Шатун. Лесной гамбит
– Нападения мелких банд участились. Но, слава богу, не на нашем участке, – задумчиво протянул майор.
– А у нас что?
– Тишина. И меня это настораживает, – тихо признался Рязанов.
– Меня тоже, – помолчав, кивнул Руслан. – И есть у меня мысль, что все это делается не просто так.
– Объясни, – тут же потребовал майор.
– Глядя на карту местности, невольно приходишь к выводу, что кто-то очень хочет раздергать наши наличные силы и, выбрав момент, ударить. Куда, не спрашивай. Даже не представляю. Но вот не покидает меня это ощущение, – присев к столу, тихо признался Руслан. – Карта нам нужна. Подробная. Тогда можно будет хоть что-то понять.
– И как ты по карте хочешь понять, где будет нападение? – не понял Рязанов.
– Миша, ну ты словно кадет-первокурсник, – фыркнул Руслан. – Забыл, что у нас тут вокруг горы?
– Забудешь тут, – хмыкнул граф.
– Миша, турки с какой стороны гор? – вздохнув, спросил Руслан.
– С той, и что?
– Так. Похоже, приезд маменьки тебя окончательно пришиб, – не удержавшись, поддел приятеля Руслан. – Горы – это перевалы. А перевалы, это возможность перевести войска на нашу сторону. И имея подробную карту, мы сможем хотя бы приблизительно представить, где можно быстро перевести достаточное количество войск, чтобы устроить тут местный филиал театра военных действий. Теперь понял?
– Угу, – мрачно кивнул майор.
– А теперь скажи, у кого имеется подробная карта этих мест?
– Ну, если только запрос в императорское географическое общество отправлять, – задумчиво протянул Рязанов. – Если где и есть такая карта, то только там.
– И кого пристрелить надо, чтоб такую карту получить? – не сдавался Руслан.
– В генштаб запрос посылать надо, – снова скривился майор.
– Пиши генералу, – решительно потребовал Шатун. – Подобные запросы только через него пропихнуть можно. А лучше Татищеву и Тарханову сразу. Первый все это правильно оформит, а второй генерал-губернатору на подпись подсунет, чтобы в генштабе под сукно не положили.
– Попробую, – нехотя согласился майор.
– Ты чего вздыхаешь? – не понял Руслан его реакции.
– Да не хочется начальству о себе лишний раз напоминать, – вдруг признался Рязанов. – Думаешь, о том, чтобы нас в другие места перекинуть, там уже забыли? Нет, брат. Шалишь. Такие дела так просто не забываются. Тем более что в городе уже который месяц тихо. А в округе никаких нападений нет. Вот вылезем, и повесят на нас еще кучу всего.
– М-да, не хотелось бы, – понимающе кивнул Руслан. – Но ведь тут как все это подать.
– В каком смысле? – насторожился майор.
– В прямом. Ты, когда писать станешь, как бы между строк намекни, что карта нам не просто так нужна, а для определения места нападения противника. Мол, имеются оперативные сведения, которые еще предстоит долго и нудно проверять.
– Какие сведения? – быстро переспросил граф.
– Тьфу ты. Вечно забываю, что вы некоторыми словами еще и не пользуетесь, – удрученно буркнул Руслан. – Скажи, сведения имеются. Но не проверенные.
– Предлагаешь начальство обмануть? – снова помрачнел Рязанов.
– А в чем обман? – развел Руслан руками. – До возможного перехода противника мы додумались? Додумались. Проверить это как-то надо? Надо. А как это сделать? В нашем случае только по карте. Подробной, – закончил он, подняв указательный палец. – Не будем забывать, что почти все перевалы перекрыты кланами непримиримых. И вообще. Наша работа в чем заключается?
– И в чем же?
– В предотвращении всяческих происков иностранных лазутчиков против устоев империи. В предотвращении. Услышал? А предотвращать по-разному можно. В том числе и при помощи перекрытия перевалов и разрушения караванных троп.
– Предлагаешь снова твоими гранатами воспользоваться? – прямо спросил майор.
– Пока не знаю. Вот когда пойму, откуда турки полезть могут, тогда и предложу, – честно признался Шатун.
– Ладно. Напишу, – вздохнув, сдался Рязанов.
– Заодно и Лизочке Тархановой письмецо отправь, – тут же поддел его парень. – И не смотри на меня так. Тебе князь свое благословение дал, а ты все кобенишься.
– Отстань, – смутившись, фыркнул Рязанов. – Писал я ей. И даже ответы получал. В общем, тут все в порядке.
– Ну, хоть где-то, – улыбнулся Руслан, махнув рукой. – А вообще, Миша, у вас кто-то занимается сбором общей информации по всему краю?
– Зачем? – не понял Рязанов.
– Понятно, – помрачнев, кивнул Шатун. – Затем, друг ситный, что подобные сведения дают общую картину нападений и вообще действий противника. Не будем забывать, что непримиримые на данном этапе это тоже противник. Их используют против нас. Одно дело, когда молодые абреки ради удали дурной десятком нападают. И совсем другое, когда они по кланам сотню бойцов собирают. Как это уже было.
– Так отбились же, – развел граф руками.
– Отбились, – кивнул Руслан. – На наше счастье, успели вовремя. А не случись нам узнать, что горцы в большой набег пошли, что бы было?
– Да уж, – мрачно кивнул майор.
– Ладно, – вздохнул Руслан, поднимаясь. – Раз пока затишье, я в мастерскую. Хоть гранат наделаю в запас.
– А снарядов к мортире? – тут же отреагировал Рязанов.
– Полторы сотни на два ствола точно сделаю.
– А больше можешь?
– Смеешься? Ты не забывай, Миша, что все это добро я на свои деньги делаю, – не удержавшись, напомнил Шатун. – ГАУ ваше так и не изволило даже почесаться.
– Прости, Руслан, – тут же повинился граф. – Увлекся.
– Понимаю, – хмыкнул Шатун. – Сам бы случаем воспользовался. Но что могу, делаю. Ты кислоту заказал?
– Говорил же, везут.
– А, ну да, было, – вспомнил Руслан их разговор на эту тему. – Все. Ушел.
Выскочив на крыльцо, он махнул казакам и, вскочив в седло, рысью погнал коня к заставе. Спустя час парень уже растапливал печь и готовил место работы, отложив все проблемы и несуразицы в сторону. Работа с такой нестабильной субстанцией, как нитроглицерин, требовала полной сосредоточенности и внимания. Как говорится, одно неосторожное движение, и ты уже на небесах. Но погрузиться в работу ему не дали.
На дворе послышались громкие голоса, а после осторожный стук в дверь.
– Что тут у вас? – спросил Руслан, выглянув.
– Тут это, ваше благородие, до тебя, – ответил один из караульщиков, кивая на ворота.
Взглянув в указанную сторону. Руслан невольно присвистнул про себя. У ворот, с интересом оглядываясь, стоял средний сын контрабандиста Пахома. Тот самый, которого Руслан так неласково угомонил при встрече. Выйдя из мастерской, Шатун аккуратно прикрыл за собой дверь и, подойдя к мужику, кивнул:
– По делу, или случилось что? – спросил он, не здороваясь.
– Папаня передать велели, через три дня по Цхинвалу караван пойдет. С тем, что ты искал, княже, – тихо ответил мужик.
– С чего вдруг такая милость? – удивился Руслан. – Пахом меня встретил неласково и дела со мной иметь не желал вовсе. Что сменилось?
– С людьми разными поговорил, – угрюмо ответил мужик. – Тебя недаром Лютым прозвали. Да и обещание твое он помнит.
– От слова своего не отказываюсь, – спокойно кивнул Руслан. – И ежели все выйдет, как ты передал, семью вашу не забуду.
– Вперехват пойдешь, дай знать. Сам с тобой пойду, – помолчав, решительно заявил контрабандист. – Папаня сказали, голова моя залогом будет, что он правду сказал.
– А проку мне с твоей головы? – иронично хмыкнул Шатун. – Мне дело сделать надо. А голова твоя мне и даром не нужна. Не люблю лишней крови. А за тобой пришлю. Проводником будешь. Ты места те хорошо знаешь?
– Добре.
– Вот и покажешь, где караван без особого шума взять можно будет. А более мне от вас ничего не надо. Уговор?
– Уговор, – коротко кивнул контрабандист. – Княже, дозволь спросить, – вдруг попросил он.
– Спрашивай, – удивился Руслан.
– Тебе девка в прислуги не нужна?
– Погоди. Вы ж вроде из староверов. Разве у вас девки в услужение идут? – еще больше удивился Шатун.