S.T.A.L.K.E.R. Небо Янтаря (СИ)

— Блядь… — прикрыв глаза, Ракита неуверенно направился к телу. Лицо было изуродовано ударами чего-то тяжелого до неузнаваемости. Однако сталкер признал в нём профессора Ермоленко, о чём и сообщил группе.
— Еще один, — Алиев заметил труп в чёрном комбинезоне, прислоненный к стене. Лежал он слева от учёного, в двух метрах. В правой руке всё еще сжимал ПМ, голова лежит на плече. Запёкшаяся кровь на лбу, на шее и две дыры на груди. Он погиб от огнестрельных ран. Судя по трупным пятнам и запаху — мертв сталкер почти три дня.
— Это Ярмо, — Ракита тяжело вздохнул, покачав головой. Теперь точно ясно, что живых нет.
— Твою мать, это точно контролёр! — нервно хохотнув, Олег потёр гладко выбритый подбородок. — Он их друг на друга натравил. Сука, валим отсюда!
— Щас, погоди… — Ракита присел перед телом Ермоленко, проверил карманы, ища флешку с данными. Пришлось отстёгивать лямки квадратного рюкзака профессора и копаться внутри. Что удивительно, нашлось сразу три.
— Похоронить их, жаль, не получится, — Ракита распрямился, с сожалением переведя взгляд с эколога на Ярмо. — Не дотащим мы их по…
Высокий визгливый крик перебил слова мужчины. В груди всё едва не оборвалось от этого крика, разнёсшегося по залу. Четыре «ствола» с заминкой направились на его источник. Ракита бросил вперед в затемненный участок зала загоревшуюся шашку. Огонь её озарил проход второго коридора и скособоченную трясущуюся фигуру. Оранжевый защитный комбинезон был испачкан грязью и багровыми брызгами крови. Белое лицо перекошено ужасом, волосы торчали в разные стороны слипшимися хребтами. Потрясённая поисковая группа замешкала с выстрелом, а появившийся внезапно человек сделал неловкий шаг вперед. На горящую шашку, прокатившуюся мимо, не обратил никакого внимания.
— Это ж Боря… — автомат дрогнул в руках Ракиты, опустился, глядя в пол, — Борис Лопахин!
— Он зомбирован?! — испугано пробормотал Ковбой. — Там контролёр, да?!
— Чего делаем, командир? — совершенно без тени улыбки спросил у Олега Давид. Дело было не до шуток. Жаров растерялся неожиданному повороту, покосился с надеждой на Ракиту.
— Боря! — позвал громче сталкер, шагнув навстречу странному человеку, — ты меня узнаешь?
— Темнота пришла… холод привела… — произнёс учёный довольно чётко для зомбированного. При этом он будто не замечал группу перед собой. Дёрганными движениями осматривался, шёл медленно вперед.
— Что с вами случилось? — Ракита неспешно приблизился к Лопахину. Осторожно тронул его плечо и учёный испуганно вздрогнул.
— Грешно! — он быстро замотал головой, подняв руки на уровень груди. — Соблазн велик! Моё сокровище… Они поддались! Темнота стала совсем холодной…
— Он конкретно поехал кукухой, — серьёзно резюмировал Марк, опуская «Абакан», — не зомбирован, точно. Но невменяем.
— Так, всё, нахуй, валим! — Олег боязливо оглянулся через плечо, уже наплевав на то, что его могут пристыдить за страх. — Это приказ!
— А учёный? — спросил Ракита, пытаясь заглянуть в глаза Борису, но тот отворачивался. Пришлось схватить его за подбородок, однако учёный тонко взвизгнул и укусил сталкера за указательный палец. — Ай, бля! Боря ты чего?!
— Ракита, уходим, — Алиев отступил назад, ближе к Жарову. — Ему уже ничем не поможешь. Если только того… избавить от мук голодной смерти.
— Пристрелить его?! Это вы с ума сошли! Его нельзя здесь бросать!
— Но его слишком сложно поднять наверх! — Давид указал себе за спину, имея в виду лестницу. — Бросать нельзя, поэтому я и предлагаю — гуманно пустить пулю в лоб!
— И кто это сделает?! Ты что ли?! — Ковбой никогда видел разозлённого Ракиту. Никогда он еще не поднимал на кого-то голос, не выпучивал так страшно глаза и не скалил зубы. Парнишка боязливо отступил от старшего товарища. Тому было плевать. Он продолжал напирать на долговцев. — Давай, сержант! Застрели беззащитного! Вас этому в «Долге» обучают?! Или ты, Марк?! Глотку ему перережешь, если пули жалко?!
Скривившись, Тернов перевёл взгляд на сумасшедшего Бориса. Тот, казалось, прислушивается к решению его судьбы, но при этом в глазах застыл тупой ужас. Губы бессмысленно шевелились, пальцы теребили застёжку-молнию комбинезона.
 
— Я не вправе решать, — Марк равнодушно пожал плечами и кивнул на Олега, — Жаров командир, вот к нему вопросы.
  
Глава 3
 
С ухода группы на завод прошел час. Сержант Зимина, прохаживаясь бесцельно по двору лагеря учёных, в очередной раз проверила экран коммуникатора. Он завибрировал у неё в ладони. В верхнем левом углу на фоне карты Янтаря появился крохотный конвертик. В солнечном сплетении неприятно засосало — пришло оповещение о чьей-то смерти. Прежде, чем открыть его, Лена подняла взгляд в сторону завода. За краем забора лагеря виднелись верхушки крыш корпусов, частично закрытые кронами лысых деревьев, еще не успевших покрыться листвой. Нет, если бы на его территории произошла перестрелка, то в лагере бы точно услышали. Как и слабый предсмертный крик. Полностью выдохнув, сержант раскрыла сообщение.
«Погиб сталкер Юрий Семецкий. Свалка, Депо. Огнестрельное ранение в голову».
Елена тихо улыбнулась, убирая КПК в карман. Всего лишь Семецкий. Четвёртый раз за неделю. Пора бы уже поставить в портативный компьютер фильтр на его некрологи. Хотя, многие вольники считают добрым знаком оповещение о новой смерти Вечного сталкера. Капитан же Егоров говорил, что Юрий Семецкий просто выдумка, а его смерть — это глюк в общей сети. Зимина оглянулась на костёр, устроенный слева от бункера учёных. Над ним поставили еще один тент, как на крыше, защищая огонь от дождей. Вокруг сталкеры расставили ящики и мешки для сидения. В единственном раскладном стуле сидел Егоров, устало вытянув больную ногу ближе кирпичам, почерневшим от жара огня. Капитан смотрел в сторону тыльного входа в лагерь, где скрыто высокими зарослями камыша старое озеро Янтарь. На половину обмелевшее, поросшее аномалиями «Газировка». При стихшем ветре хорошо слышались лопающиеся на поверхности воды пузырьки. В ночное время суток аномалии украшают озеро призрачно зелёным светом. С этого входа опасность представляют мутанты, что иногда прогуливаются у противоположного берега. Никакой нормальный человек не попрёт оттуда в лагерь экологов, если только нацепив дорогую химзащиту. А шуршащие сухие камыши сработают сигнализацией.
Ощутив, что за ним наблюдают, Егоров обернулся, заметив только, как девушка быстро отвернулась от него. Усмехнувшись, капитан скользнул взглядом по фигуре Елены, задержался в районе поясницы. Появилось острое зудящее желание подойти и крепко сжать в ладонях обтянутые чёрной тканью штанов ягодицы подчинённой. Заставить её снова испуганно напрячься, застыдиться. Сом, оставшийся сталкер из группы Ракиты, обходит лагерь по периметру, и может вот-вот вернуться. Так что, действовать придётся быстро. Капитан уже подался вперед, чтоб подняться со стула, но дверь бункера со скрипом открылась. Мужчина, беззвучно выругавшись, дёрнулся обратно, прислонившись к спинке стула, и едва не опрокинулся назад. На свежий воздух из металлического «панциря черепахи» вышла Кристина, для тепла укутавшись в вязанную синюю кофту. Туфли на каблуках она сменила на широковатые резиновые сапоги в жёлтый мелкий горох. Бегло осмотревшись, она, плавно двигая бёдрами, подошла к Зиминой.
— Поисковики еще не вернулись? — с улыбкой спросила она. Елена взглянула на неё с удивлением, не ожидая, что учёная заговорит с ней. Сержант коротко мотнула головой, вместо нормального ответа.
— Как вы думаете, они смогут найти группу Ермоленко? — лаборант Селина ступила еще ближе, поравнявшись с девушкой и, немного наклонившись, попыталась заглянуть той под низкий капюшон. Лена не заметил этого, без слов пожал плечами. С некоторых пор она не любила общаться с незнакомыми людьми, да и со своими сослуживцами редко контактировала. Ограничивалась только группой Егорова. Поэтому сержант мысленно молила Кристину отстать от неё, переключиться на вернувшегося Сома. Тем более сталкер сам обратился к девушке.