Галактика Алфавит - дом лысых обезьян (СИ)
Глубокой ночью детей отвели по домам, и Янтарь тоже отправилась в свою усадьбу. Всем требовался перерыв на сон. Особняк покрытый зелёным дёрном ждал её возвращение. Были приготовлены лекарства и лечебная еда. За столом на кухне сидел хмурый, щекастый мужчина с чёрной бородой — гранд-зобный-мешок планеты благородный Ли Гуфф.
Когда, много лет назад, Янтарь только прилетела и решила осесть на Пасынке, Ли Гуфф, тогда ещё нёбный-мешочек, был статным красавцем. На её руках он состарился и превратился в правителя планеты.
— Приветствую мудрая — сказал Ли Гуфф — Я пришёл тебя послушать.
— Мудрая!? Нет! Нет же! Я не мудрая! Я конечно мудра, но я миленькая! Я миленькая и милая! — Янтарь повела плечами и кокетливо улыбнулась — Милая-милая! Милка-крошка!
— Милая! Конечно ты милая! Прости мою бестактность! Я так устал… — гранд-зобный-мешок смущался как мальчишка — Мне лучше уйти? Завтра закончим наши дела? Или мне остаться? Ты будешь со мной говорить? Ты такая прелесть! Как молодая поросль гусиного лука, как ягодки кокорошки! Милка-крошка-кокорошка!
Янтарь скинула тунику. Подоспевший дроид ловко покрыл её тело густой белой пеной.
— Ле Гуиф я рада тебя видеть! Твоя преданность и дружба самое ценное, что есть в моём сердце.
— Это лишь слова… — сказал польщённый гранд-зобный-мешок — Лишь слова… Хочу слышать их чаще, как можно чаще…
Янтарь улыбнулась, подошла к планетарному правителю, села ему на колени и поцеловала в шею. На месте поцелуя появился засос и капелька крови от укуса.
— Всё готово? — спросила она.
— Да! Да! — застонал правитель — Могу хоть сейчас запустить голограмму!
— Запускай!
Около стола возникло объёмное изображение. Появился интерьер смотрового отсека Красного карандаша. Янтарь и Лада стоя у окна вели разговор. Лада была растерянна. Её плаксивый голос и поза молили о жалости. Янтарь говорила снисходительно, она была готова пожалеть собеседницу, но ждя начала, ради острастки, хотела её немного проучить… Воспитать… Напоить мудростью…
Настоящая Янтарь придирчиво осмотрела свой виртуальный объёмный портрет. Из голограммы на неё смотрела наполненная природным здоровьем и молодостью сильная, мудрая, обаятельная женщина, как говориться весенняя редиска в самом соку.
— Мне уже нравится — сказала настоящая Янтарь — Так и запомню эту глупую поездку в космос!
— Я немного дополнил твои фантазии — сказал правитель — Сейчас ты будешь в восторге!
— С удовольствием проверю! Мои зубки будут благодарны!
Голограмма была короткой. Её можно было смотреть и как бы со стороны, и как действующее лицо глазами Янтаря. Маленький спектакль состоящий из одного продолжительного диалога.
— Ты изгоняешь меня с планеты? Почему? — плакала голографическая Лада. Её плач, вполне естественный, своей горестью походил на хныканье жадного мальчишки.
— Изгоняю не просто так. — царственно говорила Янтарь — Я взвесила все за и все против и ради твоего блага приняла это решение.
— Но почему?
— Лада ты бы могла и сама догадаться, чай не маленькая. Да прежняя, умная Лада даже не задавала бы столь глупый вопрос, а ты нынешняя отупевшая, джае если получишь ответ, скорее всего его не поймёшь.
— Не правда! Ты обижаешь меня!
— Ты сама себя обижаешь. Твои сопли похожи на гусениц, а слёзы на конденсат на крышке кастрюли, словно в твоём мозгу варят макароны!
Лада натужно, через силу попробовала засмеяться. Из её груди вырвался болезненный вопль, эхо которого разнеслось по всему отсеку и пожалуй могло бы быть слышно и за невидимыми переборками.
— Ладно не плачь! Я помогу тебе всё исправить! — Янтарь подала Ладе белый платок — На! Вытри лицо. У тебя красные глаза. Вот так. Вот увидишь у тебя всё получится. Подотри сопли и внимательно меня выслушай, не перебивай. Ещё год назад, когда мы приняли тебя на Пасынке, я была весёлой домохозяйкой, няней, с дрессированным аппетитом и здоровым сном. Ты же много лет работала на планетах низших классов, и естественно мне пришлось ласково тебя встретить, обнять, отогреть, а что в итоге?
— А что в итоге?
— А в итоге? Лада, ты разве сама не понимаешь? Разве такое возможно, что ты стала такой дурочкой! Нет, этого не может быть, только не ты…
— Это я…
— Тебя как и всех вас выращивали по одним стандартам! Не могла ты так быстро поглупеть! Ты сама должна знать итоги! Посмотри на меня! Посмотри на меня внимательно! Ты разве не видишь какая я теперь? После твоего прибытия я вся извелась. Ем кровавое мясо, сплю урывками, и дошло до того, что пришлось покинуть планету, лететь в этом гадском космосе, чтобы сжечь одной щучьей желчи известно, что за мерзость. Ты…
— Контейнеры…
— Не хочу знать! — Лада хотела что-то сказать, но Янтарь властно ей не позволила — Ты Лада работала в планетарном архиве! Говорила что это хорошее спасение от скуки. Говорила что ищешь доказательство влияние Отца на жителей Пасынка. И даже что-то там нашла, что-то выяснила. Правда потом оказалось что все твои открытия были сделаны ещё сотню лет назад, что эффект влияния досконально изучен и уже построена его математическая модель. И что далее? Ты отринула мою помощь. Ты не слушала меня. Занялась урожайностью моркови. Потом вдруг устроила эту вакханалию с зеленокожими. Навела смуту! И это перед галактическими выборами! Мгновенного прощения ты не получишь!
— Но что же мне делать? Как всё исправить? Как заслужить твоё расположение?
— Понять свои ошибки! Раскаяться! И вернуться на Пасынок уже обновлённой!
— Я раскаиваюсь…
— Полное покаяние приходит не быстро. Не так быстро. Сейчас Лада я отправлю тебя в чудесное место, к прекрасным людям. Живи с ними в мире и прощение за твои ошибки придёт само собой. Ты согласна?
— Нет. Не знаю! Мне страшно! — Лада залилась горючими слезами. Янтарь подошла к ней, обняла, прижала к груди.
— Ну, ну деточка, поплачь… Поплачь… Я тебе помогаю! Всё что я делаю, теперь принимай с уважением, и увидишь, перед тобой откроются все пути, все дороги, все двери и ворота в галактике…
Настоящая Янтарь выключила голограмму. У Ле Гуифа устали колени, нянечка пожалела его, и села рядом с ним на полу.
— Не дурно! Совсем не дурно! — сказала она — Ле Гуиф мне всё понравилось. Пускай Красный карандаш загрузит это в ятыони.
— Он конечно загрузит, но объясни зачем такие сложности? — гранд-зобный-мешок млел от радости, ощущая икрами тепло сидящей рядом привлекательной женщины — Зачем всё это? Какой смысл?
— У меня была встреча с этой Ладой. Хочу чтобы все видели как она прошла.
— Разве встреча прошла так же как я придумал? Разве такое возможно? Что там было на самом деле?
— Какая разница, что там было. Я верю твоей голограмме, а раз я в неё верю, значит всё так и было на самом деле. И ты тоже должен поверить. Ты веришь?
— Верю, верю! — голос правителя планеты, как у любого мальчишки ослабел, а губы пересохли — Янтарь я верю всему чему ты тоже веришь.
— Ты хороший. Жаль не все такие как ты… Пакость есть пакость…
***
Янтарь планировала проспать как минимум пятнадцать часов, чтобы проснуться как раз к кульминации следующего ночного маскарада. Таким образом она хотела и участвовать в празднике и сохранить силы для обычной, рутинной, и в общем-то спокойной, счастливой жизни.
Спальня у Янтаря имела подвижные матовые, полупрозрачные стены. Они могли колыхаться, как белое, фарфоровое пламя свечи, могли бесконечно течь густым, тягучим, плавным потоком или воссоздать иллюзию мягкости, чтобы обитательница дома спала словно в окружении облака.
Ятыони разбудила Янтарь рано утром, отмерив ей на сон всего два с половиной часа. Стенки спальни были плоскими и твёрдыми, углы прямыми, освещение холодным, голубоватым, неприятным, вызывающим озноб. Звукового сигнала не потребовалось. Янтарь в ужасе вскочила и села на одеяло. Гранд-зобный-мешок спал под её ложем. Он тоже проснулся и в волнении смотрел по сторонам.
— Она покидает нас! воскликнула Янтарь — Обречённая избавляет нас от своего присутствия!