Туманная радуга (СИ)
Встретившись с подругами, Вероника предложила заглянуть в кафе-мороженое, потому что до начала сеанса было аж сорок минут. Девушки купили по мороженому и села за свободный столик. Ира поделилась хорошей новостью: на вчерашней олимпиаде по математике она заняла второе место.
— Не знаю, почему не первое, — пожала она плечами. — Я выполнила все задания. Наверное, все дело в скорости. В любом случае, я довольна результатом. Наконец-то все это закончилось, и я смогу просто отдохнуть.
Зинаида весело поглядела на Веронику, которая доедала уже третий шарик мороженого.
— Хорошо, что нас не достают с этими олимпиадами, да, Каспраныч?
— Угу. Уж не знаю, как Ирина все это выносит.
— Приходько, может тебе перейти к нам? У нас в классе действует простая система: получаешь оценки выше двойки — ты великолепен. И никаких тебе олимпиад, факультативов и прочей фигни. Короче, мы с Каспранычем учимся с удовольствием, нас вообще никто не трогает.
— Я уже привыкла к такому ритму, — улыбнулась Ира. — А сейчас у меня вообще появится куча свободного времени, потому что алгебраичка перестанет пичкать меня тонной дополнительных заданий для подготовки к олимпиаде. Знаете, я даже решила, что мне нужно перестать быть такой непреклонной по отношению к парням. — Она нагнулась к подругам и перешла на заговорщицкий шепот: — Не все они одинаково плохи. Есть вполне нормальные экземпляры. Я даже могу сходить с кем-нибудь из них в кино. Особенно если он умный, и у нас совпадают взгляды на многие вещи.
— Ага, кажись, я знаю одного такого. — В глазах у Зинаиды танцевали озорные бесы. Она направила на Иру ложечку, которой ела мороженое, будто бы это была шпага. — Один кореец из твоего класса. Пришло время правды, Приходько. Признавайся, понравился тебе парнишка?
— Да от вас разве что скроешь? Я потому и завела этот разговор, знала ведь, что вы и так уже обо всем догадались. Просто пока я готовилась к этой олимпиаде, будь она не ладна, у меня даже не было времени обо всем подумать. Я и сама не понимала, нравится ли мне Егай как парень, или это что-то другое. Но вчера, когда я ехала домой с олимпиады, я начала размышлять обо всем этом. У меня впереди была целая половина субботы. Все уроки сделаны, никаких дополнительных заданий, подготовок к чему-либо… Я чувствовала себя свободной и… влюбленной. Я поняла это совершенно внезапно. Как Ньютон, которому на голову упало яблоко. Но знаете, девочки, потом мне почему-то стало страшно. Такое странное чувство, как будто эта влюбленность принесет мне что-то очень плохое.
— Не паникуй, а, — сказала Зинаида. — Ну влюбилась ты, чего тут бояться? Тебе ж не замуж за него идти. Как говорит моя маман, все проблемы начинаются только после ЗАГСа. Так что покуда ты не окольцована, бояться тебе нечего.
Эти доводы возымели на Иру нужный эффект, заставив ее мгновенно успокоиться. Никто не знал, надолго ли, но фильм ужасов все трое посмотрели в отличном расположении духа.
После сеанса девушки отправились на окраину города к прудам. Помимо прудов в парке еще имелось большое озеро с зарослями камышей и сосново-березовый лес, но все называли это место просто прудами. В центральной части парка находился старый фонтан с изваяниями медведей, лосей, зайцев, кабанов и разных диковинных птиц.
Обогнув фонтан и миновав озеро, девушки прошли чуть левее по протоптанной лесной дорожке и наконец вышли к прудам. Они были вырыты друг за другом в форме подковы. Особенно хорошо это было видно на фотографиях с воздуха, которые делали разные энтузиасты и фотолюбители. Согласно городской легенде, пруды приносили удачу всем, кто пройдет их все, огибая «подкову» по змейке.
Вероника обожала это место и белой завистью завидовала тем, кому посчастливилось жить возле парка. Ее дом находился примерно в часе пути отсюда, и бывать здесь часто она не могла. Она и подумать не могла, что очень скоро очарование этого места будет надолго испорчено отвратительным происшествием, одну из главных ролей в котором исполнит она сама. Но сейчас все было прекрасно. Девушки беззаботно болтали обо всем на свете, делились новостями и, конечно же, обсуждали парней.
В кустах возле одного из прудов Зинаида заприметила магазинную тележку. Усадив туда Иру, она с хохотом покатила ее на встречу Веронике, которая уже держала телефон наготове, чтобы запечатлеть это действо. Когда тележка набрала скорость и уже могла катиться по инерции, Зинаида отпустила ручку. Из-за неровностей гравия Иру начало заносить то вправо, то влево, а после она и вовсе закрутилась вокруг своей оси. Тот же самый путь тележка проделала, когда на ее борту поочередно оказались Зинаида с Вероникой.
Фотографии получились очень смешные. Гримасам, которые строили девушки, мог бы позавидовать сам Джим Керри. Ира почти на всех кадрах вышла испуганной и растерянной, словно пребывала в глубоком замешательстве от того, что не может контролировать траекторию движения тележки. Вероника без конца хохотала, поэтому на фотографиях вышла с широко раскрытым ртом, зажмуренными глазами и запрокинутой назад головой. А Зинаида, когда тележка уже набрала скорость, решила усесться поудобнее и, не удержавшись, свалилась на колени. Чтобы не упасть вниз, ей пришлось опустить голову и крепко вцепиться руками в прутья решетки, так что волосы полностью закрыли ей лицо. В итоге, на доброй половине фотографий она напоминала персонажа из Семейки Аддамс, у которого были волосы вместо лица.
Вдоволь накатавшись на тележке, подруги спрятали ее обратно в кусты, а затем решили устроить безумные бега. Согласно наспех придуманным правилам, одна из девушек должна была залезть другой на спину и крепко держаться за шею, а та, что выполняла роль возницы — согнутыми в локтях руками придерживать свою пассажирку за ноги. Затем начинался забег по лесу, который длился не дольше минуты, потому что вся конструкция быстро рушилась из-за всеобщего хохота.
Уже стемнело, по периметру «подковы» зажглись фонари, но веселье трех подруг все продолжалось. Они успели наделать не меньше трех сотен фотографий, прежде чем решили расходиться по домам.
Новая девушка Селоустьева
В понедельник Ритка снова привезла Веронику в школу слишком рано. Решив не испытывать судьбу, девушка от греха подальше села на лавочку в раздевалке и там спокойно дожидалась прихода подруг. Кто знает, может, прощание Селоустьева было минутной вспышкой, а на самом деле он и не думает прощаться?
Вскоре в раздевалке показалась Ира. Вероника с удивлением обнаружила, что подруга пришла в школу накрашенной. Макияж был еле заметен, но делал ее лицо более выразительным и очень ей шел.
— Ого!
— Да вот, решила последовать твоему примеру и немного привести себя в порядок. Но если честно, пока шла в школу, уже десять раз пожалела о своем решении. Мама сказала, что все хорошо, но я уже сомневаюсь. Вот, смотри…
Ирка распахнула пальто, и Вероника увидела вполне милое светло-бежевое платье, сшитое из материала под замшу. Довольно короткое, но не вульгарное: длинный рукав, молния до середины лопаток и никакого декольте — круглый вырез целомудренно показывал лишь часть ключиц. Подруга нервно переминалась с ноги на ногу и бесконечно одергивала подол, дожидаясь вердикта своему образу. За ее спиной возникла запыхавшаяся Зинаида.
— Ну ни хрена ж себе! — воскликнула она, и это, пожалуй, был наилучший вердикт.
— Зина чересчур лаконична, — сказала Вероника, — но я, признаюсь, хотела сказать примерно то же самое. Ирка, ты правда очень красивая!
— Ага, Приходько, твой азиат с ума сойдет. И не только он. У вас там парни в целом слабенькие. Могут и в обморок попадать.
— Да что там парни, я и сама чуть в обморок не рухнула при виде этих ног, — добавила Вероника.
Получив от подруг столь необходимую для себя поддержку, Ира заметно приободрилась и наконец перестала одергивать подол. Теперь она чувствовала себя более уверенно, а оставшаяся робость, которая все равно немного проявлялась в ее движениях, только придавала ей очарования.