И одной любви достаточно (СИ)

— Хех, чужих людей не люблю, но чужих люблю, а чужие любят людей.
Так, стоп. Хватит паясничать. Ничего сверхъестественного не произошло. Обычный ужин в довольно-таки милой семье. Ну, на первый взгляд. Я просто бесплатно поем домашнюю еду, немного поговорю и уйду. Всё. Ничего страшного, верно? Ладно, пора выходить, а то ещё подумают, что я решил вскрыть себе вены в их ванной. Или это только у меня такие мысли?
— У вас какое полотенце для рук, а какое для лица? — спросил я, выходя, и едва не врезался в Машу, которая стояла чуть ли не у самой двери. Хорошо, что внутренний диалог был самым, что ни на есть внутренним, а то словил бы сейчас на себе косые взгляды.
— Зелёное для лица, синее для рук, — выпалила Маша.
— Спасибо. А ты что тут стоишь? — поинтересовался я.
— Как что? Тебя жду, — как всегда быстро и с улыбкой на лице сказала девушка.
— Эм, а зачем? — совершенно потеряв связь с реальностью спросил я.
— Ахаха, ну ты смешной. Как зачем? Не тебе одному руки нужно мыть, — уже совсем заливаясь смехом трезвонила Маша.
— А, ну да, — смущённо ответил я, уже вытирая руки. — Прошу, уборная свободна.
— Ох, это так любезно с Вашей стороны, — всё смеясь говорила Маша. Она всегда такая? Если да… То это отлично. Нет, серьёзно. Я рад, что кто-то ещё способен находить и видеть пустяки, чтобы просто смеяться и радоваться жизни. Я же прошёл на типичную кухню, площадью квадратов этак семь.
— Присаживайтесь вот сюда пожалуйста, — сказала Наталья, указывая на один из двух стульев, однако я не успел смутиться. — Маша, принеси из своей комнаты кресло.
— Кресло? — спросил я, — Оно наверняка тяжёлое. Давайте помогу.
— Ох, не стоит, Маша и сама справиться. Это ведь обычное офисное кресло.
— Да мне не трудно, — сказал я и пошёл с кухни. Мне действительно было не трудно. Лучше уж что-то поделать, чем сидеть наедине с незнакомой женщиной на кухне.
— Ты что-то говорила, мам? — спросила девушка почему-то нервным голосом, только выйдя из ванной.
— Показывай свою комнату, — уже более живым голосом произнёс я.
— Зачем? — в упор не понимала девушка.
— Как зачем? Будешь показывать полку с достижениями. Твоя мама говорит, что есть чем гордиться, — иронично говорил я, решив пойти в наступление. В конце концов, не она одна может шутить.
— Что? Да я… Я поняла, — сказала она, сощурив глаза. — Разыгрываешь меня?
— Браво Холмс, Бэйкер-стрит и весь Лондон может Вами гордиться, — с нескрываемой улыбкой произнёс я. — Кресло надо принести, а я вот вызвался помочь.
— О как. Ну ладно, пойдём, — проговорила Маша, махнув рукой, едва не попав по моей. На убранство комнаты я специально не смотрел. В конце концов, это комната девушки, а я тут не пойми кто. Взяв обычное недорогое офисное кресло, я отнёс его на кухню. Всё прошло без происшествий. На редкость сегодняшнего вечера. За маленьким квадратным столом я устроился напротив Натальи и по левую руку от Маши. Разложив всем по добротной порции плова, Наталья села сама и начала разговор:
— Ну-с, рассказывайте. Что случилось?
— Знаете, я не самый лучший рассказчик, так что будет лучше, если Вам всё расскажет ваша дочь.
— Маш?
— А, да, конечно мамочка. День прошёл хорошо, в школе без изменений, в художественной школе работа над проектом идёт полным ходом. Через несколько занятий скорее всего закончу. Не терпится тебе показать.
— А после художки? — спросила Наталья, ведь очевидно, что к подобным новостям она привыкла.
— А, ну я побежала домой. Днём был дождь, дорога вся скользкая, и получилось так, что я поскользнулась, упала, подвернула ногу. Но Ваня мне помог подняться, отнёс меня на руках до поликлиники, там с боем прорвался через охрану, очередь и внёс меня к дежурному врачу. После он подождал меня, чтобы убедиться, что со мной всё в порядке, и проводил до дома. Вот в принципе всё.
Моё лицо покраснело, глаза были, что называется навыкате. Нёс на руках?! Но успокоился почти моментально, как мне кажется даже не успев выдать первоначального замешательства.
 
— Ха, неплохая сказка у тебя получилась. Фантазии тебе не унимать. Будешь потом нашей Роулинг, будешь писать детские книги. Здесь додумала, там преувеличила, тут с нуля придумал и вуаля. Обычная ситуация превращается в сказку. Молодцом!
— И как много здесь «сказочного», Иван…? — поинтересовалась Наталья.
— Евгеньевич. Но не нужно обращаться ко мне по отчеству, не дорос ещё. А в рассказе процентов этак 70 прямиком из головы Марии, но никак не из реальности.
— Но Вы всё-таки ей помогли. Это здорово. Хоть травма и оказалась несущественной, Вы оказали моей дочери помощь. В современном жестоком и холодном мире дорого стоит найти таких людей.
— Кхм, хорошо, что Вы меня не знаете. Я не лучше других, скорее даже наоборот.
— Не любите, когда Вас нахваливают? Хорошая черта. Я работаю юристом в частной конторе, так что…
— Эм, я как-то не собирался в суд, — уже с потерянной уверенностью произнёс я.
— И всё же. Бесплатные консультации и различного рода помощь в правовых вопросах никогда не бывает лишней. Долг уважающего себя адвоката помогать прежде всего хорошим людям, коим Вы являетесь. Хоть и не хотите себе признаться в этом, — подытожила Наталья.
— Да, наверное, Вы правы. Хотелось бы верить, но вериться… — ужин уже закончился, и я понял, что следует поблагодарить хозяйку за гостеприимство и уходить. — Спасибо большое, плов оказался просто замечательным. Теперь можно и идти.
Спокойно одевшись и обувшись, я считал, что уже свободен, однако не тут-то было.
— Вот, возьмите мою визитку, — сказала Наталья, — на всякий случай. И я тут ещё кое-что у Вас не спросила за ужином. Почему вы обнимались?
Обращение было не ко мне, а именно к нам, ко мне с Машей. Я уж было обрадовался, что мама сие чада забыла про данный момент, но разве от мам ускользают какие-нибудь моменты, связанные с их детьми? Сглотнув слюну, я решил, что будет лучше, если я и в этот раз обязанность повествования передам Маше:
— А, ну об этом с радостью расскажет Ваша дочь, — подытожил я весь вечер.
— Эм, ну да как же, — сначала слегка обиделась Маша, очевидно из-за того, что не увидит меня краснеющего и сгорающего от стыда, — конечно, мамочка!
— Ещё раз спасибо большое за гостеприимство, — сказал, закрыв данную главу в своей жизни. Мама с дочкой попрощались, и я пошёл домой.
В человеке всё должно быть в балансе. Даже его эмоциональное самочувствие. Именно поэтому я часто слушаю хард-рок с экстрим-вокалом. Во мне не хватает эмоций и чувств, которые я черпаю в тяжёлых песнях. Но сейчас я и без того получил эмоциональную встряску. Поэтому мой выбор остановился на лёгких и спокойных треках одного исландского коллектива. Чувства успокаиваются, вновь легко и свободно дышится, хочется думать о прекрасном, и что все мы заслуживаем чего-то хорошего. Счастья. Но своё счастье я связываю либо с любовью, либо с властью, славой и деньгами. Но и на том и на другом пути судьба поворачивается ко мне одним местом. Казалось бы, нельзя опускать руки, нужно верить, надеется, делать. Но, как я уже говорил, я — типичный ходячий труп 21 века. Мои надежды так часто рушились, что я и вовсе перестал надеяться. «Надеюсь, пока дышу». Слова вроде Цицерона, или же другого, менее известного римлянина. Не суть. Но надеждой ничего не изменить, нужно делать. А для действия нужна вера и надежда в успех действий. Вот и получился замкнутый круг.
— Что-то ты долго, — вместо приветствия сказал давний друг, а ныне ещё и сосед по квартире.
— С девушкой на свидание ходил, — попытался отшутиться я.
 
— Что, правда? Круто! Ну и как она? — продолжал трещать Миша, не поняв плоскую шутку. — Хороша, по-любому. У тебя вкус хороший, да и губа не дура, чтобы вестись на каждую встречную.
— Ага, прям огонь. Всё на месте. 90-60-90, даже ещё лучше, блондинка с длинными волосами, да ещё и моделью работает. Конфетка просто!
— Э, слишком ты загнул. А я ведь сначала поверил, — разочарованно произнёс друг. — А если серьёзно, где был?