Экспансия: Эскалация. Том 4 (СИ)

По пути туда, на всех постах его встречали дежурные, докладывавшие, что ничего необычного за это время замечено не было.
Но стоило им только подъехать к последнему посту, как они увидели, что дверь в двухкомнатную коробку-модуль распахнута, а на пороге лежит аккуратно сложенная одежда. Всех троих дежуривших.
Внимательно обследовав следы, едва припорошенные пеплом, Хаген понял, что они ведут в сторону цеха, до которого было фактически уже рукой подать.
Приказав всем спешится, отряд двинулся туда, по пути осмотрев вставший посередине дороги грузовик. И та же картина: заглушённая машина, сложенные вещи на капоте и следы ног, ведущих в непонятно почему притягательно светящийся в темноте цех.
Дальше в докладе Хагена начиналась путаница. Он то говорил, что они почти сразу же добрались до строения, то потом заявлял, что они ползли в его сторону чуть ли не час. В общем, так или иначе, но они добрались, вот только внутрь не попали. Центральные ворота цеха были опущены, а ручку двери провернуть Хаген не смог. Хотя жутко хотел. Вот прям желал больше всего, но где-то в глубине души понимал, что стоит ему это сделать, и всё — пропал.
Но он с собой справился, и людей своих увёл. Хоть и пришлось для этого особо ретивым прописать прикладом пару раз до потери сознания. Уж больно им хотелось посмотреть одним глазком, что же внутри.
Каюсь, после личного разговора с Хагеном, я и сам решил взглянуть, что же там такое. Да и, с другой стороны, как ни крути, я — владелец этих земель, пусть и сданных в аренду, так что разобраться было необходимо.
Бравый, никогда не унывающий офицер дошёл до двери и остановился, я же смог её открыть и ровно тридцать одну секунду лицезреть внутренности цеха. По истечении тридцать второй аккуратно закрыл дверь и, подняв валявшуюся без чувств Агаши, которую пришлось оглушить, понёс девушку прочь из двухсотметровой зоны влияния.
Вернувшись к машинам, приказал ближе, чем на полкилометра не приближаться, не по воздуху, ни по пеплу, ни под водой. Дожидавшийся нас Фреберг попробовал пристать с расспросами, но я лишь посмотрел в его сторону и порекомендовал сходить самому. Правда, перед этим ему бы стоило написать завещание. Мужчина проникся, а Хаген и сам бы туда не сунулся после пережитого.
Так или иначе, за раз мы потеряли тридцать два человека, что изрядно подпортило настроение мне и окружающим. А ещё обзавелись «хрустальной» горой, растущей из озера и бережно укрытой стенами и крышей цеха. Прозрачной горой, из которой на меня все тридцать две секунды смотрели тридцать две пары фиолетовых глаз мёртвых людей.
Желание расстрелять всю эту дрянь из артиллерии я подавил по возвращению в город. Чёрт его знает, как эта дрянь среагирует на атаку, так что лишь предупредил Хагена, что не стоит им соваться в глубь озера и ограничится добычей только в разведанных местах.
У Фриберга и товарищей чувство жадности, может, со временем и пересилит, но вот у вояки вряд ли. А уж разъяснительную работу среди рыбаков он провести сможет.
Следующей неприятной новостью стало шевеление старухи Син в своём гнезде. Несмотря на напряжённость в наших отношениях, связь мы периодически поддерживали. Хотя в свете последних успехов нашего тройственного союза, нужда в проблемном соседе становилась всё меньше, а последние пару недель я фактически за просто так слал им продовольствие.
Дугальду и его бабуле это явно не нравилось, но выхода у них особого не было. С момента захвата власти и выпадения пепла у некогда перспективного рода начались проблемы. В горах земель для фермерства было негусто изначально, а то, что успели возвести, порушили во время налёта бандитов.
Я же любую помощь, направленную Кембеллу, старался обставить с намёком, что без благородного Исаева и его союзников простому люду было бы ой как тяжело. Делалось это неявно, но кому нужно было, определённо, слышали.
К сожалению, у Старухи оставались её «паучки», служащие одновременно и охранной, и полицией, державшей люд в железном кулаке.
Главный же козырь, заставлявший принимать в расчёт соседа, а именно единственный выход к другим соседям, исчез из их колоды вместе с умершим лесом. Нет, деревья всё ещё стояли, но теперь больше походили на похоронные кресты, а всяческая живность, враждебная и не очень, совершенно исчезла.
 
Так что в ближайшее время от Старухи с её внучком, определённо, стоило ожидать каких-то действий. Возможно, и хороших, например, вассальной клятвы. Но что-то я сильно в этом сомневаюсь. Так что будем готовиться к плохому. Но не в ближайшее время, недели через три, не раньше.
— Ну а сейчас мне бы хотелось хороших новостей и кружку горячего кофе, — пробормотал я, отодвигая сторону кипу бумаг и потягиваясь.
— Игорь Владиславович! — без предупреждения ввалилась ко мне в кабинет Чакравати, а за её спиной замаячила Агаши. — Там это… Это…
— П-о-н-я-т-н-о, — по буквам произнёс я, — хороших новостей не будет. Ну тогда хотя бы кружку кофе можно?
— Да нет же! Там это… Пепел перестал идти! — выпалила девушка.
— Серьёзно? — я потянулся к пульту и нажал на кнопку, включая экран с изображением с внешних камер куполов. Небо было по-прежнему фиолетово-розовым, но теперь воздух был кристально чист, словно кто-то разом убрал помехи с экрана. — Действительно, прекратился. Блин, надо было что-то покруче загадывать… Но и так сойдёт. А теперь отомри и, будь лапочкой, принеси кофе. Я, между прочим, два желания загадывал.
  
Глава 13
 
Свободные территории
Перун
— Не верю я этой особе, — сидя в соседнем кресле, по новой завёл шарманку Леонов. — Она же из чужого рода, да ещё и убить тебя пыталась. Два раза! А ты её в личные телохранители взял, будто среди своих людей нормальных нет.
— То, что несмышлёная она, тут я согласен. Но каждый имеет шанс на исправление собственной глупости, — отложив в сторону затвор с ударником, потянулся к другой части разобранного пистолета. К сожалению, Семаргл отремонтировать не удалось и пришлось взять обыкновенный. Репликаторы Черепахи, конечно, смогут воссоздать необходимые части, но я решил не торопиться и чуть позже доработать конструкцию, была парочка идей. — Но она ещё молодая, хоть и изрядно побитая жизнью, так что шанс поумнеть у неё есть. Пусть небольшой, но всё же…
— Ну не знаю, не знаю… Мутная она какая-то… — покачал головой наставник. — Нужно будет по возвращении столовые приборы пересчитать, вдруг ложки пропали.
— А вас не смущает, что я сижу позади и всё слышу? — возмущённо спросила Агаши, до этого внимательно что-то изучавшая на планшете, развалившись в широком кресле.
А может, и играла в какую-нибудь простенькую игрушку. К моему удивлению, девушка оказалась ещё тем геймером, быстро найдя общий язык с мелкой Штейн. Они вообще как-то быстро сдружились, так что я с чистой совестью спихнул часть забот о воспитании юной особы на Син. Но, естественно, не забывая контролировать этот процесс, да и при возможности принимать непосредственное участие в нём.
— Абсолютно, — не поворачиваясь, ответил Иваныч. — Ещё бы я всяких пигалиц смущался.
— Я, между прочим, убивала и за меньшее оскорбление, — произнесла девушка, и в проходе между креслами поползли змеи. Мне на колени забралась белая, а вот Леонова по грудь захлестнула чёрная волна, скинув со складного столика ворох бумаг, с которыми возился мужчина.
— Мало мне одной Шпильки было, теперь ещё и ты на мою голову свалилась…
— Успокойтесь, оба, — погладив белую змейку, которая, поелозив, стала с колен перебираться мне на грудь, отвесил ей увесистый щелбан, приправив его эфиром, и с удовлетворением услышал, как девушка ойкнула.
За прошедший месяц она изрядно поднабралась сил и вот-вот должна была перейти на следующую ступень. Правда, как я подозреваю, своим ускоренным развитием Син обязана моим вливанием эфира. Только непонятно, это из-за лечения в ядовитой пещере, или сыграло роль ещё исцеление в сражении в Нью-Кембелле.