Под знаком Песца (СИ)

— Я обязательно разберусь и с этим тоже.
— Разберется он. Не вздумай. Нечего там ковырять, понял? — жестко спросил он. — Потому что можно откопать то, чего никому не нужно.
Но я для себя уже решил: по нраву деду или нет, но я выясню все, что связано со смертью родителей.
  
Глава 11
 
Дата отъезда перенеслась на несколько дней. Потому что мало было сдать документы на регистрацию, нужно было дождаться подтверждения и получить новые карты идентификации. Нам обоим получить, потому что реально дядя загорелся сменой фамилии. Не шутка это оказалась, и не желание потроллить отца.
— Это символично, — заявил дядя Олег. — К нам пришел Песец и изменил жизнь. Это знак, пренебрегать знаками нельзя, иначе не будет удачи. Моя репутация в любом случае останется при мне, будь я Вьюгин или Песцов.
Археологи вообще отличались повышенной суеверностью, и дядя исключением не стал. Можно было отнести желание сменить фамилию именно к суевериям, но Песец сказал, что это в нас играет сомнительное чувство юмора. И хотя ему очень приятно, что мы решили назваться в его честь, было бы правильней назваться в честь создателя, Святослава Зырянова. На этом моменте я невольно фыркнул, потому что принимать фамилию Дашки было бы еще смешней и вызвало бы куда больше шуточек. О том, что много лет назад существовал такой ученый, не знал никто, а Дашка Зырянова — вот она, совсем рядом. Еще подумали бы, что я действительно вступил к ним в Род. Нет, Песцов — это и солидней, и надежней, и прикольней.
В процессе оформления документов меня озарило, что мы могли бы поставить в главы Рода дядю Олега, если уж он сам решил перейти от Вьюгиных. Но бюрократический маховик уже завертелся, а когда я намекнул об этом самому дяде Олегу, тот заявил, что он, конечно, старше, зато я — потенциально сильнее. И вообще, быть главой Рода — этот геморрой не для него. Ему достаточно археологических отчетов, чтобы понять свою непригодность к такому роду деятельности. Потенциальная сила могла так и не стать реальной, если не удастся снять блоки, и я тоже чувствовал свою непригодность, но сейчас мог только огорчаться, что не предложил этого деду: он бы точно встал на мою сторону, предпочтя более взрослого.
В бумажной суете выбрать время и добраться еще раз до Полигона удалось буквально перед отъездом, зато дядя Олег своими глазами убедился, что я говорил правду о Тренажерах, которых можно было выбирать не только по сложности, но и по количеству. Опробовал я и новое оружие, и новые заклинания, но магия Воды первого уровня не давала никаких особых преимуществ в бою, потому что Лужу никто не посчитал бы за боевое заклинание, если в нее не добавить Электрический Разряд, а остальные — Чаша (создает воду в заданной емкости), Чувство воды (определяет ближайший источник), Чистка и Зонт — относились к бытовым. Зато первый уровень магии Воды открывал Магию Льда, которая как раз была по большей части боевой. Да и некоторые заклинания в стихийных Магиях второго уровня требовали магию Воды. Именно поэтому Песец настаивал на определенной последовательности — для перехода на второй уровень любой стихийной магии требовались все выученные первого уровня. В противном случае что-то из информации могло пройти мимо. Второй раз один и тот же Модуль не воспринимался, и для меня такая информация становилась недоступной.
Основной упор в этих тренировках я сделал на магию Земли и новые клинки. Последние замечательно лежали в руках и слушались, как будто я с ними уже сто лет работал. У дяди Олега личного оружия не было, но в этот раз он брата с тренировочным не вызывал и взял саблю в аренду при Полигоне.
Отработали мы там все оплаченное время и вышли такие мокрые, как будто приняли душ еще в зале. На майке не было сухого места, и даже волосы прилипли к голове. Хотелось побыстрее смыть с себя соленый пот, да и было пора выдвигаться на вокзал.
— Славно-то как, — выдохнул дядя Олег уже в душе.
— Ага, я тоже давно так не выкладывался, дядя Олег.
 
— Я вот подумал, Илья, ты же главой Рода становишься. Неуместно тебе ко мне обращаться дядя Олег.
— Олег Васильевич? — удивленно предложил я.
— Просто Олег. У нас разница в десять лет всего.
— Двенадцать, — педантично поправил я.
— Вот именно. Считай, что ее нет. У нас нынче свой Род, законы в нем устанавливаем сами. А то когда ко мне такой взрослый парень обращается: «Дядя», я чувствую себя древним стариком.
— Без проблем, — согласился я, потому что в последнее время, когда мы стали общаться с ним постоянно, я частенько ловил себя на желании опустить половину обращения. А теперь мне это, считай, официально разрешили.
После тренировки хотелось расслабиться, но времени на это не было. Пришлось возвращаться домой и грузить в машину Олега контейнеры с нужными артефактами. В этот раз их оказалось куда больше, чем в прошлый, ну так и едем мы на подольше. К своим вещам в сумку я добросил пока пустые кляссеры и наборы Модулей, намереваясь разобрать последние либо в поезде, либо уже на раскопках. После обсуждения с дядей Олегом на аукцион решено было отправлять только битые Модули и дубли — сейчас кажется, что этот навык не нужен, но кто знает, что будет через год?
Еще я взял с собой клинки, собираясь постоянно тренироваться, тем более что в тех Модулях, что у меня имелись, были и разные школы фехтования — наверняка что-то можно будет впитать и опробовать. Но даже если бы Модулей не было, расстаться с оружием я бы не смог — оно казалось продолжением меня самого.
Власовские соглядатаи проводили нас на вокзал, внимательно пронаблюдали за установкой машины на грузовую платформу и за посадкой нас на поезд. Мой тренер наверняка знал о том, куда мы едем, а возможности у него в другом княжестве куда меньше. Конкурентам же он о своих подозрениях в отношении меня сообщать не станет, ему не свойственно заботиться о чужом благосостоянии.
В купе Олег упал на полку и выдохнул:
— Ну и денечки выдались в Роду Песцовых.
— Суровые, — согласился я.
Самым сложным оказалось выдержать разговор с тетей Аллой и не дать ей понять, что я все знаю. Она приехала, выбрав время, когда в квартире был только я, без дяди. Подозреваю, что караулила этот момент перед домом. И с порога начала причитать, что чувствует себя виноватой в случившемся и что не переживет, если из-за нее мне придется распрощаться с мечтой. Уговаривала пойти в военное училище вместе с Владом, пообещав при этом пожизненную целительскую помощь от нее лично новосозданному Роду. И выглядела при этом такой несчастной, как будто у нее действительно была совесть, а не сплошной меркантильный подход к чужим жизням. Слова словами, но только на них она не полагалась, активно использовала подчиняющие техники, которые блокировал Песец, и заметно нервничала, когда у нее ничего не выходило. Успокоилась она, только когда я пообещал, что учиться буду в Верейске, а ушла, только когда я намекнул, что дядя совсем скоро вернется. Но перед уходом не преминула повторить, что я могу во всем на нее полагаться и что она всегда мне поможет, какие бы ни были разногласия у меня с ее сыном. Визит от дяди я скрывать не стал, и родственник до сих пор не мог успокоиться, временами прямо-таки взрываясь от злости по отношению к невестке.
— Зато теперь не зависим от Аллочкиных закидонов. Правда, с теми деньгами, что выделили Вьюгины, какое-то время придется жить в режиме жесткой экономии, — сообщил дядя, — потому что иначе разбазарим то, что есть, и ничего не останется на форс-мажор. Нужно думать, на чем можно сэкономить, чтобы была возможность постоянно ходить в Полигон.
При подписании договора с дедом мы сглупили и не согласовали сумму, которую нам выделяют Вьюгины, понадеялись на их благородство. Совершенно напрасно понадеялись, результат нас не порадовал. Но жалеть об этом я не стал, потому что, потяни мы с согласованием договора, и его вообще бы не было, потому что тетя Алла не допустила бы того, чтобы я сорвался в свободное плавание. И донесла бы свое мнение до деда если не вербально, то магией, хотя в действенности последней она наверняка сомневалась после последних неудач на мне.