Крысобой (СИ)

— Тогда твоего сына подвесят вниз головой за ересь, — жестко сказал я.
На войне, как на войне.
  
15
 
Трогер сел на край каменной скамьи. Он думал не слишком долго.
— Как вас зовут? — спросил он.
— Кранц, — коротко ответил я. Ни про какого Крысобоя он наверняка не слышал.
— Вот что я скажу, Кранц, — начал тролль. — Мы хотим когда-нибудь вернуться сюда, на землю наших предков. Не все, многие останутся на востоке, там тоже в целом неплохо. Но я и мои друзья хотим расконсервировать наши мастерские, жить и трудиться здесь. Правда в том, что при Марчесе Втором это невозможно. Можете пытать нас, но делать что-то для тех, кто ему служит, мы никогда не будем. Я все сказал.
Придется изучить историю, чтобы понять такое отношение троллей к Империи. Здесь явно дело не только в налогах.
Но мне нужен был результат сейчас. Сегодня.
Я показал Марвину глазами, чтобы он отошел к Итану и Ретасу. Сам присел рядом с троллем на скамью. Она оказалась теплой, как будто с подогревом.
— Трогер, — сказал я, глядя ему в глаза. — Умеешь ли ты хранить тайны?
Он никак не ожидал такого вопроса и захлопал глазами. Потом молча кивнул.
— На Корханес напали неведомые враги из северных степей, — в общем-то мне нечего было скрывать от Трогера. — Этот арбалет нам удалось захватить у их передового дозора. С таким оружием у них большое преимущество. Они захватят всю провинцию и пойдут дальше, к Эртузу. Вполне возможно, что и через пролив переправятся.
Глаза Трогера загорелись огнем. Он желал победы врагу, настолько ненавидел императора. Пришлось спустить его на землю.
— Не думаю, что у вас получится договориться с ними, — продолжил я. — Вам никогда не удастся вернуться и жить на земле ваших предков, если здесь будут править эти захватчики.
Совсем тупым этот тролль не был. По его глазам я понял, что до него дошло.
— Если же ты поможешь мне, Трогер, — сказал я ему доверительным тоном. — То я обещаю, что и я помогу тебе.
— Как вы можете помочь? — горячо спросил он. — Ваши люди сразу заговорили, что мой сын несет ересь. Нет, я вам не верю, Кранц.
Я встал и попросил Трогера отойти к дальней стене под предлогом посмотреть на домны. Он тяжело поднялся и, ссутулив плечи, повел меня показывать. Его сын посмотрел исподлобья, он был очень взволнован и напряжен. Того и гляди, кинется с кулаками на Итана.
— Скажи Ретасу, чтобы успокоился, — шепнул я Трогеру.
Странным образом это подействовало. Он глянул на меня и заметно успокоился сам.
— Сын мой, — сказал он Ретасу ровным голосом. — Не волнуйся. Все будет хорошо.
Когда мы оказались у доменных печей и никто не мог нас услышать, я, что называется, приступил к вербовке.
— Я не стану обращать внимания, что там твой сын болтает, — начал я. — Все понимаю. Он молодой, горячий. Мне нужна твоя помощь, поэтому я готов договариваться, чтобы всем было хорошо. Никакой политики, только бизнес.
Трогер вздрогнул и недоверчиво уставился на меня, засунув мизинец в ухо.
— Нет, ты не ослышался, — сказал я, улыбнувшись. — Я за взаимовыгодное сотрудничество. Твой сын может называть императора как угодно, если мы с тобой найдем общий язык.
У тролля челюсть отвисла.
Кажется, я понял в чем проблема. Имперские власти повернуты на идеологии, а тролли просто хотят делать свой бизнес, но без необходимости поклоняться кому попало.
У меня появился стратегический план. Но должно совпасть очень многое, чтобы этот план сработал. И краеугольный камень во всем — это технологическое превосходство в вооружении. Для начала мне надо сломать эту стену.
— Какие нужны ресурсы, чтобы в срочном порядке поставить производство таких арбалетов на поток? — я перешел к делу. — Мне нужно десять тысяч штук и по сто болтов к каждому. Как скоро ты можешь сделать такое количество? Назови цену.
Трогер оказался деловым человеком, то есть троллем. Большой заказ ему понравился, он нахмурил лоб и начал загибать пальцы, что-то бормоча под нос.
 
Я не мешал, думая, где он возьмет материалы для тетивы и ложа. С металлом у троллей, судя по всему, проблем не было.
Трогер достал из кармана угольный карандаш и смахнув пыль с ближайшего станка, стал писать какие-то закорючки. Высчитав все, что нужно, тролль молча уставился в пространство перед собой.
— Сперва надо сделать опытный образец и провести испытания, — наконец произнес он. — На это уйдет часов десять. Я сделаю этот арбалет полностью из стали, с добавлением гнумсара в дугу для гибкости и летучего металла в ложе для облегчения конструкции, а тетиву сделаю из стального троса. Спусковой механизм нужен реечно-редукторный, тогда мой арбалет будет мощнее и надежнее этого. На это нужно еще несколько часов. Мне понадобятся четверо помощников, чтобы запустить малые печи и эти станки.
Трогер повертел тяжелый арбалет и взвесил на ладони.
Потом принялся еще что-то писать и высчитывать.
— Один арбалет при партии в десять тысяч штук обойдется в сто пятьдесят тигров. Сотня стальных болтов с оперением и острым наконечником обратного конуса — еще сто монет. Мы сможем делать двадцать арбалетов в час, когда настроим весь процесс. Понадобятся помощники для ручной сборки. Десять тысяч штук мы сможем сделать за пятьсот часов круглосуточной работы. Насчет денег: десять тысяч комплектов — это два с половиной миллиона тигров. Пятьсот тысяч нужно вперед.
Не так уж и много для победы. Наверняка у Прото есть гораздо больше денег, если три тысячи для него копейки, за которые и отчитываться-то не обязательно. Только Корханес в осаде. Чтобы прорваться туда, нужны арбалеты, но чтобы их сделать, нужны деньги. Замкнутый круг. Обращаться за деньгами в метрополию в мой план не входило.
Сколько весят пятьсот тысяч монет? Сможет ли одна большая ворона перенести такую сумму за раз?
— Начинай делать опытный образец, — сказал я Трогеру. — Четверых помощников я тебе оставлю сейчас. Деньги на всю партию получишь потом. У меня собой только три тысячи. Вот возьми. Это полная предоплата за двенадцать комплектов.
Он посмотрел на тигры и покачал головой.
— Деньги можно потом, как примете первую партию, — тихо произнес он. — Мне нужно ваше слово.
Мое слово? Конечно. Легко.
— Что ты хочешь? — спросил я.
— Пообещайте, что моего сына никто не станет наказывать за его необдуманные слова.
Вообще не вопрос для меня.
— Торжественно обещаю, — сказал я. — Клянусь, что никаких наказаний вашему сыну не будет. Всемогущий Михр — свидетель.
Этого оказалось достаточно. Лицо Трогера просветлело и разгладилось.
— Мы хотим жить и работать здесь, — повторил он свое сокровенное желание. — Я помогу вам, а вы поможете мне. Не хочу иметь никаких дел ни с кем, кроме вас. Я вижу, вы говорите искренне. И я вам верю.
Он протянул мне обе руки. Мы скрепили наш договор перекрестным рукопожатием.
Трогер показал на арбалет.
— Проще и дешевле, а самое главное, дальнобойнее и смертоноснее, можно сделать похожее оружие, которое будет стрелять свинцовыми шариками. Вот.
И он начертил угольным карандашом на станке макет самой настоящей аркебузы арбалетного типа, с длинным стволом, дугой, ложем и прикладом, как у винтовки.
— Где ты такое видел? — спросил я, пораженный четкостью чертежа.
— Нигде. Сейчас сам придумал, — ответил он просто и скромно улыбнулся. — Но я бы никогда не додумался, если бы не увидел арбалет. Тот, кто придумал его — гений.
 
Не такой уж и гений. Вот если автомат Калашникова они тут придумают, тогда да, респект.
— Насколько легкой и удобной будет эта штука? — спросил я. — И какой убойной силой будет обладать?
— Ложе и приклад я сделаю из закаленной черной смолы с небольшим противовесом, а ствол из железа. Будет гораздо легче этого арбалета. Дугу, как и для арбалета, сделаю из смеси стали и гнумсара, тетиву из стального троса. С расстояния в пятьсот шагов свинцовый шарик будет пробивать любой нынешний доспех, — Трогер постучал костяшками пальцев по моей кирасе. — Но для производства такого оружия и для изготовления свинцовых шариков, мне придется сначала отправиться на восток, чтобы уговорить Хемсдала вернуться или дать мне ключи от его мастерской, она дальше по ущелью.