Единственный (СИ)

— Мы хотели пригласить тебя на ужин, — воодушевленно протянула она таким тоном, будто сообщала о каком-то важном мероприятии. Присев на высоком стуле на кухне, я сглотнула, пытаясь унять нервную дрожь, россыпью прошедшую по позвоночнику. — Извини, что сообщила только сейчас. Не могла до тебя дозвониться.
— Прости, Мэгги, — взяв себя в руки, ответила я. — Я не могу. Я сейчас в Саннивейле у родителей, приеду только завтра вечером.
— Я знаю, — хихикнув, продолжила она. — Мы тоже в Пало-Альто. Заедем за тобой вечером, — шутливо протянула она, говоря об этом как о каком-то сюрпризе.
— Нет, я не приду, — отрезала я немного грубо, а затем выдохнула, поняв, что позволила себе лишнего. — Извини, у меня правда много дел.
— Мы решили в последний момент, я знаю, — растерянно протянула она, требуя от меня незамедлительного ответа. Черт возьми, меньше всего на свете, сейчас мне хотелось ужинать в некомфортной для меня компании. — Но ужин в тесном, семейном кругу. Ты могла бы добавить это в статью. Прости, что лезу в твою работу.
— Подожди, о чем ты? — нервно спросила я, а мое сердце забилось еще сильнее.
— Мы будем ужинать у его мамы, — даже по телефону были хорошо различимы довольные нотки в ее речи. — Это она нас пригласила.
Убрав телефон в сторону, я выдохнула, потирая виски.
— Извини, дорогая, — с трудом протянула я. — Никак не могу, — и я положила трубку.
Протерев глаза, я опустила голову, несколько секунд размышляя о разговоре с Маргарет. Налив себе воды, я собиралась вернуться в патио к семье, как вдруг меня остановила мама.
— Кто тебе звонил? — настороженно спросила она.
— Коллега по работе, — отмахнулась я. Мама покачала головой, но ничего больше не сказала.
Мы вернулись в дом, когда начало вечереть: папа отправился в свой кабинет, а мы с мамой и Терезой разместились на кухне, чтобы выпить чаю с мелиссой. Мама хотела поехать со мной в Лос-Анджелес, но так как она купила билеты на рейс заранее, а я приехала сюда за день — наши пути разминулись. Алекс уже покинул кухню, и разместившись в гостиной, смотрел кино. Вдруг к нам в дом позвонили. Предчувствие чего-то нехорошего прошлось по телу глухим ударом. Тереза подошла к двери и посмотрев в глазок, удивленно повела плечами.
— Там какая-то женщина, — протянула она, и получив разрешение мамы, дернула за ручку.
— Мэгги?! — я встала со стула, не веря своим глазам. — Что ты здесь делаешь?
— Прости детка, Брэндон настоял на том, чтобы мы забрали тебя, — виновато переминаясь с ноги на ногу, девушка улыбнулась, здороваясь с Терезой и моей мамой.
Алекс подскочил с дивана и развернувшись, посмотрел на девушку.
— Сынок, иди к себе, — заботливо попросила я. Кивнув, мальчик поздоровался с Мэгги и поднялся к себе на второй этаж.
Какого черта?
— Мэгги, я ужасно устала, — лениво протянула я, чувствуя, как теряю терпение. Послышался нервный укор со стороны Терезы, и я отчетливо расслышала из ее уст: «Какая бестактность».
— Дорогая, входи в дом, — вежливым жестом предложила моя мама, улыбаясь и приглашая девушку к нам. Коллега сразу же отрицательно головой, отказываясь.
— Извините, но меня ждут в машине, — тактично ответила она, глядя на меня просящими глазами. — Кристина…
— Ладно, я иду, — мама обернулась, бросая на меня удивленный взгляд. — Мам, звони мне, если что-то понадобится.
Мэгги широко улыбнулась, и закатив глаза, когда девушка вышла из дома, я последовала за ней. Мое сердце забилось снова, стоило увидеть его машину у ворот. Заметив меня, он обернулся на секунду, окидывая меня мимолетным взглядом, а затем снова посмотрел вдаль. Брэндон сидел в машине: одна его рука покоилась на руле, а другая была опущена, и в целом его образ был столь напыщенным и дерзким, что хотелось вытащить его из машины и дать пощечину. И не раз.
Мэгги сразу же села рядом с ним, а я, забыв поздороваться, разместилась на заднем сиденье.
— Здравствуй, Кристина, — заявил он таким тоном, будто напоминал мне о моем промахе и бестактности.
Пошел ты к черту, мерзавец.
 
— Здравствуй, — ответила я четко.
Боже, я даже не подумала о том, что вышла из дома в простом платье, без макияжа и украшений. Собственно, мне было уже все равно.
— Как ты поживаешь? — нарочито заботливо произнес он, когда мы выехали на трассу. В его вопросе не было ничего плохого лишь на первый взгляд, когда рядом была Мэгги. Но мне была хорошо знакома эта надменная манера разговора, которой было пропитано каждое его слово.
— Спасибо, все хорошо, — тихо прошептала я.
Мы вышли из машины, когда подъехали к его дому. На пороге у ворот меня сразу же будто ударило током: вихрь воспоминаний прошелся перед глазами — с этим домом было связано много счастливых моментов в моей жизни. Правда сейчас, этот дом стал совсем другим.
Брэндон нажал на кнопку сигнализации на брелоке ключей, и посмотрев на меня, направился к дому, приглашая нас с Мэгги за собой. Девушка весь путь без умолку трещала о том, как давно мечтала познакомиться с мамой Брэндона, и мне от этих разговоров стало безумно тоскливо.
Просто я всегда считала, что когда-нибудь обязательно выйду за него замуж. Что мы будем растить наших детей вместе, и этот дом — станет и моим домом тоже. Сглотнув, я выдохнула, отгоняя подальше неприятно волнующие меня мысли и ступила по дорожке к воротам.
— Брэндон, Маргарет, — Нэнси Хартер искренне улыбнулась, заметив их на пороге и приобняв, поцеловала обоих. — Как долго я вас ждала, — проговорила она, а затем заметив меня, на миг оцепенела.
Улыбка сошла с ее уст на секунду, но она сразу же кивнула, исправив неловкость ситуации.
— Мам, Кристина тоже будет ужинать с нами, — громко произнес Брэндон, и я даже вздрогнула от того, как повелительно прозвучали его слова. Он даже не попытался изобразить при Мэгги того, что мы с его мамой незнакомы. Я слышала много раз, как властно и безоговорочно он говорил с сотрудниками, но сейчас…
— Здравствуй, дочка, — женщина улыбнулась и сделав шаг вперед, крепко обняла меня, сжимая в своих объятиях. — У тебя все хорошо? — тихо спросила она, глядя мне в глаза. Я кивнула, и Нэнси сразу же приобняв меня, пригласила войти в дом, вслед за ее сыном и его коллегой.
Несмотря на это, я все равно чувствовала себя чужой. Иронично, но этот дом, который в юности мне был роднее своего собственного — теперь же стал совершенно безликим и посторонним.
— Мэгги, Кристина, — позвала Нэнси, — Мне нужна ваша помощь, — сообщила она.
Здесь был проделан колоссальный ремонт, подобный его дому в Пало-Альто, правда было меньше света. И, парадоксально, стало менее уютно. Расположение комнат, разумеется, сохранилось в привычном для них месте. Несмотря на их финансовое положение, его мать не изменилась: Нэнси не держала дома прислугу, и все так же продолжала работать в клинике, как и прежде.
Я направилась вслед за Мэгги и мамой Брэндона, в сторону кухни. Здесь каждый уголок напоминал мне о прошлом и это было невыносимо.
— Моя смена закончилась позднее, чем я предполагала, — объяснила она, выкладывая овощи на столешницу. — Поможете с салатами?
— Разумеется, — радужно ответила Мэгги, даже не скрывая того, что всячески пыталась понравиться женщине.
И что я делала здесь, если у них происходило официальное знакомство с его девушкой?
Я все сильнее ощущала себя белой вороной в их теплой компании.
— Я так удивилась, когда узнала, что Кристина и Брэндон учились вместе, — сказала она, обращаясь к Нэнси. Они уже на протяжении пяти минут говорили обо всем на свете, словно позабыли о моем существовании. Нэнси бросила на меня короткий взгляд, а затем снова посмотрела на Мэгги. — И мы сейчас работаем все вместе, — продолжила она, и лицо миссис Хартер незамедлительно вытянулось. — Кристина пишет статью про Брэндона, о его жизни, — говорила она. — Для номера. Поэтому мы решили поужинать сегодня вместе, — подытожила девушка.
— Я рада, — кивнула женщина. — И, кстати, обращайся ко мне по имени и на «ты», дорогая, — погладив ее по плечу, сказала она.