Безудержная любовь (ЛП)

— И как реальность совпала с фантазией?
— Так намного лучше. Никакого сравнения. — его рука скользнула по впадинке на моей талии и по бедру.
Мое сердце затрепетало. — Хорошо.
— Но теперь у меня проблема. — одним легким движением он перевернул меня на спину под собой, сковав мои запястья своими руками и прижав их к матрасу над моей головой.
— Я буду хотеть этого все время. — он уткнулся лицом в мою шею и глубоко вдохнул. — Боже, как ты хорошо пахнешь. Каждый раз, когда ты проходишь мимо меня, мне хочется съесть тебя ложкой, черт возьми.
— Я не вижу в этом проблемы. Во всяком случае, не на следующей неделе. После этого тебе снова придется вести себя прилично. — хорошо, что у нас была согласованная дата расставания. Никаких обид или недопонимания.
— Тогда мне лучше не терять времени. — он вернулся к целованию моих губ и завладел ими.
Мы очень мало спали той ночью. Но когда я засыпала в объятиях Остина, я чувствовала себя счастливее, чем когда-либо за последние годы.
ПЯТНАДЦАТЬ
Остин
Я ПРОСНУЛСЯ от того, что Ксандер колотил в заднюю дверь дома.
— Братан! — кричал он. — Ты заставил меня встать рано утром в воскресенье, чтобы помочь тебе, а сам даже не проснулся? Вытаскивай свою задницу из кровати!
— Черт, — пробормотал я, откинул одеяло и подошел к окну. Заглянув за тень, я увидел, что он стоит у задней стены дома и кричит в окно моей спальни. Я оставил телефон в доме прошлой ночью, поэтому не могл написать ему сообщение, а будить Веронику криками я не хотел.
— Даю тебе пять минут! — крикнул Ксандер и опустился в одно из кресел Адирондак у костра.
Я заметил у него в руках картонный стаканчик с кофе, так что решил, что на несколько минут его хватит. Вернувшись к кровати, я снова проскользнул к Веронике и свернулся калачиком у нее за спиной.
Окно спальни выходило на восток, поэтому свет, проникающий сквозь полумрак, был мягким и розовым. От него ее кожа светилась ангельским сиянием, а волосы, словно ореол, обвивали голову. Простыня была натянута до бедер, но достаточно низко, чтобы я заметил крошечный узор из звезд прямо над ее правым бедром. Они были связаны между собой, как созвездие. Жаль, что я не разбираюсь в астрономии настолько, чтобы распознать их.
Она вдохнула, ее ребра расширились, и я услышал довольный вздох, когда она выдохнула. Я наклонился и прижался губами к ее чернилам.
— Доброе утро, — сонно произнесла она.
— Доброе утро. Я нашел твою татуировку.
— Я заметила.
— Что это?
— Это созвездие Девы. Это мой знак.
— Ах.
Она перевернулась на спину и улыбнулась мне. — А какой у тебя?
— Овен. Мы совместимы?
— Нет. Вообще-то, эти два знака ужасно подходят друг другу.
— Хм. Очень жаль. — я опустил рот к ее груди и взял в рот один идеальный розовый сосок, дразня языком его бугристый кончик. Ее пальцы запустились в мои волосы, и она выгнула спину, тихонько застонав. Мой член ожил, и я пожалел, что не проснулся пятнадцатью минутами раньше.
Снаружи крикнул мой брат: — У тебя осталось три минуты, засранец!
Вероника рассмеялась. — Это Ксандер там?
— Да. Он здесь, чтобы помочь мне затащить стол в грузовик. Я забыл, что просил его прийти в семь. Вообще-то, я не забыл, просто не имел понятия, который час, и мне было все равно. — с неохотой я поднял голову. — И я действительно не хочу прекращать то, что я делаю, но я не думаю, что Ксандеру понравится ожидание или звуковые эффекты.
— Согласна. Но знаешь, что он оценит? — она хихикнула. — То, что ты выходишь из моей квартиры без рубашки.
— Хотел бы я, чтобы был способ пробраться обратно в дом. Он мне столько дерьма из-за этого наплетет. — я застонал. — Черт! Я теперь должен ему бар.
— Что?
— Он хочет барную стойку из восстановленного дерева. Он поспорил со мной, что я не смогу оторваться от тебя, и он был прав.
Она рассмеялась. — Ты прав, что принял это пари.
— Наверное, ты права. — поцеловав ее в последний раз в грудь, я поднялся с кровати и стал искать свою одежду. — И знаешь что?
— Что? — лежа на боку, она смотрела, как я одеваюсь, подперев щеку одной рукой.
 
Я подтянул штаны. — Оно того стоит.
Ее улыбка подтвердила эти слова.
Я поцеловал ее в лоб. — Восемь часов, — напомнил я ей, направляясь через гостиную.
— Я буду готова, папочка! — крикнула она.
Нахмурившись, я распахнул дверь. — Господи, не называй меня так!
Я услышал, как она смеется, когда я вышел. Медленно спускаясь по лестнице, я старался вести себя спокойно.
Когда Ксандер услышал мои шаги на ступеньках, он оглянулся. Вероятно, ожидая увидеть Веронику, он сдвинул солнцезащитные очки на макушку и прищурился, глядя на меня. Когда до него дошло, что я выхожу из ее квартиры в одних трениках, он начал смеяться.
— Чувак, — сказал он, надевая солнцезащитные очки. — Я так и знал.
Не обращая на него внимания, я направился прямо к дому и открыл заднюю дверь.
— Дверь была открыта? — Ксандер последовал за мной на кухню.
— Ты что, не проверил?
— Нет. Я постучал, но ты не ответил, так что я просто решил, что она заперта и ты все еще в постели. — он усмехнулся, прислонившись спиной к стойке, и сделал глоток кофе. — И я ошибся только в одном из этих пунктов.
Я посмотрел на свой телефон, радуясь, что не пропустил ни звонков от детей, ни сообщений от Сансы.
— Я хочу подробностей.
— Очень жаль. — я включил Keurig и поместил капсулу в кофеварку.
— Ты хотя бы использовал презерватив, верно?
— Отвали.
— Так что я думаю о сосне для бара, который ты мне сделаешь, или, может быть, о дубе, как из старых бочек для виски.
Черт возьми.
— Да ладно, — насмехался он. — Ты должен мне что-то дать. Когда вы вчера вечером вышли из машины, вы даже не разговаривали.
— Мы хорошо провели время. — я налил немного миндального молока в свой кофе.
— Я удивлен, что она вообще тебя впустила, не говоря уже о том, чтобы остаться.
— Видимо, у меня больше ловкости, чем ты думал. — я взял свою чашку и вышел из кухни. — Пойду оденусь. Вернусь через минуту.
Поднявшись наверх, я надел джинсы и футболку. Расчесав пальцами волосы, я надел на голову кепку и спустился на кухню.
— Так это типа романтический отдых? — спросил Ксандер.
— Мы едем в квартиру ее придурковатого бывшего жениха, чтобы забрать ее одежду. По-твоему, это романтично?
— Нет, но когда эта часть закончится, почему бы не побродить по городу пару дней?
— У меня есть работа. Мы будем то там, то сям.
Ксандер ухмыльнулся. — Не сомневаюсь.
— Тук-тук. — Вероника вошла в кухню, выглядя свежо и красиво в джинсовых шортах и черном топе. Ее волосы были собраны в хвост, а губы были ярко-красными. На мгновение я представил, каково это — наблюдать, как они смыкаются вокруг моего члена. Оставят ли они след?
В этом было что-то такое, что мне нравилось.
— Доброе утро, солнышко. — Ксандер был полон радости. — Разве не прекрасный день?
— Да. — Она улыбнулась ему и мне, немного тоскливо. — Хотелось бы, чтобы нам не пришлось все время проводить в машине. Твой папа все время спрашивает меня, не каталась ли я еще на старом пароме, и мне каждый раз приходится отвечать "нет".
— Похоже, твой вредный босс должен давать тебе больше отгулов, — сказал Ксандер, бросив многозначительный взгляд в мою сторону.
Я закатил глаза и ополоснул кружку с кофе, поставив ее в посудомоечную машину. — Давайте загрузим этот стол, чтобы мы могли отправиться в путь.
Вероника была тише обычного во время четырехчасовой поездки в Согатак, где я доставил сделанный мною стол в дом, принадлежащий племяннику Гаса — Квентину и его мужу Пьеру. Они видели стол, который я сделал для Гаса и его жены прошлой зимой, когда приезжали в гости, и умоляли Гаса рассказать им, где он его нашел.
После того как мы принесли стол в их столовую, они спросили меня о дереве, и я рассказал им подробности о том, где я спас старые кедровые доски и как я их преобразил.