Тренер (ЛП)

— Спасибо, что пошла со мной.
— Было весело. — Ее взгляд переместился на тренера «Гризли», на которого она пялилась ранее.
— Отем, — предупредила я.
— Что? — Она изобразила невинность. — Может, его нужно утешить.
Я закатила глаза.
— Иди. Утешай.
Она хихикнула и проскользнула мимо меня, пока я пробиралась к ограждению, перекрывавшему вход на поле. До газона было добрых восемь футов.
Но мне не пришлось беспокоиться о том, чтобы спрыгнуть вниз.
Форд пробрался сквозь толпу игроков, персонала и болельщиков на поле, остановившись только для того, чтобы пожать руку главному тренеру «Гризли». Затем он продолжил свой путь, сокращая расстояние между нами своими широкими шагами. Люди расступались перед ним, некоторые смотрели, куда он направляется.
Я перелезла через перила и села на холодную металлическую перекладину, когда Форд остановился подо мной, протягивая руки, чтобы подхватить меня, когда я буду падать.
Как только я спрыгнула на ноги, он упер руки в бока.
— Миллисент.
— Поздравляю, тренер. Отличная игра
Он приподнял бровь.
— Ты солгала мне.
— Тренер Эллис. — Рядом с ним появился мужчина, но Форд отмахнулся от него, покачав головой.
— Мы можем поговорить об этом позже, — сказала я.
— Нет.
Я вздохнула.
— Прости меня.
— Никаких секретов, Милли. Только не друг от друга.
— Обещаю.
Хмурое выражение на его лице исчезло.
— Ты уволилась с работы.
— Да.
— Это ведь я собирался уволиться.
— Лучше не делай этого. Теперь, когда я не работаю в университете, мне нужно, чтобы ты достал мне пропуска для VIP-персон.
Форд покачал головой, борясь с усмешкой.
— Не смеши меня, когда я злюсь на тебя.
— Не злись на меня.
Он шагнул вперед, и костяшки его пальцев коснулись моей щеки. Сожаление наполнило его блестящие голубые глаза.
— Я не хочу, чтобы ты уходила. Я не хочу, чтобы ты от чего-то отказывалась ради меня.
Я прильнула к его прикосновению.
— Я бы от всего отказалась ради тебя.
— Нет. Так не должно быть.
— Все в порядке, Форд. Правда. Как ни странно, я хорошо это восприняла.
— А я нет.
— Я тоже. — Ректор Круз остановилась рядом с нами.
Рядом с ней стоял Курт. Его подбородок был опущен, плечи ссутулились. Это не был вид человека, чья команда только что выиграла важную игру. Нет, это был парень, которому только что надрали задницу.
Я действительно любила ректора Круз.
— Милли, ты не можешь уйти, — сказал Курт. — Не могла бы ты, пожалуйста, подумать о том, чтобы остаться?
У меня отвисла челюсть. Он действительно выглядел искренним.
— А как же политика «никаких отношений на работе»?
— Изменена, — ответила за него ректор Круз. — И вступает в силу немедленно. Она устарела. Я не вижу причин, по которым два человека не могут поддерживать отношения, если это не влияет на качество их работы и, если одна сторона не контролирует другую.
О мой бог. Я посмотрела на Форда.
Он ухмыльнулся.
— Проблема решена.
— Вот так просто? — Мой взгляд метался по сторонам. На ректора Круз. На Курта. На Форда. Все казалось слишком просто. Слишком хорошо, чтобы быть правдой.
— Именно так, — кивнула ректор Круз. — Фантастическая игра, Форд.
— Спасибо. — Он опустил подбородок.
— Так ты вернешься, Милли? — спросил Курт. — В понедельник утром?
— Я бы с удово… — Подождите. — Я хочу, чтобы мужская баскетбольная команда была под моим началом. Курт может продолжать заниматься футболом. Он может быть боссом Форда. Моим боссом. Но я хочу всех остальных. Пришло время для большего равенства в наших видах спорта.
У тех команд, которые приносили больший доход, всегда были большие бюджеты, но, если все они будут под моим руководством, я могла бы гарантировать, что небольшие программы не будут вынуждены проводить ненужные сокращения.
И даже если футбол останется за Куртом, Форд всегда будет на моей стороне.
Курт открыл рот, вероятно, чтобы сказать «нет», но ректор Круз прочистила горло.
— Да, — сказала она. — Я думала о том, чтобы делегировать тебе больше полномочий.
 
Это прозвучало как правда.
— Тогда увидимся в понедельник утром.
Облегчение на лице Курта было ощутимым.
— Слава богу.
Ректор Круз подмигнула мне.
— Я позволю вам всем отпраздновать это событие. Курт, увидимся во вторник на нашем постоянном собрании.
— Отличных выходных.
Она исчезла в толпе, оставив Курта позади. Он протянул руку Форду.
— Чемпионы «Биг Скай». Невероятно. Поздравляю.
— Спасибо. — Форд пожал Курту руку.
— Увидимся на следующей неделе. — Курт повернулся, как будто собирался уходить, но остановился. И на этот раз он протянул мне руку. — С тобой наш департамент работает лучше, Милли.
Моя челюсть отвисла во второй раз за последние пять минут. Это казалось искренне. Кем был этот Курт, самозванцем?
— Эм, спасибо.
— До понедельника.
Я кивнула.
— До понедельника.
Помахав рукой, он тоже растворился в толпе.
— Это правда только что произошло? — прошептала я.
Форд прижался своим лбом к моему.
— Я люблю тебя.
— Я тоже тебя люблю.
Его руки обхватили меня, сбивая с ног.
Движение за его плечом заставило мои глаза широко раскрыться. Я открыла рот, собираясь предупредить его, но было слишком поздно. Я уткнулась лицом в его плечо как раз в тот момент, когда Раш Рэмзи и Маверик Хьюстон подняли кулер с водой над головами.
И вылили его на Форда.
Он подвинулся, делая все возможное, чтобы прикрыть меня, но мы оба промокли насквозь.
— Ааа! — Я рассмеялась, убирая прядь волос изо рта, прежде чем снять мокрую шапку и засунуть ее в карман пальто. Затем, когда Форд поставил меня на ноги, я оттолкнула его руку.
— Иди. Празднуй. Увидимся дома.
Форд только покачал головой, протянул руку и притянул меня к себе. Затем он прижался губами к моим губам.
Его команда разразилась свистом, окружив нас.
Форд просто продолжал целовать меня.
У Олли есть видеозапись этого поцелуя.
Эпилог
Форд
Семь лет спустя…
— Я зол на тебя, — выдохнул я, бросив сердитый взгляд на Милли.
— На меня? — Она закатила глаза, пока мы бежали трусцой. — Это не моя вина.
На ногах у меня было не меньше сотни волдырей. Легкие горели огнем, и, если меня не стошнит до конца забега, это будет чудо.
— Черт возьми. Не стоило мне так плотно завтракать.
Милли хмыкнула.
— Просто скажи это, — отрезал я.
— Я же тебе говорила. — Она даже не колебалась.
Мне и правда следовало послушать свою жену.
— Это отстой. — Я застонал, схватившись за бок.
— Ты также часто жалуешься, когда занимаешься в тренажерном зале?
— Это не тренировка, Милли. Это пытка.
— Ты собираешься жаловаться все время?
Да. Я закрыл рот, прежде чем смог ответить, но потом вспомнил, что дышать я могу, только заглатывая воздух, поэтому снова открыл рот.
Милли вздохнула и перешла на шаг.
— Что ты делаешь? — спросил я, подбегая к ней.
— Ты не готов. Ты можешь навредить себе.
Это было именно то, что она сказала мне перед тем, как мы вышли из дома сегодня утром. Я не послушался. Точно так же, как не послушался, когда она сказала, что мне придется потратить недели на подготовку к полумарафону.
Слава богу, что она не записалась на полный. Я не собирался преодолевать тринадцать миль, не говоря уже о двадцати шести и двух десятых.
— Давай. — Я махнул ей рукой. — Если я остановлюсь, ты больше никогда не заставишь меня двигаться.
— Форд.
— Милли, давай. — Я побежал, глядя вперед, зная, что она меня догонит.
Она заняла место рядом со мной, но замедлила шаг, позволяя мне задавать темп.
Мы пробежали пять миль, и я чувствовал себя несчастным. Следующие восемь миль обещали быть тяжелыми, но я не собирался останавливаться.