Загадки Лисы (СИ)

Какие у них болезни? Я и в людских не разбираюсь, а в змеиных и подавно...
— Ариас? — схватила и сжала его руку, пытаясь удержать панику. Пальцы безвольные. — Слышишь меня?
Отчаянно нащупываю пульс... Не чувствую.
Отодвигаю веки... Зрачки расширенные, на свет не реагируют. Плохо...
Приникаю ухом к прохладной груди и долго вслушиваюсь... Тихо.
По спине медленно ползет холодный пот, но я ещё не сдаюсь. Хватаю его кинжал, приставляю блестящее лезвие к губам, к носу. Если он дышит, на стали будет видно... Я в кино видела...
— Ну же, Ариас... — теперь у меня наворачиваются слезы и уже не удерживаются в глазах.
Тихо роняю слезы перед ним, держа кинжал у губ. Лезвие остается зеркально чистым через минуту, через две, три... Я сижу, сколько могу, потом опускаю лезвие и роняю голову на его грудь. Ну не может же такого быть, правда... Как может молодой весёлый красавчик внезапно, ни с чего не проснуться, как? Неправильно, несправедливо... Какой же это порядок? Непорядок, нечестно...
— Да нет же, как так? Ариас, ты должен очнуться, ну пожалуйста... Ты ещё не доучил меня кататься на лошади и не доиграл до конца... Я хочу продолжить! — потребовала, плохо сдерживая рвущиеся наружу рыдания, погладила его по волосам, сжала руку.
Пальцы гибкие, если бы не мертвенная бледность, то он казался бы просто спящим. Сквозь слезы смотрю на красивое лицо.
— Ты похож на спящего принца, — проговорила дрожащим голосом. — Есть такая сказка про спящую красавицу, там... жила-была принцесса. В общем, она умерла, и ее мог разбудить поцелуй истинной любви. Может тебя поцеловать, и ты оживешь?
Прижимаюсь к прохладным неподвижным губам и захлебываюсь в собственных слезах. Да, глупо, глупо... Это не та сказка и мир какой-то не тот: злой, совершенно не сказочный.
— Да как ты можешь быть мертв? Ты же вот только ночью был живым... — с отчаянием заговорила я и затормошила Змея. — Ариас, очнись. Это одна из твоих шуток? Она ужасна. Очнись... Какой-то бессмысленный дурной сон... Может ты так крепко уснул? Или я? Или это какая-то змеиная спячка...? Как на зиму, только внезапно и сейчас...
Осекаюсь и слабая надежда мягко толкает меня в бок. Действительно, вдруг спячка? Холоднокровные точно могут впадать в спячку. Жабы, рыбы всякие, змеи чем хуже? Кровь, у него, конечно, явно горячая, но я про великородных совсем мало знаю. Если есть усиленная регенерация, вдруг к свойствам и внезапная спячка прилагается... при болезни?
Всхлипываю ещё раз и вновь оглядываю Ариаса, пытаясь найти признаки жизни. Если рассуждать логически, могу ли я их не заметить — признаки жизни? Конечно, могу, я же не медик. Чуть обнадежившись от этой мысли, немного успокаиваюсь. Вытираю глаза и нос, сижу рядом с ним, смотрю на непривычно бледное лицо и жду, когда прекрасный Змей проснется.
Вслух продолжаю говорить, потому что молчать — жутко.
— Что нам теперь делать, Ариас? Наверное, ничего. По идее скоро придут Таор и Дрей, они должны найти нас, ты сам говорил. Мы с тобой останемся здесь, подождем, да? Это же разумно? Разумно. Так, с этим разобрались.
Негодующе смахиваю муравья с его щеки.
— Следующая задача. Я хочу есть... Пока ты спишь, похоже, придется обеспечивать себя самой... Это значит, мне придется прогуляться... Значит так, змей Ариас, — решительно сообщаю. — Считаю, что ты в спячке и жду, когда ты проснешься. Я тебя не бросаю, слышишь? Сейчас я пойду и поищу себе еду. Никуда без меня не уходи.
Я твердо поднялась на ноги, перекинула через себя ножны с его узким кинжалом и заботливо укрыла Змея своим плащом.
— Ты не бойся, — сказала ему вслух. — Я тоже не буду.
  
Глава 57
 
Я впервые одна в этих горах, а может и вообще... впервые одна. Ежась от утренней прохлады, медленно спускаюсь вниз по склону. Нет никакой защиты, только я и нож, искусством владения которым я не владею. Напади на меня кто, убью ли?
Очень сомневаюсь.
Будем надеяться, что никто не посмеет напасть на раненую и растрепанную женщину с кинжалом...
 
С надеждой оглядываюсь назад на камень, за которым лежит Ариас. Вдруг он приподнимется, именно в тот момент, когда я уйду?
Но движения нет.
«Змей спит, сосредоточься на еде, Алиса», — повторяю себе, и упрямо спускаюсь в начинающийся у горы лес. Найти бы что-нибудь знакомое, как те яблоки или «финики», которыми подкармливал Ариас. Плюс на земле должны расти грибы, ягоды... Не отравиться бы. Однако, я помню ягоды, грибы, которые готовили в трактире. Поэтому, незнакомые брать, пожалуй, не буду, а знакомые — обязательно схвачу.
Подножье горы заросло хвойными деревьями, и сейчас под моими ботинками трещат сухие иголки. Высокие сосны вздымают к утреннему светлому небу свои вечнозеленые ветви, а под ними почти ничего не растёт. Разочарованно выдыхаю, и внимательно смотрю под ноги, надеясь, что мне попадутся хотя бы грибы. Ботинками ворошу подходящую кочку — ничего.
Неторопливо брожу, заходя в лес всё глубже.
О! Что-то есть! Кидаюсь и срываю рыжий маслянистый грибок, растущий под шапкой из иголок. С сомнением нюхаю его: вроде пахнет съедобным. Но неужели есть его сырым? А развести огонь я не могу, кремня и кресала нет... Озадаченно взираю на гриб, когда слышу за собой негромкий твердый голос, немного подтягивающий «с» на некоторых словах.
— Съедобный, но не вкусный. Здравствуй, Лис-са.
«Крис...»
С тревожной радостью оглядываюсь. Всё-таки Крис — свой, несмотря на неизвестное и недосказанное. Только я едва узнаю его. Уже нет шапки кудрявых волос и нет намечающейся бороды. Крис безжалостно остриг отросшие волосы и теперь они зачесаны назад, только один непослушный завиток выбился на лоб. А ещё маг гладко побрился, от чего стали заметны острые скулы, впалые щеки и четкий угол челюсти. Виден подбородок, неожиданно упрямый. Щетина и кудри смягчали угловатые черты, а теперь с первого взгляда понятно — обладатель этого лица собран, настроен решительно и жестко.
— Мне поесть надо, пусть даже не вкусное. Привет, Крис, — растерянно поздоровалась, разглядывая мага. Всё ещё не могу привыкнуть к его речи, а теперь ещё и лицо. Как будто передо мной совершенно другой человек. — Крис! Там Ариас, он...
Он недовольно дёрнул щекой, целеустремленно наступая на меня.
— Сейчас нам нужно закончить начатое. Я возьму своё и уйду, это ясно? Нож не трогай, — заметил, как я потянулась к рукояти, как только он приблизился. — Ты не умеешь им пользоваться, так что даже не пытайся. Скорее сама порежешься, у Змея клинки часто отравлены. Стоит ли рисковать? Знаешь, что я не убивать тебя явился. А вот сделать больно разоружая могу. Легко.
Маг резок и совсем не кокетничает. Принимая аргументы, опустила руку, понимая, что ни убивать, ни помогать он не собирается.
— Зачем ты пришел? — тихо спросила. — Объясни мне. Что ты сделал, что хочешь сделать, при чем тут я?
На вопросы Крис не среагировал, продолжая шагать на меня, и я мгновенно поняла, что спрашивать нужно по-другому.
— Кажется, ты не хочешь терять время, — повысила голос, отступая. — Если скажешь, я не буду сопротивляться. А если не скажешь, буду. Понимаю, что ты сильнее, но сопротивление все равно замедлит тебя, помешает...
Блефую. Понятия не имею, замедлит или нет, помешает или нет...
На губах мага появилось подобие улыбки.
— Похоже, ты кое-чему научилась у нас. Хорошо, — неожиданно легко согласился и подошел вплотную, одновременно четко произнося слова. — Мне известно, что ты — сосуд. В тебя можно вложить Силу, а затем забрать. Я вложил в тебя дикую Силу, которая отравляла мой разум, а забираю уже Силу прирученную, которая сделает меня сильнее. Для этого нужно касаться тебя.
— Что? Сосуд? Ничего себе... Но, но... Крис! Ариас, он... — я опустила глаза, собираясь с мыслями. — Он касался меня и, кажется, ему стало... плохо.
Пришлось проглотить комок в горле, прежде чем сказать последнее слово.