Жестокая нежность 2 (СИ)

Она обернулась на телохранителя, шедшего позади нас на некотором отдалении, чтобы не мешать.
— Что за благотворительность звучит в твоем голосе? — с интересом спросила Лара.
— Хороший он, да одинокий, заслуживает искренности, взаимности, счастья… Хочу предупредить: у него ВИЧ — сам сказал, когда поранился, я пыталась помочь, обезопасил сразу, чтоб не трогала. О чем и так поведает, если согласишься.
— Этим меня не удивишь и не напугаешь. Знаешь, сколько инфицированных среди «нетрадиционных»… — это был не вопрос, а утверждение.
— И все же, повторюсь: не играй с ним.
— Не собираюсь… — честно ответила Лара. — Нравится… Правда, нравится. Впервые за долгое время обратила внимание на мужчину. Я такая непостоянная… А соблюдать осторожность в интимном плане не привыкать, с моим-то образом жизни и пристрастиями. Вот только возраст смущает…
— Ерунда, ты выглядишь на двадцать пять, — улыбнулась ей, подталкивая решиться.
— Врешь, но приятно…
— Хорошо, тридцать — это самый максимум. Ты же красотка.
— Ладно, уговорила, — она провела рукой по коротким рыжим волосам. — Ты отдашь Алекса на сегодняшний вечер?
— Лара, он не вещь, чтобы я им распоряжалась. А с нами есть, кому остаться.
Недолго думая, она подошла к нему. Кажется, из этого что-то получится…
Глава 18
Глава 18.
Сквозь сон, ощутила, как меня активно тормошат, пытаясь разбудить. Нехотя проснулась, наткнувшись на возбужденную Лару.
— Тина, поговори со мной! — заголосила она.
— Да тихо ты… — прошипела в ответ, показывая на спящую дочку.
— Меня разорвет от эмоций, если не выговорюсь, — уже более спокойно произнесла. — Давай, чаю выпьем? Тина, пожалуйста….
— Хорошо. Сейчас приду, — выгоняю ее жестом.
Укрыла Мию легким одеяльцем. И аккуратно выскользнула из постели, натягивая на себя шелковый халатик.
— Садистка, в такую рань поднять… — захожу на кухню, где Лара уже заваривает чай. Часы показывают пять утра. — Что за срочность?
— Он… он… он… — она мечтательно прикрыла глаза, подбирая нужные слова, — потрясающий…
Вот это да! Смотрю и не верю. Влюбилась! И в кого: к кому придиралась и терпеть не могла, лишь потому, что тот мужчина; ревновала, полагая, будто он имеет виды на меня (в данном случае не понятно, чьи интересы отстаивала — Яна или свои).
— Не томи уже, выкладывай, — поторопила ее, планировала еще вернуться в кровать.
— Мы проговорили весь вечер. Алекс такой умный, начитанный, интересный, общительный… Я думала, все эти качки беспробудно тупы, а тут такой приятный сюрприз.
— Ты ли это? — удивляюсь резким переменам.
— Тина… — она подсела рядом. — Между нами даже ничего не было.
— О-о-о…
— Ну как… Он поцеловал… Неистово, жадно, с диким напором — до сих пор губы горят… Чувствовала, как хочет — давно забытые ощущения для меня. Все так необычно…
— Рада за вас, — я сжала ее ладонь.
— Алекс сказал: ему нужны серьезные отношения, а не разовый секс. И если разделяю это желание и готова попробовать, то будет ждать. Представляешь?
— Какие доводы тебе еще нужны? — не понимаю ее сомнений. Шанс для обоих стать счастливыми, ведь взаимная симпатия налицо.
— Никакие… Усмирить бы свою натуру… — она боится, отвыкла от общения с мужчинами, да еще в близком варианте.
— Не выдумывай лишних проблем. Рискни. Ничего не теряешь, и столько всего впереди ждет…
— Девочка… — она провела ладонью по моей щеке. — Все равно не перестану тебя любить.
Бросаю на нее взгляд, желая возмутиться, чтобы опять не развивала однополый сценарий в своей голове. Но Лара опередила:
— Не смотри так, будто не догадываешься о нежных чувствах, которые питаю и это уже не изменить. Просто теперь в моей жизни будет два любимых человека: ты и Алекс.
Смущенно опускаю глаза, не привыкну к подобным вещам.
— Знаешь… — она наливает нам чай. — Рядом с ним ощущаю себя хрупкой, женственной и желанной.
— Значит, тот самый мужчина…
Подумала сразу о Яне. Он уехал сутки назад, и такая тоска уже накатила, до щемящей боли внутри… Беспокоюсь за мужа. Не могу без него… Стоит оказаться наедине с собой, все мысли заполняет — тогда хочется плюнуть на все условности, незамедлительно вернуться домой, унять терзания души, быть вместе и больше не расставаться…
 
— Грустишь… моя девочка… Когда Ян приедет?
Пожимаю плечами. Иногда, с ужасом, представляю: это никогда не закончится, и ворох очередных проблем на нас свалится, не давая выдохнуть…
— С кем-нибудь из домашних говорила? — уточняет, поглаживая меня по голове. Заботливое отношение Лары напоминает чем-то материнское, если бы не творящееся в ее голове.
— Да… С Ксюшей, она относительно в курсе событий. Поддерживает легенду для наших мам, не хотим их расстраивать: ни наигранным показным расставанием, ни правдой тем более.
— Ну, и правильно. Скоро все наладится…
— Мам? — послышалось неожиданно со спины.
— Макс? — обернулась на сына. — Еще рано… Ты что-то хотел?
Быстро подошел и крепко прижался ко мне. Как много он успел услышать? И что именно?
— Люблю тебя… — прошептал мой мальчик, а в голосе звучит не до конца высказанный страх. Наш разговор не принес результата, он по-прежнему считает, что станет никому не нужен…
— Посмотри, как там сестра. Хорошо? — надо исправлять ситуацию, его переживания намного глубже. — Сейчас приду.
Он кивнул и ушел.
— Лар, поговорим позже, — я выпила остывший чай и встала со стула.
— Макс чего-то боится? — она тоже сообразила.
— Нашего с Яном расставания. У него и так судьба не из легких, свои первые пять лет прожил с матерью-наркоманкой, о чем стало известно только после ее смерти, и которой было плевать на сына… А тут мы… И ведь не рассказать всего… Повторила ему ни один раз: развода не будет — не верит все равно. Накручивает себя.
— Бедный ребенок…
И какие-то дополнительные фразы тут не уместны…
***
Мы нежились под ласковым солнышком…
Лара не дает впадать в уныние, я благодарна ей за это, даже за бессмысленную болтовню — на время помогает забыться. Хотя не думать о том, как там муж, что происходит вокруг него — не могла. Созваниваемся не часто, и, конечно, ничего, связанного с ситуацией, не обсуждаем по телефону.
Охрана в курсе, но на все мои вопросы отмалчиваются или банально переводят тему. Терплю пока, насколько меня хватит — не знаю. Одно радует: Макс повеселел. Надеюсь, больше не будет сомневаться в моих словах, касаемо отношений с папой. Он умный мальчик и подмечает многое… Не проведешь, ложь во благо не для него, просила довериться — согласился.
…Дети играли на песке, строя замок. А вместе с ними дурачился большой Алекс, которого они без грамма стеснений эксплуатировали в качестве лошади.
Отношения с Ларой, которые развиваются с космической скоростью, поменяли их обоих: он куда-то дел чрезмерную серьезность, она стала романтичной, сентиментальной и нежной. Наблюдать за ними невероятно интересно.
— Тоже хочу детей… — досадно сказала Лара. — Но, видимо, не судьба…
— Почему? Сейчас медицина настолько развита, что…
Хотела сказать: было бы желание — можно попробовать все предлагаемые методы, чтобы родить здорового малыша. И возраст позволяет пока.
— Я бесплодна, — перебила она. — После случившегося выкидыша на позднем сроке из-за переживаний, когда Влад разбился, вердикт врачей не оставил выбора…
— Ты лечилась?
— Никогда не думала об этом, в то время поставила крест на себе, как на женщине, а сейчас, глядя на Алекса, мечтаю о крохе, похожей на него. Даже не знала, что способна на столь сильные чувства, — капитально ее засосало, окончательно и бесповоротно.
— Теоретически возможно, и его особый статус — не приговор, — настаивала я.
— Не поздно ли? Тридцать восемь лет…
— Если хочешь, то…
— Посмотрим… — Лара не дала договорить, прикоснулась к моей руке, лежащей на животе. — Всегда можно усыновить… Ты мне лучше ответь: беременна, что ли?