Единственный (СИ)

Я бессознательно посмотрела на женщину, не в состоянии скрыть своей глубокой обиды. Она никогда не говорила со мной так же вежливо, как с Мэгги. Уткнувшись в разделочную доску, я взяла шпинат из чаши, и стала нарезать овощ, игнорируя их разговор.
— Сынок, можешь пойти за ликером и напитками в магазин, — Нэнси позвала сына на кухню. Он улыбнулся, и посмотрев на нас, вышел из кухни.
Миссис Хартер что-то пробурчала себе под нос, и взяв телефон в руки, кивнув, направилась в гостиную, оставив нас с Мэгги в одиночестве.
— До сих пор не верю, что Брэндон решился на это, — радостно проговорила девушка, кладя перец под воду.
— Решился… на что? — с опасение в голосе спросила я. Меня начало лихорадить, но я сразу же взяла себя в руки.
— Познакомить нас с его мамой, — Мэгги мечтательно выдохнула. — Не вериться, что он пригласил меня.
— Мне кажется, вы достаточно близки, — я пожала плечами, чтобы выглядеть максимально отстранённой. Но если бы Мэгги не была слишком озабочена своей радостью — она была заметила, как неприятно мне было говорить об этом.
— Конечно, мы близки, — согласилась она. — Я знаю о нем больше, чем кто либо, — уверенно продолжила она, а мое бедное сердце начало кровоточить вновь от старой раны. — Но все равно этого недостаточно.
— Что ты имеешь в виду? — заинтересованно спросила я, опуская нож на столешницу. Любопытство распирало меня изнутри, несмотря на нежелание говорить о бывшем парне и его почти что новом семейном статусе.
— Ну, понимаешь, Кристина, — тихо ответила Мэгги, глядя по сторонам. — Брэндон… он одиночка. Не подпускает к себе слишком близко, — объяснила она.
— Понимаю, — честно ответила я, выдыхая.
— Не привязывается ни к кому, — продолжила девушка. — В самом начале, когда я только пришла к нему на работу, — говорила Мэгги, а я внимательно слушала каждое ее слово. — Я постоянно видела его с разными красотками. У него были недельные романы, когда он просто трахался, — осеклась она, скорчив гримасу, — Извини, за прямолинейность.
— Я все понимаю, — кивнула я, чувствуя, как воздуха в легких становится все меньше и меньше.
— Я не ревную его ни к кому из них, — сказала она, глядя вдаль и держась за серебряный кулон на шее. Словно пыталась доказать этой скорее самой себе, нежели мне. — Эти однодневки никогда не сравнятся со мной. В любом случае, нагуляется и придет ко мне. Я это точно знаю, — уверенно завершила коллега.
Монотонно нарезая салат, я пыталась унять боль от всех сказанных ею слов. Голос разума на подкорке сознания говорил мне о том, что это все еще тот самый застенчивый и добрый парень, который не мог стать таким, как описывала его коллега. Но в глубине души разрасталось скребущее чувство неверия.
Вдруг я тоже была просто очередной девицей в его постели?
— У него даже сейчас кто-то есть, — добавила она. — Я знаю.
— Вы… не вместе? — проигнорировав ее предыдущее умозаключение, робко спросила я.
— Пока нет, — смущенно ответила она, отчего мне стало немного легче. — Но мы идеально подходим друг другу, — медленно протянула девушка, выдыхая.
— Несомненно, — прочистив горло, пропищала я. — Надеюсь, у тебя все будет хорошо.
— Надеюсь, — она улыбнулась, открывая холодильник. — Когда-нибудь он выбросит ту девчонку из головы и откроет мне свое сердце.
Я вздрогнула, глядя в одну точку перед собой. Хорошо, что у меня не было в руках ножа, иначе я бы точно поранилась. Мурашки пробежали по телу.
— Какую девчонку? — надрывно спросила я.
— В юности он был сильно влюблен в какую-то девчонку, — брезгливо, пожимая плечами, ответила она. — В некую Сиси. Кажется, она училась с ним на первом курсе. Девчонка бросила его, вот он и замкнулся в себе.
Бессознательно дёрнувшись, я застыла, слушая разговор о самой себе. Мэгги не видела моего лица, располагаясь у мойки с овощами, а мне стало очень плохо.
— Он сам рассказал тебе о ней?
— Конечно нет, — запротестовала она, и ее лицо вытянулось. — При нем нельзя ни в коем случае поднимать эту тему. Я узнала об этом от нашего общего знакомого.
 
Сглотнув, я продолжила нарезать овощи, кладя их в большую прозрачную чашу. Нервно сглотнув, я попыталась сконцентрироваться на готовке, хотя мои мысли были совсем в другом месте.
— Только прошу тебя, не говори ему, — настойчиво попросила она. — Да и вообще не говори никому. Глупо, я рассказываю свои секреты журналистке, — издав смешок, добавила Мэгги.
— Я никому не скажу, — заверила ее я, кивая.
— Я тебе верю, — выдохнула девушка. — Наверное, эта стерва сейчас кусает локти.
— Почему ты так считаешь? — обиженно протянула я. Разумеется, Мэгги понятия не имела, что говорила сейчас обо мне и не было смысла предъявлять ей свои претензии. Когда и без того, она была абсолютна права.
— Ну кем он стал, — объяснила Мэгги, размахивая вилкой в воздухе. — Сама понимаешь, его статус, влияние, — воодушевленно перечисляла Мэгги. — Деньги, — хихикнула она.
— Может, ей были безразличны его деньги и статус? — вкрадчивым тоном, тихо протянула я, констатируя факты.
На кухню вернулся Брэндон, и Мэгги сразу же замолчала. Встав напротив меня, одноклассник поставил крафт-пакет на столешницу и посмотрел на меня.
— Мэгги, дорогая, пошли за мной, — игнорируя мое присутствие, Нэнси мягко взяла девушку за руку и повела за собой. — Покажу тебе дом. Кристина, ты же справишься?
Я сухо кивнула, приступив к нарезке капусты. Брэндон обошел столешницу и встав рядом со мной, взял кусочек салата с разделочной доски. От неожиданности, его близости и наглого вмешательства я сильно резанула острым ножом по указательному пальцу и мигом из него хлынула алая струйка крови. Зажмурившись, я всхлипнула и в ту же секунду Брэндон схватил меня за запястье, ведя за собой к крану.
— Милая, прости, пожалуйста, — досадливо прошептал он, держа мою ладонь над струей холодной воды. — Сильно болит?
— Нет… — солгав, еле связно протянула я.
Брэндон закрыл кран, и осторожно взяв мою ладонь, прижался губами к глубокой ране, пытаясь остановить кровь.
— Ты же говорил тогда, что это — бесполезная практика, — вздрогнув от прикосновения его губ к своей коже и иронии судьбы, повторила я. Он покачал головой, и открыв верхнюю полку, достал аптечку.
— Нужно обработать, — парень достал из сумки антисептик и брызнул на рану. Порез сразу же начал неприятно зудеть, и я ойкнула от боли.
Брэндон, заметив это, сразу наклонился и начал осторожно дуть на ранку, стараясь унять боль, наблюдая за моей реакцией. Он достал из аптечки бежевый пластырь, и отцепив ленту, прикрепил ее на мое раненное место. Наклонившись, он поцеловал мой палец, бережно опуская на мою ладонь свою.
— Зачем… — хрипло вытянула я, прикасаясь свободной рукой к щеке, которая неистово горела.
— Хм, — его мама, возникшая ниоткуда, громко прочистила горло, стоя позади нас. Брэндон посмотрел на родительницу, крепко держа мою ладонь в своей. Стало безумно неловко. — Пора садиться за стол, — закатив глаза, и качая головой, громко произнесла она.
Я вырвала свою ладонь из его, и опустив голову, подошла к столешнице за салатами. Через пять минут мы уже сидели за столом, правда моя душевная рана, в отличии от физической, не переставая кровоточила, напоминая о том, что я совершенно лишняя на этом семейном торжестве. Брэндон расположился в центре, а его мать и подруга по обе стороны, так что моя ненужность еще и красочно подчеркивалась положением за столом.
Вечер был посвящен успехам «Си энд Би», но, похоже, миссис Хартер волновала только тема личной жизни ее сына, и спустя очередную историю о новом продукте, она резко переключилась на расспросы о Мэгги. Брэндон равнодушно, с переменным успехом смотрел на них обеих, но неожиданно его фокус внимания сместился в мою персону. Правда зрительный контакт был быстро прерван очередным вопросом миссис Хартер.
— Чем занимаются твои родители? — спросила женщина, делая глоток сока.