно, заставляя себя смотреть на работниц. Они казались ей одинаковыми: в серых безразмерных платьях, серых чепчиках, сгорбившиеся… «Ну отзовись же! – мысленно попросила Фрида. – Ты же здесь»
«Здесь…» - эхом повторили волны, и Фрида резко повернулась. Слева, через ряд от неё сидела девушка, кажется, совсем ещё молоденькая, очень худенькая. Самым примечательным в ней были волосы – все под чепчиком они не поместились и красивыми чёрными косами лежали на плечах. Фрида оценила плетение и решительно подошла ближе.
Никто, казалось, не обращал на Фриду внимания, кроме переминающегося с ноги на ногу смотрителя в конце зала. Девочка, склонившись над столом, щипала верёвку. У её ног, тоже очень похожие на волосы, лежали тонкие-тонкие волокна-пряди.
- Здравствуй, - тихо произнесла Фрида, встав рядом с девочкой на колени. Так она делала с совсем маленькими учениками, которые заранее очень её боялись.
Девочка подняла голову, и мгновение её глаза оставались пустыми, словно у мертвеца. Потом она моргнула и вздрогнула. Её взгляд метнулся к смотрителю, и тут же в сторону, к дородной женщине в чёрном платье. «Наверное, она присматривает за ними, пока работают», - подумала Фрида.
- Вам запрещают говорить? – тихо предположила она. – Тогда просто кивни мне, хорошо?
Девочка быстро кивнула, и Фрида улыбнулась шире.
- Хорошо. Ты сама заплетаешь себе волосы, да?
Девочка снова кивнула, испуганно глядя на Фриду.
- А смогла бы справиться с моими? – Фрида сняла шляпку.
 
Девочка, поколебавшись, кивнула снова.
- Прекрасно! Пойдёшь ко мне в камеристки?
Теперь, казалось, все вокруг замерли. А девочка, замерев, таращилась на Фриду во все глаза.
- Не бойся, я щедро плачу, - продолжила Фрида. – И требования у меня совсем небольшие: моя камеристка должна уметь плести причёски из длинных волос и держать язык за зубами. Как думаешь, справишься?
Девочка моргнула, а со всех сторон донёсся шёпот:
- Мэм, я вам лучше подойду!
- Я, мэм, я буду молчать, хоть язык мне отрежьте!
- Мэм, я с волосами умею обращаться, меня возьмите!
«Мэри бы сюда», - подумала Фрида, потом повторила, глядя девочке в глаза:
- Ну как? Согласна?
Та быстро кивнула и щёки её тихонько заалели, когда Фрида, поднявшись, подала ей руку.
- Тогда идём.
Весь зал мерно гудел, когда Фрида вела девочку между столов. Новая камеристка прятала руки, но покорно шла позади, опустив голову, точно заключённая.
- Мистер Гэнс, я нашла себе камеристку, - объявила Фрида, подойдя к смотрителю. – Думаю, на этом нашу экскурсию можно закончить. Есть какие-нибудь бумаги, которые мне нужно подписать? И для денежного взноса – вас навестит мой финансовый агент, так что давайте оговорим время…
Уже в карете, – Пит ничему не удивился, как и все слуги Фриды он уже привык ничему не удивляться, – Фрида усадила девочку напротив, стянула с себя накидку и аккуратно надела ей на плечи. Карета тронулась, а девочка так и продолжала невидяще смотреть на свои колени.
«Надеюсь, я об этом не пожалею», - подумала Фрида.
- Как тебя зовут? – обращаться к ней на «вы» не получалось даже мысленно.
- Мира, мэм, - прошелестела девочка.
- А я Эльфрида, маркиза Вустермор, - представилась Фрида. - Можешь звать меня «мэм», «госпожа» или «леди Фрида». Ты правда умеешь делать причёски?
- Да, мэм.
- Какое счастье! - вздохнула Фрида. – Я замучилась сегодня их заплетать, - она указала на свои косы и рассмеялась.
Мира даже не улыбнулась.
- Мы едем в Хэмтонкорт, там у меня… Что у тебя с руками?
Девочка сжала их, но тут же расслабилась. Фрида наклонилась: все пальцы девочки кровили.
- Откуда?..
- Это от верёвки, мэм, - шепнула девочка.
Фрида выпрямилась.
- Ясно. Сколько тебе лет, Мира?
- Шестнадцать, мэм.
Что-то такое Фриде говорил и мистер Гэнс, но она не поверила: девочка выглядела на четырнадцать, не больше.
- Ладно, - пробормотала Фрида. – У меня отъешься.
Девочка промолчала, только бросила на Фриду испуганный взгляд исподлобья.
***
- Да какого чёрта тут происходит?! – рявкнул Эш, когда в очередной раз наверху что-то с глухим стуком упало.
- Это работники, милорд, - отозвался вечно невозмутимый дворецкий.
Эш резко обернулся и тут же дёрнулся: подмастерье портного снова уколол его иголкой. Сам портной тоже крутился рядом, перебирал образцы тканей: десяток абсолютно, на взгляд Эша одинакового шёлка. Серого, о духи леса, серого!
Портной называл его стальным и фальшиво при этом улыбался.
- Дэвон, дорогой, - пропел Эш, еле сдерживаясь. – Какого чёрта наверху в моём доме забыли какие-то работники? Что они, мать твою, там делают?!
Дворецкий даже не предполагал, как близок Эш был сейчас к тому, чтобы задушить его своими руками, не заботясь, что все: портной, его помощник, Дикон и лакеи у двери, – это увидят.
- Они ремонтируют комнату покойной леди, милорд.
Эш вскинул брови.
- Правда? Не помню, когда это я распорядился?..
- Это был я, господин, - тихо произнёс Дикон. Как обычно словно водой на горячие угли полил: гнев Эша тут же угас. – Скоро в этот дом войдёт новая хозяйка, и я подумал, что вы ведь не хотите, чтобы она осталась недовольна своими комнатами. А комнаты леди давно требуют ремонта. Простите, господин, если я зашёл слишком далеко…