Механика света (СИ)

- Скажите честно, Эльдар Иванович… Вы именно для этого навестили в Ольховене виллу господина шведского посланника? Снять подозрения?
- Да. - Барятин сообразил: надеяться, что его молчание чуть раньше обманет собеседника, было несколько… опрометчиво.
- Сами навестили? Один?
- Конечно. С кем бы еще? Это ведь вы убрали из столицы всех моих людей? – но так и не получив ответа – ни отрицательного, ни тем более положительного, закончил: - Интересно, зачем?
- Чтобы вы глупостей не наделали, разумеется, - пожал тот плечами. – И не влезли, ненароком в мои планы на манер слона в посудной лавке. – И вдруг опять глянул прямо в глаза – остро и пристально: - Знаете, князь, я думал, что вы от своей летаргии очнетесь гораздо раньше. А вы все никак да никак. Знал бы, что именно вас разбудит… Вернее, кто…
- Ну вот я и влез в итоге, - быстро ушел тот от темы. – И вовсе даже не слоном в лавке, а ложкой к обеду. Так где благодарности?
- Если они вам так нужны, - ни на секунду не обманулся собеседник этим маневром, но проявлять настойчивость не стал, - могу организовать их хоть в письменном виде. Вот только, боюсь, этой вашей ложки, даже вкупе с личными показаниями доктора, если он их даст…
- Даст.
- Угу. Так вот, даже это этого не хватит по настоящему крепко прижать продавшихся шведам господ в правительстве. Чтобы и вякнуть не посмели, пока им не скажут «голос». И тянули руки выше всех, выступая за самые жесткие меры. Нет ли у вас, часом, еще чего-нибудь к этому обеду? Вилки, скажем?
- Есть. Только не у меня, а на дне Обводного канала. – Эльдар ногтем постучал по толстой пачке исписанных листов на столе. - Помните же?
- На дне, говорите? А ведь не зря мне, видно, мысль про флотского знакомца пришла. Вот и еще один повод к нему заглянуть – узнать, на что годятся их тамошние водолазы. Надеюсь, вы не против навестить его как можно скорее, раз уж обстоятельства у нас с вами так складываются?
- Можно и навестить, - без размышлений согласился Барятин, - договаривайтесь о времени, Иван Антонович. Буду готов, когда скажете. Хоть завтра.
 Глава тридцать седьмая 
- И? – в упор глянула я на Эльдара, едва он закончил рассказывать. – Когда у вас эта встреча?
- Завтра прямо с утра, - тот чуть ли не отмахнулся от вопроса, словно это было совсем неважно. Или было важно, чтобы я как раз так и думала?
В общем, меня это лишь еще больше насторожило:
- Тебе сказали, с кем? Кто именно там будет?
- Нет, - менять тон он не собирался, - подозреваю, Дробышев хочет так отомстить мне за мою таинственность. Явно излишнюю, по его мнению.
- Смотрю, ты ему здорово доверяешь? – решилась я спросить напрямую, закончив с кружением вокруг да около.
- Сейчас – скорее да, - Барятин отодвинул в сторону мой локон, щекотавший ему лицо, и старательно почесал кончик носа. - Хотя и осталось после нашего общения некое чувство, будто мной слегка поиграли – словно сытая кошка мышкой. Потеребили, куснули и выплюнули. Все-таки не дотягивает наш с ним сегодняшний разговор до уровня обычных Дробышевских многоходовок.
- Эльдар! – не выдержала я.
И тот, наконец, посерьезнел:
- Я знаю этого человека очень давно, - ответили мне после паузы. – Не думаю, что за год он успел измениться настолько, чтобы пренебречь главным своим правилом.
- Каким?
- Не делать лишних движений. – И тут же пояснил, не дожидаясь новых вопросов: - Ему нет смысла придумывать сейчас что-то против меня. Я и без того уже был вне игры. Втягивать же некоего князя Барятина в нее обратно, чтобы потом подставить и снова выпихнуть – слишком затейливо. И абсолютно не нужно. Меня достаточно было просто игнорировать, этого бы вполне хватило.
- А не сводить с будущими единомышленниками, - кивнула я, признавая, что он прав. И тут же спросила о другом: – То знамя, что ты ему предложил… Я правильно понимаю, что это Анна и ее ребенок?
- Правильно, - и не подумал тот отнекиваться.
- То есть карта, что вы собираетесь «грамотно разыгрывать» - это их жизни?
 
- Нет, Лиза. Это их будущее. Ну и наше заодно уж. Всех нас. Или предлагаешь сделать из законного наследника престола сына посудомойки и на том успокоиться? А что, зато живы будут?
Ответила я не сразу:
- Ты можешь гарантировать, что…
- Нет! – перебил он меня. – Не могу. И никто сейчас никому никаких гарантий не даст, особенно в таком деле. Но я могу тебе гарантировать, что если Константин вырастет и узнает, кем должен был стать, но не стал, спасибо он своим защитникам точно не скажет.
- В любом случае, - упрямо сжала я губы, - решать это не тебе и не мне. И уж, конечно, не твоему хитромудрому Дробышеву с его таинственными знакомыми.  Решать это – Анне!
- Да, - кивнул Эльдар, не отводя взгляд. – И она это решила.
После чего встал, небрежно накинул халат на плечо и ушел в кабинет, оставив меня гадать, что бы это значило? Но гадать, к счастью, не слишком долго.
- Вот, - вернулся он через минуту, протягивая мне то самое, уже виденное, свидетельство о браке. – Вот ее решение. Она оставила мне его, велев распорядиться так, как сочту нужным для блага ее сына.
- Ну, вообще-то, мог и просто сказать, не вскакивая и никуда не бегая, - похлопала я по кровати, приглашая его вернуться. И когда Эльдар присел рядом, обняла сзади, прижавшись носом к стриженому затылку.  – Я бы поверила тебе и без подобных драматических жестов.
- С ними нагляднее, - легко перехватил он меня и одной рукой перетащил к себе на колени.
- Возможно. Но раз уж у вашей светлости все, считай, решено и расписано, значит, пойдем на эту встречу вместе.
- Лиза!
- А теперь-то чего? Обвинения с меня сняли, из списков к розыску вычеркнули… и спасибо тебе за это еще раз… - потерлась я носом о его щеку, меня же взамен погладили по спине, впрочем, ничуть не смягчившись:
- А теперь того, что я не понимаю, зачем? К чему этот риск, Лиза?
- Ну, насчет риска мы уже давно все обсудили, а насчет зачем… Поверь, причины есть. И очень весомые.
- И? – приподнял он мой подбородок, заставив посмотреть прямо в глаза. – Объяснишь? Или тоже хочешь присоединиться к нашей с Дробышевым игре в таинственность?
- Нет, не хочу. Хочу я другого – помочь искать тот прибор, что выбросил в канал Гольтынин. Не нравится мне вся эта возня вокруг него, но не могу понять чем. Надо разобраться, что именно и почему там не сходится. Интуиция у меня зря не просыпается, и уж тем более не начинает так орать.
- Надо, - и не подумал тот спорить. - Разобраться надо, особенно если интуиция. Вопрос в другом – в помощи. Как ты собираешься это делать? Прыгать в канал наперегонки с водолазами?
- Нет. Я – не собираюсь. Но есть ведь и другие варианты.
- Уви! – внезапно догадался Эльдар.
- Да. Он может оказаться не просто полезным, а незаменимым. Я даже знаю, чем именно.
- То есть переубедить тебя не получится?
- И не пытайся. Если уж новой мясорубки не избежать, в этот раз я бы предпочла оказаться среди тех, кто ее вертит, а не тех, кто в ней вертится.
- Меха-аник…
- А меня, князь, неизменно радует ваша способность удивляться очевидному.
- Туше, - поднял он руки. – Ладно, в качестве компенсации за свое… э-э… неизменное удивление, пойду совершу подвиг – попробую втиснуть вас, госпожа Зарвицкая, в список приглашенных к завтрашней беседе.
 Глава тридцать седьмая 2 
Порт, по которому мы с Эльдаром сейчас шли, оказался одним из немногих мест столицы, не изменившихся за последний год почти совсем. И да, мне было с чем сравнить – в свое время я дважды бывала в Галерной гавани, хоть она и считалась районом закрытым, полностью принадлежавшим министерству военных морских и воздушных сил. Первый раз я попала сюда еще с гимназическим классом – наши тамошние наставницы вообще любили устраивать различные познавательные экскурсии, на первый взгляд совершенно неподходящие молодым девицам. Вот и тогда подругам запомнилось лишь повышенное внимание морских офицеров к нашей юной черно-белой стайке в форменных платьях с крахмальными воротничками, а вот мне, конечно, совсем иное. Но так ведь и я – не они. «Меха-аник», - как многозначительно протянул бы Барятин.