Грёзы и предостережения (СИ)

На одном из поворотов тонкий нюх донес аппетитный запах жареного мяса, и громко заурчав желудок, поспешил напомнить о себе, видимо опасаясь, что я пройду мимо. Я и собиралась, но воспитанная в детстве рациональность твердила, что если уж жизнь подсунула мне кухню, то следует сделать запасы. Уже подходя к шумной кухне, в предбаннике заметила висящий ряд странных зеленых накидок и платков. Немного помучавшись, все же разобралась, как это можно на себя нацепить и, закутавшись, сделала первый шаг в огромное помещение.
Суетливость женщин, кипящие кастрюли, вздымающийся пар, стук посуды, негромкие крики и ароматные запахи готовящейся еды — все это так напомнило мне кухню детдома, на которую нас ссылали отрабатывать провинности, что я истуканом замерла у входа.
— Новенькая? — выдернула меня из мыслей пожилая женщина. — Тебя Мора прислала?
Кивнула, не став опровергать это предположение.
— Я Ведера, главная кухарка. Мой руки и приступай к нарезке мяса. Мирина все покажет, — взмахнула рукой в сторону одной из приветливо улыбнувшихся мне женщин.
— Ты рано. Неужели парни так быстро выдохлись? Эх, ослабели рейттары не то, что в наши времена, — с горьким вздохом проворчала увенчанная сединами женщина. — Вот помню я, когда не попала в принцессы, так первую же ночь провела сразу с четырьмя. Ох, что это были за мужчины. Не выпускали из постели до ночи. А нынешняя молодежь? Всунул, вынул и пошел… тьфу…
Я даже споткнулась. Будь я невинной девицей, непременно покраснела от этого разговора, но жизнь в современном обществе рано лишает девичьего смущения.
— Да не смущайся ты так, — неверно истолковала мою заминку Мирина, споро нарезая мясо. — Трубила всегда такая. А тут нравы много свободнее, чем в Тойнто. Никто не станет тебя осуждать и спрашивать. Голодная, поди? На, перекуси, — в руки мне легла тарелка с кусочками мяса, ломтем хлеба и какой-то необычной вареной крупой.
Съела я все быстро, прислушиваясь к обсуждениям и разговорам, начала резать мясо, присматриваясь к тому, что плохо лежит.
— Тут неплохо живется. Никто ни к чему не принуждает, но рейттары умеют убеждать. Зато всегда сыта и одета будешь. Я вот замуж вышла, — улыбнулась она, прерывая свою речь, чтобы взлохматить кудри вбежавших темноволосых мальчишек.
— Мам, мам, а Фергюс сказал, что золотую тоже поднимут в полет. А можно нам посмотреть? — весело крутясь на одной ноге, нетерпеливо затараторил младший мальчишка.
— Мал еще на такое непотребство смотреть, — осадила его резким окриком одна из женщин, усаживая мальчишек за стол и ставя перед ними миску с выпечкой и чашки с белым, похожим на молоко напитком.
— Мам, а она правда из того самого предсказания? — спросил задумчивый старший, беря в руки булочку.
— Из какого такого предсказания, сынок? — удивилась Мирина.
— Ну, той сказки, где золотая вернет силу и величие рейттар, очистив мир от рупантари?
— Ой, что ж это деется, — запричитала, всплеснув руками Трубила. — Бедная девочка. Такая молоденькая и совсем хлипенькая. Ее же наша Прынцесска загрызет за самцов. Да, и те перегрызутся за нее и ей точно придется бежать к преобразившимся, только чтобы скрыться от гнусных посягательств.
На мгновение в кухне стихли все разговоры, словно сказанное старухой встревожило всех женщин, в глазах которых застыл укор и жалостливое сочувствие, пока тоненький детский голосок разорвал установившуюся напряженную тишину:
— Мам, а что такое «гнусых посявательств»?
Все рассмеялись, со смехом сбрасывая напряжение.
— Вырастешь — узнаешь, — ответила женщина, что устраивала детей за столом, легонько тукнув мальчишку пальцем по носу.
— Ба, а ведь нельзя две самки поднимать в один полет, — уверенно заявил старший мальчишка и смутившись под выжидательным взглядом поспешно добавил: — Так папка Картеру говорил. Я слышал.
— Все то вы слышите, все то замечаете, — проворчала женщина: — Потому что это день триумфа самки. Вот ты бы вышел из турнира победителем, тебе оказывают почести, вручают награды, а тут появляется мальчик и говорит, что он ничем не хуже. Что ты сделаешь?
 
— Врежу, — пожал плечами мальчишка с полным ртом.
— Вот и у самок так же. Подерутся, и останется рейт без следующей кладки.
— Но золотая маленькая. Я знаю, меня Фират с собой брал Креека кормить, — поспешно поделился своим знанием младший и закашлялся подавившись.
— Сколько тебе повторять, Мират? С полным ртом не едят, — бережно постукивая его по спине, пробормотала бабушка.
— Тебе еще не пора на тренировку, Фират? — спросила Мирина у старшего.
— Так отменили, ма, из-за полета, — недовольно буркнул Фират.
Снова повисла тишина, смолкли громкие разговоры. Лишь приглушенные неясные шепотки доносились отовсюду, но слов было не разобрать.
В этой тишине сама не заметила, как дорезала мясо. И тут же была впряжена чистить какой-то овощ, похожий на нашу картошку — только синий. Мальчишки собрались убегать, а я решила, что у детей смогу раздобыть необходимые мне сведения и потому спешно чиркнула ножом по пальцу.
— Я это…, - показала порезанный палец Мирине. — Мне бы в уборную.
— Что же ты так неаккуратно, — всплеснула руками женщина, — Ступай скорее и к лекарю заскочи, пусть полечит. Только не задерживайся. Работы много, а завтрак детям уже скоро подавать.
Сунув кровоточащий палец в рот, шустро скользнула в дверь за мальчишками.
Стараясь двигаться бесшумно, следовала за детьми, до очередного закрытого решеткой то ли лаза, то ли вентиляционной трубы у самого пола, в которую, воровато озираясь по сторонам, забрались эти негодники, прикрывая ее за собой. Выждала некоторое время, прячась в тени мрачных коридоров, и оценив размеры открывающегося отверстия, скользнула следом.
Темный лаз вывел меня в пещеру. Спустившись примерно с полутораметровой высоты, встала в полный рост, разглядывая стену с отполированными частыми взбираниями выступающими гранями. Усмехнулась, посмеиваясь с предприимчивости детишек, забивших пару колышек между камней для собственного удобства.
Откуда-то сбоку доносился шум и шорох, указывая верное направление. Минут десять петляла коридорами, пока не выбралась к обширной циркоообразной котловине крутыми стенами уходящей вниз. Сеть довольно больших, около нескольких метров в диаметре пещер, в почти отвесных склонах напоминала птичьи города в прибрежных скалах. Внизу плескалось, переливаясь под восходящим солнцем небольшое озеро, на песке которого устроилось несколько небольших драконов.
Намереваясь не выдать себя и не попасться на глаза этим грозным животным, осторожно двинулась по широкому уступу, завороженно разглядывая все вокруг. Уже ступив на покрытые наметенным песком камни поняла, что это довольно небольшие драконы — подростки, еще не достигшие всей своей мощи.
— Это пещера рождений, — мальчишеский голос, раздавшийся за спиной, заставил меня вздрогнуть. Обернулась. — Здесь живут драконы до обретения рейттара и прилетают потом, пока не появиться новая кладка. Позже они поднимаются вверх и живут там, на верхних ярусах, — взмахнув рукой вверх, указал старший мальчишка, Фират кажется. — Чем старше дракон, тем выше его пещера. Но людям ходить сюда опасно, — предупредил он меня, скептически оглядывая с ног до головы. — Драконы видят в них угрозу, и готовы порвать. Особенно когда заложена новая кладка. Ты была на кухне, помогала маме.
Кивнула, удивляясь наблюдательности мальчика. От накидки и платка я избавилась еще возле кухни, вернув их на место.
— Тебе лучше уйти.
Отрицательно качнула головой:
— Я ищу Джури.
— Джури? — удивившись, переспросил мальчишка, удерживая младшего брата за руку.
— Золотую драконицу. Она где-то тут.
— Так позови ее, — нетерпеливо перетаптывая на месте, пожал плечами младший, словно речь шла о само собой разумеющемся явлении, а не ментальном обращении.
«Для них он обыденность», — напомнила себе, все еще силясь приспособить себя к реалиям этого мира. Но их было так много и все на грани возможного, что мое сознание изрядно запаздывало, узнавая очередной факт, перебирая и раскладывая его на полочку. Некоторые же и вовсе на эти полочки не помещались, ломая уже устоявшуюся картину моего собственного мира.