Мужчина с огнестрелом
И вынужден был признать, что потенциал таки есть. В будущем… далеком будущем. Ее только откармливать пару лет придётся, я уже молчу про – лечить. Но уже сейчас выбранная за консервативность блузка выглядит на редкость неприлично. Элегантно, но неприлично!
А ещё я осознал, что не купил пару важных вещей. И то, что под очень скромной элегантной юбкой на Оружии нет нижнего белья, почему-то меня откровенно беспокоит…
Так, тьфу! Решено! Вечером звоню Си. Или Жанетт. Надо сбросить стресс, а то уже на кости бросаюсь. А еще посоветоваться по поводу воспитания… Ну и всяких женских штучек. Спрашивать у смески, что именно я должен был ей купить, чтобы не попасть впросак – это не лучшая затея. Девчонка и так не воспринимает меня всерьёз, а я не потерплю… то есть, такое отношение Оружия к Мастеру – неприемлемо. Кстати…
– Как тебя звали раньше? – спросил я уже одевшуюся дикарку. Нет, я читал документы, и там было ее имя. Только за всеми этими хлопотами я просто не стал его запоминать.
– Что значит “раньше”? – удивленно вскинула бровь тоненькая и очень… хм, а вот сейчас она держится не как смеска, а как клановая: спина подчеркнуто прямая, подбородок вверх. И одежда. Нет, я сам выбрал консервативную элегантность, но честно, не ожидал, что она так гармонично сядет на какую-то дикарку из захолустья. Ещё бы тон сменила.
– Потому что Мастер сам дает имя своему Оружию, – пожал я плечами, стараясь выразить всё своё неудовольствие взглядом, – но я прекрасно понимаю, что резкая смена привычного набора звуков может поначалу вызвать дезориентацию.
– Меня зовут Юлия Азарова. И никак иначе, – вот вроде и вызова в голосе нет, спокойная констатация факта, ни наглых взглядов, ни упрямо выпяченных подбородков. А прозвучало… Тц, неужели придётся ломать?
– Юлия… – я сделал вид что не воспринял ее слова всерьёз, – Юли…анна? Нет… хм… Лия. Будешь Лилией. Сокращённо – Лия. Так в документах и запишем.
– Меня зовут Юлия, – все так же спокойно повторила дикарка, словно тоже не услышала моих стараний не слишком менять привычное ей имя.
Так, Макс. Выдыхаем. Она просто… мелкая и глупая. Говорят, воспитывать детей надо без крика, спокойно и твердо.
– Сейчас выведешь меня из себя и станешь Краколеттой, – как бы в шутку сказал я. – Смена имени – это давняя традиция нашего народа. Новый Мастер – новое имя.
Смеска промолчала. Но у меня сложилось впечатление, что лучше бы вслух спорила. Тогда можно было бы воспитать или припугнуть. А так – осталась при своем мнении и еще его покажет. В самый неподходящий момент, как это всегда и происходит.
– Хорошо, – скорее самому себе кивнул я, – мобиль будет где-то через 6 минут, я думал, ты будешь одеваться медленнее.
Я ещё раз, чуть прищурившись, оглядел девушку с ног до головы. Так, слегка поправим блузку, юбку тоже переместим чуть повыше, волосы… Хм, после медески волосы перестали быть высушенной соломой неопределённого цвета, но уход тут явно требовался. И кожа все еще болезненно бледная, хотя черные круги под глазами исчезли. И губы сухие, и… хм, Си как-то говорила, что в оранжевом секторе есть отличный салон красоты, где даже из полной замарашки сделают конфетку. Цены там вроде тоже… кусаются, но что не сделаешь ради себя любимого. Да, именно ради себя. Мне же с этим теперь жить. А лицезреть каждый день неухоженную девчонку удовольствие не из приятных.
– Держись, – снова подхватил я дикарку, стараясь не потревожить больную ногу. Коммуникатор известил о прибытии транспорта. Тц, все же кормить ее надо и кормить… не может нормальная девчонка ее роста вообще почти ничего не весить, даже кости и те, будто полые. Надо чуть позже узнать, как составить рацион так, чтобы масса увеличилась только в нужных местах.
А пока… все равно после салона собирались в ее мир, так что думаю, хороший ресторан сможет предложить что-то лёгкое и питательное. Надо только уточнить в сети, есть ли такие в ее мире.
Лилия держалась за меня как-то… достаточно свободно. Она не зажималась и не пугалась, чего я подсознательно ожидал, выходя на космическую трассу, где нас ожидал мобиль. По сторонам, конечно, смотрела с явным любопытством, но рот держала закрытым и не таращилась.
Мне даже на секунду стало жаль, что она не привязана и я никак не могу почувствовать ее эмоции. С такой «тихушницей» это стало бы неплохим подспорьем.
– В салон «Возрождение», – скомандовал я мобилю, усадив девушку и присев сам. Хм, может, пока мое приобретение будут приводить в порядок, мне тоже слегка побаловать себя массажем?
Юля
Сомнения в “инопланетянах” пропало сразу же, как мы вышли из клиники – никто ради меня не стал бы строить таких масштабных декораций, да и… всего не подделаешь. Запахи, звуки, свет, перспектива… и смена миров. Только что мы летели в странной округлой машине вдоль хрустальной нити, проложенной прямо в пустоте между плывущими мимо планетами, и вдруг р-раз! Такая же хрустальная арка, за которой дорога превратилась в узкий извилистый серпантин между скалами, под безумным фиолетовым небом. И снова – за резким поворотом уже желтая сухая степь, разрезанная надвое линейкой дороги.
Пейзажи менялись так часто, что я сбилась со счета. Только ради интереса, ну и чтобы окончательно убедиться в реальности происходящего, где-то на третьей смене попросила приоткрыть… окно? Иллюминатор? Люк? Открыть, в общем. И сидела какое-то время с закрытыми глазами, развлекаясь тем, что угадывала новый мир по резко изменившемуся запаху встречного ветра. Забавно…
А потом мы приехали. Мир показался мне очень похожим на мой, привычный, а здание с вывеской, на которой был нарисован некий экзотический цветок, и вовсе было как две капли воды похоже на какой-нибудь элитный салон красоты для богатых. Откуда я знаю, как выглядят такие салоны? А интернет на что?
Самое прикольное – уже через несколько секунд пристального рассматривания странные закорючки на вывеске вдруг ожили и сложились во вполне понятную надпись: “Возрождение”.
– Полный комплекс, – небрежно бросил кукольник вежливо поздоровавшейся с ним администраторше и сгрузил меня в большое мягкое кресло возле огромного зеркала. – Мое Оружие немного не в форме, так что обеспечьте, пожалуйста, ей возможность двигаться во время процедур как можно меньше.
Судя по всему, золотистый прямоугольник, мелькнувший в его руках, был чем-то вроде элитной кредитки, потому что градус вежливости после этого жеста еще повысился.
Я про себя сначала хмыкнула, потом вздохнула. Понятно, что мне не нравился командный тон этого товарища, не нравились и его хозяйские замашки. Но всегда надо сначала осмотреться и понять, что происходит, только потом действовать по обстоятельствам. Интриги перед премьерой – та еще школа, особенно когда кандидаток в примы несколько, и силы их почти равны…
С именем он, конечно, выступил. Я ему кто, собака, чтобы менять кличку с каждым новым “хозяином”? Но спорить вслух я посчитала глупым и преждевременным. Просто… имя – это единственное, что у меня есть. Это Я. А свою Лию он может хоть на лбу себе вытатуировать, я просто не стану на нее отзываться.
Все это бесконечным хороводом мыслей крутилось в моей голове, пока я расслабленно лежала в какой-то пахучей ванне, наполненной синей мыльной водой. Хозяин заказал полный комплекс? Вот его мне и обеспечили. Интересно, а Максимилиан знал, что на это все потребуется больше четырех часов? В любом случае, я рада этой отсрочке…
Меня мыли, терли, умащивали, массировали, обрабатывали какими-то лазерами, расчесывали, пытались красить… вот тут я вежливо и мягко вмешалась в процесс и плодотворно поболтала с девочками. Совместно мы решили, что менять цвет волос все же не стоит, но привести их в порядок – идея хорошая. Да, и брови можно самую капельку подкорректировать, я покажу как. Да, я знаю, как мне больше подходит, спасибо. И эта легкая асимметрия – моя изюминка, вы правы.
Прическу, как выяснилось, мне выбрал “мой Мастер” прежде, чем слинять в соседний массажный кабинет для мужчин. Я сначала внимательно изучила голографическую картинку того, что он там навыбирал, и только потом согласно кивнула – высокий конский хвост, перехваченный шарфом, привычно гладко зачесанные волосы – это приемлемо. Хорошо, что не выбрал каких-нибудь раскудрей а-ля “Мальвина из Задрипанска”. А то даже не знаю, как бы потом девочки перед ним оправдывались – я-то точно не дала бы соорудить на своей голове ничего подобного.