Шатун. Лесной гамбит
– Нет. Точнее, ты патрулями занимайся, а я своим займусь.
– Это чем же? – не отставал Руслан.
– Хочу сделать так, чтобы обо всех неизвестных, кто в городе появился, мне докладывали.
– Ну, с содержателями гостиниц это еще может получиться. А что делать с частным жильем? – озадачился Шатун.
– Сам голову ломаю, – вздохнул майор.
– Может, проще будет на заставах при въезде документы спрашивать и сразу списки составлять? Кто въехал, с кем, к кому, по какой надобности. А главное, где жить собирается. А что? – развел он руками, заметив удивленный взгляд приятеля. – Война идет, а городок у нас приграничный. А ну как похитят кого? Как искать прикажешь? А главное, кого?
– Вот ведь змей, – восхищенно покачал Рязанов головой. – И ведь как развернул. Сразу и не подкопаешься. Добро. Так и сделаем.
– Думаешь, получится? – с сомнением поинтересовался Шатун.
– А почему нет?
– Так на заставах армейцы стоят. А они к нам, сам знаешь, как относятся.
– Нашел беду, – отмахнулся Рязанов. – Завтра же в офицерском собрании лично объясню всем офицерам, для чего это нужно.
– Сначала мне объясни, – вдруг потребовал Руслан.
– А чего тут объяснять? – пожал граф плечами. – Сам сказал, война, а город приграничный. Не хотят от бандитов прямо на улицах отбиваться, пусть нам помогут врага опередить.
– Логично, – усмехнулся Руслан. – Ладно. Ты мальчик уже взрослый, учить тебя – только портить. Сам разберешься. Тогда я с завтрашнего дня беру на себя контроль за патрулями предгорий.
– Угу, – задумчиво кивнул Рязанов.
Стук в дверь прервал разговор. Откликнувшись, майор разрешил стучавшему войти и, увидев на пороге жандарма, удивленно вскинул брови.
– Чем могу служить, господин поручик? – спросил он, разглядывая нежданного гостя.
– Господа, я пришел к вам просить помощи, – с порога заявил жандарм.
– У нас? – удивленно переглянувшись, уточнили офицеры.
– Понимаю ваше удивление, господа, но более мне обратиться не к кому. Увы, но я направлен в ваши палестины разобраться с некоторой проблемой, возникшей в этих местах с началом войны, но как оказалось, тут, кроме вас, линейных частей армии и казаков, вообще никто мышей не ловит.
«Интересно, – проворчал про себя Руслан. – Эта присказка тут, оказывается, уже в ходу».
– Так мы можем поговорить? – спросил жандарм, снимая фуражку.
– Присаживайтесь, поручик, – чуть подумав, пригласил Рязанов. – Так что у вас за дело?
– Я понимаю, господа, что наши службы не особо ладят, но иного выхода у меня просто нет. Я надеюсь на вашу порядочность, господа.
– Говорите смело, поручик. Слово чести. Что услышим, с нами и умрет, – кивнув, твердо пообещал Рязанов.
– Слово чести, – повторил Руслан, увидев вопросительный взгляд жандарма.
– Благодарю вас, господа, – улыбнулся жандарм с заметным облегчением. – В империи стали появляться фальшивые ассигнации. Сначала решили, что это кто-то из наших мошенников затеял. Сами знаете, умельцев в империи хватает. Но вскоре выяснилось, что следы ведут сюда. В предгорья. Именно поэтому я оказался в вашем городе и очень скоро понял, что реальная власть тут только у вас. У контрразведки.
– С чего вдруг вы так решили? – не удержавшись, уточнил Руслан.
– Видел, как вы со своим городским дном обошлись, – усмехнулся жандарм. – Надо признать, сурово, но правильно. Только я теперь и не знаю, что дальше делать. Вы же всех варнаков из города выгнали. Теперь и спросить некого.
– Тут контрабандистов трясти надо, – помолчав, высказался Рязанов.
– А они тут каким боком? – тут же сделал стойку жандарм.
– Господин майор прав. Раз начали подделывать ассигнации, значит, эту пакость через границу тащат, – поддержал приятеля Руслан. – Вы ведь сами сказали, что обнаружили подделки уже в империи. То есть качество у них такое, что не всякий сразу разберет. А уж купцы да прочие торговцы такие вещи сразу замечают.
– Это верно. Качество исполнения и вправду высокое, – задумчиво кивнул поручик.
– Вот вам и ответ, – развел Руслан руками. – Такими делами обычно у нас британцы развлекаться любят. А с учетом того, что война началась, они будут эту бумагу сюда тащить любыми путями. Затевать изготовление подделок здесь, в горах, долго и дорого. Тут и бумага добрая нужна, и краски, и клише. А ежели подделку там делать, а после сюда контрабандой везти, то все гораздо проще. Перевалы-то почти все непримиримые держат. А если вспомнить, что Армения с Турцией граничит, то все еще проще.
– Погодите. Выходит, мне не сюда, а в Тифлис нужно? Или в Эривань?
– Ну, куда точно вам нужно, я даже не представляю, но одно могу сказать твердо. Теперь, когда варнаков из города вывели, контрабандистам товар сбывать труднее будет. Да и патрули мы усиливать собираемся. В общем, на нашем участке, им не развернуться. Но слова ваши мы услышали и, как только что-то всплывет, сообщим, – твердо пообещал Рязанов.
– Я остановился в гостинице… – начал было жандарм, но граф, едва заметно улыбнувшись, ответил:
– Я знаю, поручик. Приехали вы третьего дня и уже два дня пытаетесь хоть чего-то добиться от полиции.
– Вы следили за мной?! – растерянно ахнул жандарм.
– Присматривали, – спокойно кивнул майор. – Сами понимаете. Время военное, кто знает, на какую подлость враг пойти может.
– Однако, – растерянно покрутил поручик головой. – Лихо у вас служба поставлена. Я и не приметил.
– Я же сказал, мы не следили. Только присматривали. Так, вполглаза.
«И на полшишечки», – ехидно добавил Руслан про себя.
– Значит, думаете, контрабанда, – задумчиво повторил жандарм. – А ведь похоже, черт возьми. Похоже.
– Сами подумайте, – пожал Руслан плечами. – Что проще? Везти в горы бумагу и краску, а потом развозить готовый продукт. Или на толковой мануфактуре все спокойно изготовить, а после просто готовые фальшивки развозить. Иностранцы, они деньги считать умеют.
– Это верно. Что ж. Благодарю, господа. Надеюсь, вы понимаете, что все сказанное не должно покинуть стен этого кабинета?
– Сударь, вы пытаетесь нас оскорбить? – холодно поинтересовался Рязанов.
– Господь с вами, господин майор. Я просто осмелился напомнить вам, что по своей воле нарушил прямой приказ, и прошу меня не выдать случайно, – нашелся поручик. – Засим позвольте откланяться.
Поднявшись, он щелкнул каблуками и, надев фуражку, вышел.
* * *Собрав свою команду, Руслан под большим секретом рассказал казакам о появлении в империи фальшивых денег и задал самый главный вопрос. Кто в округе может заниматься подобными вещами? Внимательно выслушав его, бойцы задумались.
– Есть человечек один, – медленно заговорил хорунжий. – Раньше сам через перевалы ходил, а теперь три сына его ходят. Но только он вряд ли станет с таким делом вязаться. Он все больше редкие товары возил.
– Свести меня с ним можешь? – тут же оживился Руслан.
– Свести-то можно, да только не станет он говорить с тобой, – помолчав, откровенно высказался казак. – Упрям, как пень. Да еще и гонору столько, что проще убить, чем уговорить. Сам себе на уме.
– Ну, за убить дело не встанет, – хищно усмехнулся Руслан.
– Они ведь мстить станут, – попытался осадить его хорунжий.
– Ну, пусть попробуют, – пожал Шатун плечами. – Я ради дела и семьи не пожалею. Мне спокойствие честных людей дороже сотни таких. Так что? Сведешь?
– Прежде сам с ним поговорю, – мрачно вздохнул казак, уже явно жалея, что вообще затеял этот разговор.
– Тогда так ему передай. Не станет со мной говорить, его сыновья с моим револьвером говорить станут. Все дела брошу, а засаду на них устрою.
– Добре, – помолчав, кивнул казак.
Оставив с собой Романа, Руслан отправил подчиненных заниматься своими делами, а сам, достав карту, принялся выспрашивать у следопыта, где и какие имеются тропы в сторону перевалов. Лучше Романа этих мест никто не знал. В этом Шатун убедился уже давно. На следующее утро, едва закончив завтрак, Руслан увидел входящего в столовую хорунжего и, пригласив его к столу, осторожно спросил: