Соль под кожей. Том второй (СИ)
— Завтра? — Он морщится. — Ты не поедешь к Наратовым загород?
Странно, но я готова поклясться, что сейчас его это пугает, хотя когда речь только зашла о приглашении нашей «семьи», он чуть не из шкуры пнулся, лишь бы я не присела ему на хвост. Боится отойти от меня, чтобы снова не наломать дров? Компания друзей-товарищей перестала быть безопасной?
Как бы там ни было, мне такой робкий Андрей нравится гораздо больше.
— Если ты оставишь мне координаты или геолокации, я подъеду как только разберусь с делами.
— Нет. Знаешь… Давай я просто тебя подожду. Сколько надо. Мы же типа… ну… семья. Будет странно, если туда, куда нас пригласили вдвоем, приедем по-отдельности.
— Да, пожалуй. Я постараюсь справиться максимально быстро. Ты на всякий случай предупреди своих друзей, что мы опоздаем. И еще нужно взять что-то с собой, чтобы не ехать в гости с пустыми руками. Наверное, заказать…
— Я уже, — неловко перебивает Андрей.
— Молодец, — хвалю я, потому что сегодня он просто весь из себя умница-подорожник — хоть к ране прикладывай.
Отлично. В офисе никто не станет удивляться моему визиту в выходной — наша служба безопасности уже давно к этому привыкла. А если вдруг что-то когда-то всплывает, Андрей вспомнит, что я была там по его, условно говоря, «заданию». Так что можно считать, что алиби я себе обеспечила.
Глава восьмая: Лори
Глава восьмая: Лори
Настоящее
Я быстро принимаю прохладный тонизирующий душ, сушу волосы и захожу в гардеробную в поисках подходящего для сегодняшнего вечера «наряда». Часть вещей я уже развесила, но это в основном мой рабочий look — заранее отглаженные рубашки и костюмы. Точно не то, в чем нужно идти на гастрономическое мероприятие. Но и натянуть какой-то балахон — так себе идейка, потому что в таком виде я точно буду привлекать ненужное внимание среди разодетых мажоров. Готова поспорить, что несмотря на холодную погоду, Илона нарядится в какое-нибудь роскошное платье.
Подумав немного, вспоминаю о существовании у меня серого вязаного костюма, нахожу его в одном из ящиков и минуту рассматриваю. Купила эту вещь на какой-то распродаже, куда пошла со своими «правильными» подружками — они так кукарекали вокруг того, что это чуть ли не уникальная дизайнерская вещь, но осталась в единственном экземпляре и никому, кроме меня, не подошла по росту. Кажется, я только поэтому его и купила, но с тех пор ни разу не надела, потому что это была как раз та вещь, которая полностью выбивалась из моего повседневного образа. Но для сегодняшнего выхода — идеальнее не придумаешь. Не броское, но достаточно модное и теплое.
Я быстро переодеваюсь, наношу на лицо каплю макияжа и собираю волосы под модную вязаную шапку. Вот так, теперь мой платиновый блонд тоже под надежной защитой от посторонних взглядов. И в целом, получилось очень даже нарядно.
— Ты уходишь? — слышу сверху голос Андрея, когда на минуту задерживаюсь на первом этаже.
— Да.
Он сегодня как будто об косяк ударился — ведет себя вежливо, не хамит, послушен до безобразия и впервые в жизни ему есть дело до того, что я собираюсь провести вечер не дома.
— Уже довольно поздно, — запинаясь, говорит Андрей и спускается до середины лестницы, откуда продолжает смотреть на меня щенячьими глазами.
— Есть какие-то проблемы с этим?
— Я просто подумал… может… я пойдем вместе?
— Андрей, у меня встреча с моим мужиком. И хоть он довольно широких взглядов и точно не пуританин-фанат миссионерской позы, очень сомневаюсь, что среди его сексуальных фантазий есть МЖМ с участием моего мужа.
— Прости, прости… Я не знал…
Андрей садится прямо на ступени, обхватывает колени руками.
Черт.
Я давлю в себе внезапно вспыхнувшее к нему чувство жалости. Приходится даже вспомнить тот вечер, когда именно он дал мне стакан с дрянью, после которой меня развезла как после литра водки. В тот день он тоже не выглядел способным на такое коварство злодеем.
— Хорошо тебе провести время! — кричит мне в спину, когда я выскальзываю в дверь, чтобы поскорее выйти из фокуса его внимания.
Ситуация с папашей все-таки конкретно ударила по его самооценке.
Ну и тот факт, что сбылись мои худшие предсказания о том, чем может обернуться его постоянные игноры элементарных правил безопасности — тоже. А я ведь предупреждала.
По дороге на мероприятие, заглядываю в переписку Рины и Сергея, и нахожу там еще несколько сообщений — грубых и матерных. Сначала хочу пошутить, с каких пор разговаривать матом с женой своего друга — это хороший способ укрепить семейные связи, а потом резко себя одергиваю.
Он пишет это не мне.
Он пишет это «Рине». С первого дня их знакомства Наратов позволял себе вставлять матные слова по поводу и без, но со мной, Валерией Ван дер Виндт, он предельно вежлив и обходителен, почти ласковый зайка. А если копнуть еще глубже и заморчиться с датами, то после того, как мы с ним официально познакомились, его откровенное пренебрежение Риной вышло на новый уровень. При том, что он продолжает держать ее на коротком поводке.
Почему?
— Потому что уже нашел себе более ресурсную жертву, — говорю себе под нос.
Но я — жена его лучшего друга. Жена человека, с которым они навсегда повязаны смертью трех ни в чем не виновных людей. И даже несмотря на это, Сергей, судя по всему, всерьез на меня нацелился. Зачем? У Валерии Ван дер Виндт нет богатого отца, который устроит ему беспрепятственный подъем по карьерной лестнице, ее должность хоть и довольно высока для таких лет, но все же полностью в подчинении Завольского-старшего. С точки зрения выгоды, я ни о чем. А Сергей всегда и во всем ищет выгоду, особенно — в женщинах. Даже если с каменной рожей переступает через их рыдающие тела.
Возвращаюсь к переписке с Риной.
Пропускаю длинную череду его матерных сообщений о том, что я высказала пренебрежение на тему его «упаковки». Читаю только последних два.
Сергей: Короче, ты вообще полностью не права! И должна извиниться!
Сергей: Тогда можем увидеться в четверг или пятницу, я подумаю, где и как.
Я ничего не отвечаю, рассудив, что этот его высер как раз самое что ни на есть подходящее многоточие для того, что я собираюсь сделать. Особенно на тему «обязательных извинений».
На входе в огромный павильон — два охранника, и сбоку топчется еще парочка. На мероприятиях такого уровня обычно много местной элиты, так что меры безопасности должны соответствовать. Особенно после инцидента месячной давности, когда на модную фотовыставку забежала толпа активисток и с лозунгами «Нет живодерне!» щедро, с ног до головы, залили модниц зеленкой и йодом. Фотки о том «зверском отношении к гламурным самкам» до сих пор иногда всплывают в моем инстаграм.
Внутри — небольшое обустроенное под холл помещение с ровными рядами вешалок.
Мне выдают номерок и запускают в основное помещение.
Я нарочно приехала с опозданием в час, чтобы к тому времени набилась приличная толпа, в которой можно будет легко потеряться. Народа где-то около сотни голов, а еще официанты, столы, разные стойки со специями на продажу и «леса» искусственных растений, чтобы хоть как-то облагородить явно непригодное, насквозь продуваемое помещение. Мне нужна пара минут, чтобы осмотреться в поисках парочки мест, куда я, в случае чего, смогу спрятаться. Хотя здесь это не должно составить проблему — углов и странных зигзагообразных архисекретных решений более, чем достаточно.
И когда я, выбрав подходящий наблюдательный пункт, начинаю незаметно осматривать собравшихся, то натыкаюсь… на Угорича.
Твою мать.
Успеваю отвернуться в самый последний момент, потому что его голова, как нарочно, поворачивается как раз в мою сторону.
А этот что здесь делает?!
Я знаю Угорича еще с тех пор, как в буквальном смысле ходила пешком под стол. Но даже тогда он не уставал повторять, что все эти «заморские деликатесы» — еда для свиней, потому что нормальному человеку в голову не придет добровольно пихать в себя устриц, жаб и жареных до хруста сверчков. Фестиваль, где из нормального «мяса» в ассортименте только охранники у входа — точно не то место, где его можно было бы встретить. Но именно это произошло.