Ключи от вселенной (СИ)

Вот только Егор был уверен, что его не оставят в покое, бандиты не поверили, что у него больше ничего нет, и попробуют проследить. Хотя, смысл его выпускать? Взгляд главаря, брошенный на подручного при последней фразе, был слишком красноречивым, он выдал их планы с головой. Они так привыкли быть хозяевами, привыкли творить в своих владениях, что хочется. Решили не отступать от правила и поспрашивать залётного золотого гуся с пристрастием. Рука Раевского скользнула под полу куртки и сомкнулась на рукоять поглотителя душ, сталь покинула ножны, но ещё не пущена вход. Егор не хотел начинать первым.
— Заварушка, — обрадовался Хим. — Пригнись!
Егор резко присел, и над его макушкой пронёся кулак.
  
Глава 21
 
Глава 21
Раевский ждал чего-то подобного, поэтому его действия были чётко выверены. Удар левым локтем назад и вверх, крепыш был высоковат, поэтому получил не в живот, а в пах. Среагировать он не успел, поскольку был уверен, что не промахнется и свалит низушника с первого замаха. Не сказать, что удар Егора получился сильным, но поскольку пришёлся по батарейкам, его вполне хватило.
— Сука, — выдохнул Норк и, постанывая, схватившись за причиндалы, принялся их баюкать.
Горт, который так и остался в комнате, подпирая спиной железную дверь, как-то резко махнул рукой, и в его ладонь из рукава выпала дубинка, небольшая, на кистень похожая, череп проломить сложно, а вот вырубить или ошеломить — запросто. Он рванулся навстречу к Егору. Комнатка была небольшая, квадратов восемь, два шага, замах, он бил сбоку, от плеча, метя в левый висок. Егор сделал шаг, подняв левую руку, блокируя удар, а правой всадил клинок в брюхо Горта, после чего резко развернулся и ударил снизу вверх Норка, который вроде как пришёл в себя и собирался его схватить своими лапищами, но не успел, поглотитель вошёл под ребра и достал до сердца. В этот момент закричал бандит с двустволкой, он пытался стряхнуть что-то повисшее у него на правой руке, а на пол текла кровь. Раздался хруст, перешедший в вой, и оторванная по локоть рука, всё ещё сжимающая цевье обреза, упала на пол, который тут же окрасился кровью. Попало и на Хима, который стал виден. Старший вскочил из-за стола и вытащил откуда-то пистолет, большой, массивный, он смотрел только на облитого кровью химерика.
— Что это? — с ужасом выкрикнул он, пытаясь взвести курок, как на старом ТТ, но руки его дрожали, ствол гулял, палец соскользнул с курка дважды.
— Химера, — просветил бандита Раевский и метнул кинжал.
Тот вошёл в самый центр груди. Большой чёрный обшарпанный пистолет с грохотом выпал из его ослабевших пальцев на стол, а сам главарь рухнул на стул, на котором сидел до этого. Тот жалобно скрипнул, но выдержал. Его лицо уже покрылось чёрной паутиной, а рукоять поглотителя слабо светилась.
— Кто ты? — умирая, прохрипел он.
— Странник. А ведь я не собирался вас трогать, вы сами так решили. Хим, добей своего, можешь сожрать, мне наплевать, только быстро, нам нужно убираться отсюда.
— Спасибо, друг, — в воздухе возникла здоровенная крыса с длинными хвостом, которая запрыгнула на грудь отключившегося от потери крови и боли бандита, хвост захлестнул толстую бычью шею, а затем раздался хруст сломанных позвонков.
— Давай в химеру, крысой ты этого кабана неделю жрать будешь.
Прошло секунд десять, и вот рядом с единственным трупом стоит здоровенный созданный магией зверь. Егор осмотрелся. От остальных бандитов остались только кучки чёрного пепла или тлена, хрен знает, что после поглощение души остается. Егор зашарил взглядом по комнате, и ведь нашёл требуемое — веник обнаружился прямо за шкафом. Егор вытряхнул тлен из одежды бандитов и разметал его по полу, чтобы тот, кто это увидит, ни хрена не догадался, что это всё, что осталось от их товарищей. За спиной чавкал Хим, он отрывал крупные куски, и в два присеста сжирал их. Егор же быстро обшарил стол, заглянул в коробку с трудиками и забрал оставшуюся тысячу. Нашёл он и кольца, что втравили его в неприятности, их главарь смахнул в широкий выдвижной ящик стола. Оружие бандитов Егор забирать не стал, только с помощью кинжала испортил так, что восстановлению оно не подлежало. Спрятав одежду и обувь убитых в шкаф, он бросил взгляд на уже прилично объеденный труп. Эх, надо было его все же тоже развоплотить, но его друг хотел есть, а кроме этого хряка тут жрать нечего, рыбой здоровенную химеру не прокормить. Так что, один из подонков, которые решили играть не честно, вполне для этого годился.
 
Теперь надо было решить, как выходить, через главный вход можно, но глупо. Егор подошёл к двери, в которой имелся примитивный глазок, обычная щель с заслонкой. Сдвинув её, он обвёл глазами торговый зал чёрного рынка. Люди были, что-то покупали, считая торговцев, человек тридцать. Многовато свидетелей. Раевский огляделся, никакой другой двери не было, хотя… Он подошёл к шкафу и открыл его, тот был привинчен к стене, хрен сдвинешь, но не могли же бандиты не устроить себе чёрный ход. И как ни странно, он его нашёл, за стенкой шкафа обнаружился метровый пролом, который закрывала идентичная фанерка. Каскад сдвинул её в сторону и пролез в соседнюю комнату, шкаф был почти пуст, так, какие-то шмотки, пахнущие сыростью, на вешалках. Егор прислушался, тихо, ни голосов, ни движения, ничего. Он приоткрыл дверь и выглянул наружу. Что ж, что-то типа такого он и ожидал, темнота, ни черта не видно, хоть глаз выколи. Вернувшись в комнату, он взял со стола лист бумаги, плотно его свернул, и полез обратно. Выбравшись наружу, он запалил листок и, подняв нал головой, огляделся. Небольшое пыльное помещение с дверью, ведущей хрен знает куда. Выключатель тоже нашёлся, и вскоре комнатку, размером с кухню в хрущёвке, залил тусклый свет. Три шкафа, какая-то поломанная мебель, мусор и грязь. Сразу видно, никто сюда не заглядывал, и очень давно. Егор посмотрел на ключ, висящий на стене возле двери, и усмехнулся. А что, логично, вылез, прикрыл за собой лаз, вышел за дверь и пошёл, насвистывая, прочь. Можно было зуб дать, что выход вёл на другую улицу.
— Хим, слушай, вот ты сейчас станешь крысой снова, куда еда, которую ты сожрал, денется?
— А я не знаю, — озадачился химерик, не прекращая обгладывать бедренную кость. — Знаю только, что вес останется прежним, и голода я чувствовать не буду.
— Закончил? — спросил Раевский.
— Да, спасибо, что разрешил. Знаю, что это создаст нам неудобства, лучше развоплотить…
— Нормально всё. Эх, жаль только мы заселились в эту ночлежку, нам бы уровень покинуть, пока народу дофига, а то ведь найдут этих уродов скоро, шухер будет знатный. Ладно, давай обратно в крысу, пора сваливать.
Через пару минут обе стенки шкафа снова стояли на своих местах, а Хим стал крысой, которая отлично поместилась в старую поношенную сумку, найденную во владениях бандитов. Так что через три минуты в жилой блок, ещё пустующий, вышел мужчина в латаной одежде, запер дверь комнаты, которая никогда не открывалась, сунул ключ в карман и скользнул за дверь ведущую на не слишком людную улицу, по которой отправился прочь от рынка. Через минуту он затерялся людском потоке.
— Как прошло? — спросила Лина, закрывая за ним дверь.
— Как ожидалось — зря мы все это затеяли. Трое бандитов тленом ушли, ещё одного сожрал Хим.
Химерик, который выбрался из сумки и устроившийся на столе, довольно пискнул.
— В смысле сожрал? — не поняла девушка.
— В прямом. Костяк да требуха кое-какая осталась. Тут кроликов нет, а кормить его нужно, тем более, как выяснилось, его маскировка требует много энергии. Не жалей, дрянные были людишки, главное, чтобы на нас не вышли. Но я тихо ушёл, сомневаюсь, что шухер будет, хотя я бы предпочел свалить на следующий ярус, а то и на два. Но если мы сейчас с вещами дёру дадим, то этот амбал, что у дверей торчит, точно что-то заподозрит. Так что, завтра утром вместе со всеми покинем уровень.