Шатун. Лесной гамбит
– Как взорвали? Чем? – растерялся штабс-капитан.
– Гранатами. Сделал несколько связок, одну гранату взвел и шнур к кольцу привязал. Отошел подальше и подорвал, – коротко пояснил Руслан.
– И что, получилось? – удивленно поинтересовался Рязанов.
– А хорошо получилось, – хмыкнул Руслан. – Шагов на тридцать тропу словно корова языком слизнула. Теперь, чтобы на нашу сторону перебраться, им придется в том месте мост строить.
Их разговор прервал шум в коридоре. Судя по грохоту сапог и звяканью шпор, там быстрым шагом двигалось человек семь-десять.
– Слушай, а что тут вообще происходит? – вспомнил Руслан про свою стычку с неизвестным на крыльце. – Новички какие-то бегают. Местные, словно лошади на свадьбе, все в мыле. Что происходит?
– Проверка к нам из столицы пожаловала, – мрачно вздохнул Рязанов. – Так что ты со своим абреком очень вовремя удружил. Мне теперь даже вопросов задавать не пытаются. Все видели, что мы своим делом всерьез заняты.
– А что, были сомнения? – иронично усмехнулся Шатун.
– Да кто их разберет, что у них там было, – снова вздохнул граф. – Так что имей в виду, особо с неизвестными не задирайся. Плохо кончиться может.
– Поздно, – смущенно проворчал Руслан.
– Ты чего уже учудить успел? – охнул штабс-капитан.
– Да какого-то хлыща с лестницы спустил. Пытался меня не пустить.
– Вот ведь… – начал было Рязанов, но договорить не успел.
Дверь с треском распахнулась, и ввалившийся в кабинет офицер со злобной усмешкой объявил:
– Вот он!
* * *Стоявшие за ним офицеры глухо зароптали и тут же затихли. Одним плавным движением выхватив револьвер, Шатун взвел курок и, не повышая голоса, произнес:
– Господа, вы посмели ввалиться в кабинет офицера контрразведки. Еще один шаг, и я открою огонь.
– А какое отношение к контрразведке имеете вы? – послышалось из коридора.
– Позвольте представить, господа, – не вставая, ледяным тоном ответил Рязанов. – Мой товарищ, поручик, князь Ростовцев, Руслан Владимирович.
– А почему в таком виде? – послышался тот же голос.
– Потому, что он только что вернулся после преследования банды, осмелившейся напасть на дежурный наряд у заставы.
Офицеры заметно стушевались, сообразив, что влезли не в свое дело. Все случившееся на лестнице теперь уже не казалось каким-то странным происшествием. Теперь это выглядело как попытка задержать офицера контрразведки при исполнении. Виновник этого торжества, мрачно набычившись, покосился на револьвер в руке Руслана и зло, усмехнувшись, нахально поинтересовался:
– Ростовцев. Это случайно не тот Ростовцев, который всей столице задолжать успел?
– Вполне возможно, что и задолжал. Я с папашей не общаюсь, – равнодушно пожал Шатун плечами. – Так что, если вам вздумалось ссужать его деньгами, с него и получайте. От меня вы только пулю получить можете.
– Я еще не настолько поглупел, чтобы иметь дело с мошенником, – фыркнул в ответ штабс-капитан. – Вы посмели оскорбить меня, сударь, и я требую сатисфакции.
– Сразу видно паркетного шаркуна, – презрительно усмехнулся Руслан. – Во время военных действий любые дуэли запрещены. Считаете себя дворянином, так будьте добры изучить законы и правила империи. Или вам они не писаны?
Ответить штабс-капитан не успел. В коридоре возникло какое-то оживление, и чей-то молодой, еще ломкий голос попросил:
– Господа, прошу прощения, позвольте пройти. Я тут по делам службы. Срочное донесение, господа.
Офицеры расступились, пропуская в кабинет юнкера, в котором Руслан с ходу узнал посыльного от князя Тарханова.
– Ваше превосходительство, пакет из канцелярии генерал-губернатора, – отрапортовал юнкер, обращаясь к Рязанову. – Извольте расписаться и поставить на конверте дату.
Быстро проведя все формальности, граф поблагодарил юнкера и, вскрыв второй конверт, внимательно вчитался в строчки послания.
– Собираемся, Руслан Владимирович. Нас срочно вызывают в Краснодар, – резко помрачнев, скомандовал Рязанов Руслану.
– Едем одни, или поднимать всю команду? – уточнил Шатун, вставая из-за стола.
– Поднимайте. Дело серьезное, – решительно кивнул граф.
– Слушаюсь, – коротко кивнул Шатун, убирая револьвер в кобуру и направляясь к дверям.
– Не так быстро, господин выскочка, – зашипел все тот же штабс-капитан, заступая ему дорогу. – Я с вами еще не закончил. Вы меня оскорбили, и я требую…
– У бабы своей требовать будешь, – прорычал Руслан, всадив кулак ему под ложечку. – Если ты, шаркун паркетный, еще раз посмеешь у меня на пути встать, я тебе, индюк надутый, голыми руками шею сверну. И запомни, тварь. Я на службе, и любой, кто мне мешает исполнять свое дело, враг. Мой и государства. А врагов я уничтожаю, – с этими словами он резким толчком отправил согнувшегося в три погибели офицера в руки его приятелей.
От его разъяренного взгляда собравшиеся дружно подались в разные стороны, растерянно переглядываясь и пытаясь понять, что в услышанном было правдой, а что просто угрозой. Выйдя следом за ним, Рязанов не спеша запер свой кабинет и, повернувшись, устало добавил:
– Господа, поручик Ростовцев, командир группы пластунов, и потому задирать его, это очередной замысловатый способ самоубийства. Не советую. Он шутить не умеет. Совсем. И то, что он пообещал, всегда исполняет свято. Советую это запомнить. А теперь позвольте пройти.
Окончательно растерявшиеся офицеры расступились, с нескрываемой опаской поглядывая на контрразведчиков. Известие о том, что их срочно вызвали во дворец генерал-губернатора, заметно отрезвило горячие головы. Подобные вызовы просто так и кому попало не приходят. Выйдя на крыльцо, Рязанов свистнул, подзывая свою коляску, и повернувшись к Руслану, тихо спросил:
– Сколько времени потребуется твоим казакам, чтобы собраться?
– Думаю, раньше полуночи выехать не получится, – вздохнул Шатун, покосившись в небо. – Половина после выхода, еще и не помылись толком. Может, завтра с утра?
– Нет. Приказано, срочно. По получении приказа, – ответил граф, усаживаясь в коляску.
– Что там произошло? – насторожился Руслан.
– Не знаю. Написано, срочно, со всеми наличными силами, – растерянно качнул Рязанов головой. – Подписано князем Тархановым. Думаю, там случилось что-то из ряда вон. Так что собираем людей, вооружаемся и отправляемся.
– Тогда придется верхом, – буркнул Шатун, с сомнением оглядев коляску. – Этот тарантас нас только задерживать будет.
– Согласен. Найдется в твоем арсенале еще один револьвер? – вдруг спросил Рязанов.
– У тебя ж есть? Неужели потерял? – охнул Шатун.
– Тьфу на тебя, – выругался граф. – Дома лежит. Я второй взять решил. Ну не с карабином же мне по дворцу бегать. И ты себе еще один прихвати. На всякий случай.
– Все так серьезно? – помрачнев, осторожно поинтересовался Руслан.
– Сказал же, не знаю, – скривился граф. – Но мне почему-то кажется, что лишним не будет.
– Добро. Я тогда еще и гранат прихвачу, – подумав, заявил Шатун.
– Бери, – помолчав, кивнул штабс-капитан.
Они вкатили на свое подворье и тут же развили бурную деятельность. Кликнув Васятку, Руслан отправил его в казармы, с приказом срочно всем казакам явиться конно и оружно, а сам отправился мыться и пополнять боеприпасы. На кухне нагрели пару чугунков воды, и Руслан, пройдя в баню, быстро смыл с себя дорожную пыль. Сменив исподнее, он отправился в свой сарай и, вынеся из него ящики с патронами, велел группе охраны раздать их казакам, когда те приедут.
Спустя два часа вся команда стояла во дворе, в две шеренги, а Шатун придирчиво проверял готовность амуниции и состояние оружия. Убедившись, что у каждого бойца при себе имеется тройной боезапас, два комплекта гранат и полные аптечки, он развернулся к крыльцу, на котором нетерпеливо перетаптывался Рязанов, и, кивнув, коротко доложил:
– Мы готовы, Михаил Сергеевич.
– Прекрасно, – обрадовался граф. – Казаки, у нас есть приказ. В срочном порядке прибыть в Краснодар. Что там случилось, мне не известно, но скажу прямо, просто так нас в таком составе не позвали бы. Так что всем быть готовыми к любой неприятности. Поняли?