Больше, чем друзья (СИ)
Дверь минивэна резко отъезжает. Чудом не выпавшая из машины Лина осматривает меня с головы до ног и брезгливо кривится.
— О-о, Ма-аш-ша, — тянет манерно. — А ты еще с нами? Я думала, свинтила с теми иностранцами.
— Нет, я с вами, — говорю, выдавая подобие улыбки.
— Яс-сно, — цокает она и закрывает дверь.
Лине я не нравлюсь, что, наверное, естественно. Она долго готовилась к этой поездке, занималась организацией и полагала, что у нее все под контролем. А тут я — для нее непонятно кто. Свалилась, как снег на голову и раздражаю. Костя носится со мной, как с самой дорогой гостьей. Забил на собственный праздник и примчал встречать, потом весь вечер обхаживал. Мы с ним даже танцевали перед тем, как спуститься к бассейну. За три минуты медляка Лина чуть дыру во мне не прожгла.
Она тоже не вызывает у меня симпатии. Тем не менее я честно пыталась наладить с ней контакт. Подходила и заговаривала, пробуя найти общие темы или поболтать на отвлеченные. Каждый раз Лина странно менялась в лице, односложно и нехотя отвечала и переключалась на разговор с кем-то другим. А после того как мы с Костей потанцевали, попросту не захотела разговаривать. Я что-то спросила — она развернулась и ушла.
В конце концов я плюнула. Не хочет нормально общаться — не надо. Я не обязана стелиться перед ней. Тут в бар как раз ввалилась шумная компашка австралийцев, и я переключилась.
Костя возвращается довольно быстро. В его руках запотевшая бутылка, на лице крайняя степень раздражения. Еще бы! Господин Баринов исполняет прихоти пьяной девицы. Это же уму непостижимо! Но шутки шутками, а после этого поступка я для себя делаю вывод, что Каролиной он дорожит.
— Коть, мой чемодан, — напоминаю о себе.
— Иди садись в джип, мы с тобой едем на нем, — командует он и сует мне в руку брелок.
Не понимая, что происходит, я заторможенно моргаю. Ведь планировалось, что джип останется здесь до завтра. Костя тем временем отдает Лине бутылку и объявляет остальным, что мы с ним едем отдельно.
— Но ты только что пил, Костик, — напоминает благоразумная Оля.
— И что? Я не угашенный, доеду, — отмахивается он. — Оставлять прокатную тачку в этой дыре опасно.
— Ехать нетрезвым более опасно, Костян, — подключается Андрей. — Можно на проблемы нарваться. Ты не дома, не забывай.
— Да нормально все будет, не ссыте! Мы поедем ровненько за вами.
— Это что за приколы, кис? Тебе нельзя за руль! Ты последний час вискарь глушил как не в себя, — вставляет свои пять копеек Каролина.
Костя продолжительно выдыхает, делает резкий вдох и вдруг как рявкнет на нее:
— Тебя забыл спросить, что мне делать! Чего раскудахталась? Хотела шампанское — так пей. Молча, блядь!
Лина вздрагивает, втягивает голову в плечи и поджимает от обиды губы. Несмотря на взаимную антипатию, мне становится ее жалко. Хочется выговорить Косте. Так грубить девушке и унижать ее при друзьях — непозволительно. Но я сделаю это позже, иначе мы все переругаемся. Если Баринов психанул, ему нужно дать время остыть. Прекрасно помню, как у него в гневе тормоза отказывают.
Сдавленно кашлянув, сжимаю пальцами брелок и предлагаю:
— Я могу сесть за руль джипа. Водить умею, права есть.
В начале вечера я пригубила бокал шампанского, потом пила только воду и сок. За шесть часов от двух глотков алкоголя и следа не осталось. Я чувствую себя бодрой и уверена, что справлюсь.
— Отлично! Пусть она сама едет, Кость, — реагирует Лина. — А ты давай с нами! Иди ко мне, ну же… Будем на последнем ряду целоваться!
Она хватает Костю за руку и тянет в минивэн. Улыбается и ластится как ни в чем не бывало. А я бы на ее месте пощечину ему влепила. Не смогла бы проглотить подобное унижение.
Остальные тоже принимаются уговаривать, и Баринов частично поддается, но на своих условиях.
— Маша сядет за руль, но я поеду с ней. Не обсуждается.
Он решительно закрывает дверь и направляется к джипу. Я иду следом и слышу, как за спиной шуршат колеса отъезжающего минивэна.
Костя подходит к водительской двери, дергает ручку.
— Куда это ты собрался? — выгибаю брови и не спешу открывать центральный замок. — Поведу я. Не обсуждается, — повторяю в точности его тоном. — Марш на пассажирское!
— Оу! Полегче, малая. Мы еще не поехали, а тебя уже заносит на поворотах, — усмехается он. — Я забыл, что у них тут руль справа. Все через жопу, как в твоей Кенгурятии.
— Так, Баринов, — упираю руки в боки. — Будешь говнить — поедешь на такси. Я грубиянов не вожу!
Тон предупреждения шутливый, но я не шучу. Ненавижу, когда мужики напиваются и хамят. Мой папа выпивал редко, но метко — по пьяни всегда агрессировал. У меня триггер с детства.
— Узнаю свою Маху, — улыбается Костя. — Капюшон кобры так и носишь с собой?
— Обычно нет, но специально для тебя прихватила, — показываю ему язык.
Костя хохочет. Мое настроение тоже меняется кардинально.
Устроившись за рулем, я вспоминаю азы. Включаю зажигание, настраиваю зеркала и с ужасом осознаю, как сильно погорячилась, предложив себя на роль водителя. Стажа у меня по факту ноль, а тут еще коробка передач механическая.
— Давно не ездила на механике. Напомни, как тут все устроено, — прошу немного хрипло от волнения.
— Зашибись водила у меня! — смеется Костя, пристегиваясь. — Чувствую, повеселимся мы в дороге!
* * *[1] Косос — одно из сленговых названий кокаина.
Глава 6
Маша
— Не кажется ли тебе, Машенька, что что-то не так? Может, пора переключить скорость? — подсказывает Костя таким тоном, словно мне четыре, и я рисую солнышко синим фломастером.
— Думаешь надо? Так хорошо едем, не медленно, не быстро, — отзываюсь бодро, стараясь не выдать нервный мандраж.
Перед тем как выехать на дорогу мы немного потренировались на парковке у бара, но мне это не очень помогло. Внутреннее напряжение колоссальное. Я держусь за руль как за спасательный круг и молюсь, чтобы не пришлось никого обгонять.
— У нас движок ревет и тахометр шкалит. Четвертая давно просится. Переключайся, Маш! — настаивает Баринов.
Я ждала от него обидных подколок, но он к моей неопытности отнесся с пониманием. Кратко объяснил теорию и показал, как переключать передачи, направляя мою руку своей. Это было лишним. Я отвлекалась на двусмыленный по ощущениям телесный контакт и половину информации пропустила мимо ушей.
— Четвертая включается вниз, как вторая? А первая и третья — вверх, верно? — уточняю на всякий случай. Мне будет спокойнее, если Костя подтвердит.
— С логикой порядок — уже хорошо, — усмехается он, и я чувствую себя тупицей. — Все верно, Машуль. Первая, третья и пятая передача находятся вверху.
— Пятая? — округляю впяленные в дорогу глаза. — А-а, ну да… Есть и такая.
Продолжаю феерично позориться. Но что поделать, если на механике до этого я ездила всего пару раз. Когда призналась в этом Косте, он сказал, что я смышленая и справлюсь. Мне это ух как польстило! Смелости сразу прибавилось. Жаль только ненадолго.
Оторвав от сиденья на нервах взмокшую спину, прижимаюсь грудью к рулю и хватаюсь за ручку переключателя.
— Сцепление выжми, — вовремя напоминает Баринов.
Черт. Я про эту педаль совсем забыла. Нажимаю, переключаю, отпускаю…
Джип дергается, двигатель взвывает еще громче.
— Ой, мамочки! Что-то не так, Коть! — пугаюсь до полусмерти.
Машина едет рывками, я не знаю, что делать. Тормозить? Давить на газ? Переставляю ногу с одной педали на другую.
— Ты включила вторую вместо четвертой, — почти спокойно комментирует Костя. — Не суетись, сейчас исправим. Выжимай сцепление и держи, пока не скажу…
Слушаюсь без вопросов. Он наклоняется и сам переключает скорость, а потом кладет руку чуть выше моего колена и сжимает пальцами дрожащее от напряжения бедро.
— … Тсс… Теперь плавненько отпускай и добавляй газу другой ножкой. Еще… Смелее… — Перекладывает руку на другую коленку и давит. — Вот так… Умница! А теперь опять сцепление…