Шатун. Лесной гамбит
– В общем, удалось узнать, что фальшивые деньги тащат через Армению. Доказательств нет, но человек в этом деле знающий, и не верить ему причин особых нет. А как проверить, я даже не представляю.
– Да уж. Не с нашими возможностями на такие задачи замахиваться, – понимающе усмехнулся Рязанов. – Тут другая беда.
– Что опять?!
– Весть пришла, что через Аргунь большой отряд горцев идет. И перехватить их некому. Казаки уже на фронт ушли, а заслоны слишком слабы.
– Не было печали, – охнул Руслан. – Карта тех мест имеется?
– Только кроки, – качнул граф головой.
– Если они в долины вырвутся, бед не оберемся, – растерянно проворчал Руслан. – Что делать будем?
– Казаков по станицам собирать надо, – помолчав, вздохнул майор. – Иначе город можем и не отстоять.
– Оголим станицы, казакам возвращаться некуда будет.
– Что предлагаешь?
– С каждой станицы, из оставшихся, по три хороших стрелка брать. Конно и оружно. И за бандой. К ним наши два десятка. Получится на каждые два наших выстрела по одному от призванных казаков. В этом случае можно будет абрекам серьезный бой дать, – задумчиво протянул Шатун.
– Боюсь, не получится ничего, – помолчав, вздохнул Рязанов. – Атаман в столицу уехал, а кто за него, еще не знаю. А станичники без атамана с нами и говорить не станут.
– А наши казаки на что? – удивился Руслан. – Надо попросить их, чтобы передали казачий круг собрать, там все и решим.
– Угу, станут ради тебя круг собирать, – иронично хмыкнул граф.
– Почему это ради меня? Ради станиц своих, – тут же вывернулся Руслан.
– Думаешь, выгорит?
– Не знаю, – честно признался Руслан. – Пойду, с казаками поговорю, – махнул он рукой, поднимаясь.
* * *Полсотни пожилых, но еще крепких казаков внимательно слушали все, что говорил им Руслан. Сидя в седле перед этим полуэскадроном, Шатун негромко, но твердо рассказывал, для чего их собрал и что им предстоит сделать. А нужно было, ни много ни мало, остановить банду приблизительно в четыре десятка сабель. Но количество абреков в банде было установлено не точно. Так что готовиться нужно было к серьезной драке.
Убедившись, что его услышали и поняли, Шатун кивнул седоусому подъесаулу, и тот, поднявшись в стременах, зычно отдал команду к движению. Чтобы обеспечить хоть какое-то взаимодействие между отрядами, Руслан приказал своим подчиненным смешаться с мобилизованными. У тех наверняка будет куча всяческих вопросов, так что в задачу его подчиненных входило и некоторое просвещение новичков. Хотя какие они, к черту, новички. У каждого грудь в крестах, шрамы на телах и походов за спиной больше, чем сам Руслан противников видел.
– Княже, дозволь спросить, – раздалось из колонны.
– Спрашивай, – повернулся Руслан к окликнувшему его казаку.
– Что делать станешь, когда банду увидим?
– На месте понятно станет, – вздохнул Шатун. – В дурную атаку точно вас не погоню. Не для того собирал, чтобы сгубить ни за понюшку табаку. Сейчас главное, успеть к их выходу из ущелья. А там место для засады выберем и огненным боем встретим. И чем больше побьем, тем лучше.
– Что, и в лаву не пойдем? – удивился казак.
– Только если точно буду знать, что иначе никак, – твердо отрезал Руслан.
– А трофеи как делить станешь?
– Как обычно, – пожал Шатун плечами. – С вашей стороны, вон, подъесаул есть, с моей хорунжий имеется. Они и решат, чтобы все честь по чести было.
– А сам?
– А что сам? – не понял Руслан.
– Неужто ничего сам брать не станешь?
– Ну, если только что-то особо глянется. А так моя доля ватажная. У вас давно все придумано, так чего огород городить?
– Ишь ты. Князь, а законы наши чтит, – послышалось из колонны.
– Так правильные они, – откликнулся Шатун. – Годами проверенные. Да и не того я полета птица, чтобы старые уклады ломать.
Отвечая на все эти вопросы, Руслан отлично понимал, что в данный момент его оценивают, измеряют и взвешивают. И от его ответов, а главное, дальнейших действий, будет в дальнейшем зависеть очень многое.
Отряд вышел из города и, перейдя на рысь, направился к предгорьям. Двое суток полуэскадрон провел в пути, и все это время Руслан сидел в седле словно на иголках. Если абреки вырвутся из ущелья, долина кровью умоется. И гоняться за ними придется долго и упорно.
К его огромному удивлению, собрались казаки быстро. Как только его бойцы отправили весть по станицам, казачий круг собрался и, выслушав его, согласился выделить по три бойца с каждой станицы. Такой расклад не сильно ослаблял поселения, но заметно увеличивал огневую мощь его отряда. Именно это Руслану и требовалось. Затевать долгую войну или неделями носиться по степи за бандой он не собирался. Его план был прост и вполне в духе его прошлой службы.
Уничтожить банду из засады и, собрав трофеи, вернуться обратно. Быстро и с минимальными потерями. На личную доблесть и тому подобную муру ему было на данном этапе глубоко наплевать. Главное, избавиться от опасности, а дальше план война покажет. Шла война, и кичиться собственной храбростью означает ослабить боеспособность подразделения. Тут требуется общая стойкость и доблесть всего отряда.
Именно эти нехитрые истины он старался довести до сознания каждого казака. И судя по всему, ему это удалось. Впрочем, это было и не удивительно. Восторженных мальчишек тут не было. Все казаки были люди бывалые, послужившие и на своем веку повидавшие всякого. Так что в их умении слушать команды Руслан не сомневался. Главное, чтобы за такого командира они его приняли.
Так что целостность оружия и амуниции Шатун у своих бойцов проверял регулярно и требовал от хорунжего отчета о состоянии здоровья казаков и их коней. Ведь иного транспорта тут просто не было. Краем глаза Шатун замечал, что призванные внимательно наблюдают за его действиями и присматриваются к тому, как экипированы его подчиненные. Подшитая брезентом кошма, которую его бойцы использовали вместо спальных мешков, их удивила, а качество оружия заставило задуматься.
К полудню вторых суток отряд подъехал ко входу в ущелье, и Руслан, объявив привал, приказал подъесаулу отправить в ущелье разведку. Но следопыт, окликнув своего старого приятеля, вызвался добровольцем. Понимая, что это будет наилучшим решением, Шатун просто кивнул, давая им разрешение действовать.
– Ваше благородие, а чего сразу их не отправил? – помолчав, удивленно спросил подъесаул.
– Станичниками командовать тебя казачий круг поставил, так что через голову прыгать неправильно будет, – спокойно отозвался Руслан.
– Благодарствую, княже, – неожиданно поклонился казак. – Что дальше делать станем?
– Прикажи пока чаю вскипятить. Разведку ждать надо, – помолчав, вздохнул Шатун. – И пусть пока коней обиходят. Но оружие пусть все под рукой держат. Черт их знает, куда они уже дойти успели.
– Добре, княже, – кивнул казак и, развернувшись, быстрым шагом поспешил к своим ветеранам.
Разведчики вернулись спустя три часа. Присев у костерка, Роман принял от кашевара кружку с чаем и, глотнув напитка, коротко доложил:
– Таким ходом к вечеру тут будут.
– Много их? – быстро уточнил Руслан.
– Я семь десятков насчитал, да только больше их. Почитай, сотня идет, – вздохнул следопыт.
– Однако сила, – протянул подъесаул с заметной растерянностью.
– Потому и говорил, для лихости дурной сейчас не место, – напомнил Руслан. – Так, ночью они из ущелья выходить не станут. Чтобы не заметили раньше времени. Так что для начала мы им тут засаду устроим.
– А после? – не удержался подъесаул.
– А после видно будет. Ежели они лагерем неподалеку встанут, то ночью и начнем, – хищно усмехнулся Руслан. – Коней убрать, костры тушить и всем спрятаться так, чтобы ни одна собака не учуяла, – начал раздавать он команды.
Выход из ущелья был широким, так что перекрыть его полностью было практически невозможно. По приказу Шатуна полуэскадрон был разделен на две части, и эти отряды были отведены в стороны. Таким образом, выходившие бандиты попадали под перекрестный огонь с двух сторон. С учетом скорострельных винтовок, каждый призванный казак был способен сделать один выстрел на два выстрела его бойцов. В итоге плотность огня позволяла Руслану быть уверенным, что банда будет ополовинена в первые же секунды боя.