Тонкие грани (СИ)
А ещё скоро должен вернуться мой человек с биологическими материалами для господина Ли, которого я должен буду навестить и закрыть этот контракт. Если всё пройдёт как по маслу, в деньгах проблем не возникнет. Возможно, мы даже сможем немного расшириться за границы самого Сильверсайда. Ведь что в жизни решает? Верно, деньги.
По моим пока лишь прикидкам, если проспонсировать некоторых людей и заручиться поддержкой, например, некоторых кланов, то мы будем иметь выход на куда большие рынки. Ведь криминал не отличается от обычного бизнеса — ты ищешь партнёров, которые находятся на нужной территории, встречаешься, договариваешься, платишь, зарабатываешь авторитет, а потом медленно, очень медленно поглощаешь их.
Но это всё планы на будущее. Сейчас же главным было навестить Джека и устроить диверсию у Брюсселя.
* * *Когда я вошёл в палату Джека, тот читал книгу.
Верх ногами.
Я и раньше подозревал, что читать он не умеет, но теперь в этом был уверен.
Когда я вошёл, он едва не свалился с кровати от радости, попытавшись слезть с неё.
— Томми! — поднял он руку, будто я его мог не заметить. Единственного бодрого человека в палате, который читает книгу верх ногами. — Томми, я здесь! — да быть не может, тут всего четыре человека. Кстати, почему не в отдельной палате? — Томми! Иди сюда, я тут!
Он так и лучился счастьем, будто ему подарили контейнер синей изоленты.
— Привет, Джек, — усмехнулся я. — Смотрю, читаешь… «Войну и мир»? Не слишком ли жёстко после случившегося?
— Да делать нечего! Не, ты прикинь, ваще скучно! А я пытаюсь прочитать «Войну и мир» верх ногами. Ну, типа первый в мире человек, прочитавший «Войну и мир» верх ногами. Спорим, даже Достоевский не думал, что кто-то будет читать его книгу так?
— «Войну и мир» написал Толстой, — заметил я.
— Да какая разница. Они все на одно лицо, — отозвался он.
— Ну и как твои дела? Смотрю, ты оклемался, — улыбнулся я. Улыбнулся тепло, потому что, глядя на неунывающего Джека, мне казалось, что всё не так уж и плохо. Возможно, умри он, и я бы лишился какой-то важной части своей жизни. — Быстро восстановился. Доктора в шоке.
— Ага! — засиял он. — Оказывается, я импульсник!
…
Мой недоумённый взгляд был отличным ответом на его слова, так как в мозгу у меня пробежали троеточия.
Джек… импульсник?
— Я тоже в шоке! — во все тридцать два зуба улыбнулся он. — Я чьорт просто охуел и не поверил. А потом ещё немного охуел, потому что мне показалось, что один раз охуеть для такого слишком мало! Не, ну ты прикаляй, а!
— Импульс?.. — только и выдавил я. — Каким… образом?
— Да хуй знает, — пожал он плечами. — Оттуда наверняка и регенерация! Ну, типа от таких ран он проснулся, и я такой хоп! Всё, импульсник!
— А как ты решил, что ты импульсник?
— Так я импульсом обладаю! Причём ёбаный гений, оказывается! Я владею кучами штук! Ну типа я могу огонь создать, могу молнию, а могу телекинез использовать! Не, ну круто, да?! Да я машина для убийств! Вот, смотри!
Он вытянул руку по направлению к стулу, который стоял у стены, и натужился. Покраснел, вены на лбу вздулись, было видно, что Джек очень сильно напрягся. Стул у стены словно в ответ задрожал, с каждой секундой всё сильнее и сильнее, будто в него вселился злой дух. А потом резко отлетел, перелетел всё палату…
С грохотом разбил окно и вылетел на улицу.
Через пару секунд оттуда раздалось истошное:
— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!! СУКА-А-А-А-А-А-А-А-А, БЛЯ-Я-Я-Я-Я-Я-Я-Я-Я-Я!!!
Мы в лёгком шоке смотрели на разбитое окно, через которое теперь сюда вдувался лёгкий весенний ветерок, неся с собой аромат большого города.
— Наверное… день у кого-то не задался… — пробормотал после неловкой паузы Джек. — Ну типа… может на работу опоздал…
— Мне кажется, ты сбросил стул кому-то на голову.
— Да не, быть не может… — почесал он затылок. — Ну ты понял, да? Типа я могу что-то делать теперь. Правда, мне учиться и учиться ещё… — вновь посмотрел на разбитое стекло. — Некрасиво вышло, кажется…
Я выглянул в окно, куда Джек выбросил стул. Там, на земле, валялся, истошно крича, какой-то мужчина, которому ножка стула, кажется, воткнулась то ли в задницу, то ли в бедро. Отсюда и не разглядишь. Но это было прямое попадание.
— Сделай одолжение, не используй свой импульс пока, — попросил я, приглядываясь к жертве. — Не хочу потом отстраивать больницу заново.
— Да я это… случайно же. О! О, точно, смотри! Я могу огнём управлять! Ну типа как огненный маг в какой-нибудь РПГ-шке! Гляди!
— Стой, Джек, это…
Но он уже не слушал, выставил перед собой руку и начал тужиться. Тужился где-то минуту, прежде чем начал недовольно хмуриться.
— Раньше получалось…
— Слушай, у меня плохое предчувствие… — начал было я, но тут Джек сделал ход конём.
Он щёлкнул пальцами.
И, к моему ужасу, выстрелил небольшим огненным шариком в кровать, на которой всё это время лежал какой-то мужичок, прячась от нас под одеялом. Будто облитая бензином, она за какие-то мгновения вспыхнула ярким костром. Раздался истошный крики бедного пациента, который едва ли не живьём теперь горел на собственной кровати.
В ужасе я бросился к нему, попутно схватив одеяло с одной из пустующих кроватей.
Дёрнул.
И сдёрнул случайно с кровати какого-то дряхлого старика, который в это одеяло был завёрнут — его даже видно не было! Тот с глухим «бум» и отчётливым хрустом шмякнулся на пол, издав «о-о-о-ох».
Блеа-а-ать!
Но бросаться к старику времени не было. Подхватив одеяло, я прыгнул на кровать, накинув его на весёлый костёр, который набирал обороты с истошно кричащим мужиком.
— Я сейчас всё поправлю! — раздался испуганный голос Джека.
— Нет! — заорал я в ужасе, но было поздно.
Всего доли секунд. Доли каких-то секунд, и на нас словно из ведра вылилась вода. Но хуже того было то, что эта же вода попала в долбанную розетку рядом. И свет, который был в палате, ярко мигнул и потух.
В палате повисла тишина, нарушаемая лишь оханьем старика, хныканьем подгоревшего мужчины, криками ещё одного мужика на улице и шумом в коридоре больницы.
— Джек, руки-хуюки чьорт, ты в следующий раз в жопу себе выстрели! — прорычал я.
— Да я как лучше хотел… — пробормотал он испуганно.
— Чьорт, Джек, ты дрочишь?! — рявкнул я. — Ёб твою жопу на ремни! Ты сука за секунду умудрился разпиздюлить всю больницу, стоило тебе обрести импульс! А когда сильнее станешь?! Что?! Сразу город сожжёшь?!
— Так я же не думал…
— А надо было! — рявкнул я. — Твою мать…
Дали идиоту силу…
Я быстро огляделся. Ещё один пациент, кажется, притворился мёртвым… или умер от неожиданности… Чёрт, это же надо так…
И в этот самый неподходящий момент в комнату ворвался врач с охраной.
Я не знаю, о чём он подумал, но валяющийся на полу и стонущий старик, обугленный мужик, мёртвый на вид пациент и Джек… который голый светит своим достоинством и стоит у себя на кровати с испуганными глазами. И всё это на фоне разбитого окна в залитой водой палате. Она выглядела как после погрома.
Охрана с врачом смотрели на меня в полнейшем шоке, не понимая, что здесь произошло. И пока они не пришли в себя, я пошёл самым естественным и простым путём:
— Ваша больница принимает пожертвования? — совершенно спокойно спросил я, будто ничего не произошло.
Да, я попытался всех подкупить.
* * *— Блин, прости, пожалуйста… — тихо попросил прощения Джек, когда мы приехали в его квартиру. Я решил забрать этого дебила из больницы, чтоб он её не сжёг к чёртовой матери. — Слушай, ну реально, Мясник, я случайно…
— Следующий раз, когда тебя посетит внеочередная гениальная идея, долбанись головой об стенку, — бросил я, не глядя на него. — Как себя чувствуешь?
— Да нормально, как огурчик, но… Блин… я… реально случайно…
Я всю дорогу молчал, не сказав ни слова, так как ругать при подчинённых их командира… ну такое себе дело. Они его должны бояться и уважать, поэтому подрывать его авторитет при других я не стал. Но сейчас я аж бурлил от негодования, и причина была отнюдь не в том, что произошло в больнице.