Ключи от вселенной (СИ)

— Мне тут не нравится, — поморщившись, сообщила Лина.
— Да уж, ни хрена не «Риц» и не вила на море, — согласился с девушкой Раевский. — Ночлежка, но нам выбирать не из чего. Кто бы знал, как я хочу курить, но нельзя, тут не курят.
Он толкнул дверь и вошёл внутрь. Здесь было светлее и пахло не так плохо. Никакой стойки регистрации, просто за столом сидел здоровенный мужик, который наверняка был не только портье, но и вышибалой.
— Чего надо? — громко поинтересовался он, смерив посетителей взглядом.
— Комната на двоих, одна ночь, — потребовал Егор.
— Два трудика с каждого, кормежки нет, ищите, где пожрать, сами.
— Годится, — согласился Раевский, доставая карточки и выкладывая на стол требуемую сумму.
— Документы.
Изучив их ксивы, здоровяк кивнул сам себе и вопросительно посмотрел на них, словно пытался убедиться, что это они. Хотя, как он это собирался сделать, непонятно, фотки в карточках отсутствовали. Вообще, единственная защита подлинности — печать.
Вернув документы, он записал их данные в журнал и выложил на стол ключ.
— Третья дверь слева, душевая и туалет в самом конце коридора.
Егор подхватил рюкзак и направился в указанном направлении. Ключ в замке провернулся со скрипом. Ну что сказать? Одно слово — ночлежка. Пара скрипучих кроватей, вытертые одеяла, тонкие матрасы, почти плоские подушки, скорее всего, набитые каким-то тряпьем, стол, стул, шкаф. Всё старое и разваливающееся.
— Ну, почему нам не попадаются приличные миры? — обречённо вздохнула Лина, зайдя в комнату.
— Судьба у странников такая, — закрывая дверь и кидая рюкзак на кровать, отозвался Егор. — Хим, можешь проявиться.
Лина вздрогнула от неожиданности, химерик в образе здоровенной крысы возник прямо на единственном стуле.
— Как поступим? — спросила девушка, устало рухнув на жалобно скрипнувшую пружинами кровать.
— Поступим просто, — доставая из кармана мешочек с сильно разбодяженным золотом и высыпая его на стол, ответил Егор. — Ты останешься здесь, слишком привлекаешь к себе внимание, приглядишь за нашими вещами, а мы с Химом посетим местный чёрный рынок. — Егор с трудом, но вытащил из рюкзака свёрнутый плащ. — Это мне поможет лицо скрыть. Не нужно, чтобы знали, кто продаёт золото, и если и срисовали, то не сразу.
— А мужик в плаще не привлечёт внимания? — рассеялась Заноза. — Не вздумай такую глупость сделать, тут таких отродясь не видели. А вот человек в латаной-перелатанной одежде — свой. Только лицо бы тебе прикрыть. — Она порылась в своём рюкзаке и вытащила чёрную кепку, которую ей вручили в нагрузку к костюму, та слегка пообтерлась да и испачкалась, пока они бегали по деловому центру.
Егор подумал, после чего вытащил из рюкзака тот самый невесомый шарф со свалки, и быстро соорудил себе примитивную арафатку.
— Тема, — согласилась Лина. — Потом сразу её снимешь вместе с кепкой, и всё, был странный мужик, скрывающий лицо, и нет его, есть работяга с нижних. Вот только одежда… Уж больно твой шмот перелатанный, здесь таких оборванцев мало.
Егор отобрал цепочку, колечко и подвеску, самое дерьмовое из всей кучки, дешёвка нереальная, но даже если немного трудиков выручит, и то хорошо. Остальное выглядело куда пристойней. Лина в своём мешочке порылась и добавила к обменному фонду ещё два колечка из такого же фуфла самоварного.
Егор сунул шарф и кепку в карман и вышел за дверь. Хим снова применил мимикрию и выскользнул следом.
— Есть хочу, — подал голос химерик. — Очень уж тяжело держать эту маскировку постоянно.
— Ну и где я тебе тут еды возьму? — осознав проблему, мысленно поинтересовался Егор, проходя мимо здоровяка. — На охоту тебя не отправить, мясо тут жутко дорогое, разве что рыбы тебе накупить, но это же сколько её тебе нужно?
— Давай, ты меня отпустишь, я поищу какого-нибудь негодяя и съем его?
— А как ты отличишь негодяя? Да и объеденный труп в тёмном тупике нам несильно нужен. Охранка местная никакая, но два и два они, возможно, сумеют сложить. Давай так, если образуется тело, и никто не увидит ничего, то он твой.
 
— Договорились, Странник, — отозвался Хим.
До чёрного рынка от ночлежки было далеко, он находился на противоположенной стороне башни, так что, путь занял минут пятнадцать, и всё потому, что Егор несколько раз забредал не туда.
Наконец, они добрались, и Егор дважды саданул в железную дверь, в которой тут же открылось окошко. Несколько секунд с той стороны смотрели на его замотанную шарфом морду, после чего засов всё же лязгнул, и их с Химом пустили внутрь. Народу было немного, до конца рабочего дня ещё часа полтора, но кое-что Раевского обрадовало, он был не единственным, кто скрывал лицо, большинство торговцев и покупателей делали примерно так же.
Пройдя по кругу все девять занятых лотков, Егор обречённо вздохнул. Да уж, настоящий постап, драная одежда, рыба, хреновая обувь, какие-то мелочи. Но торгаши Раевского не интересовали, это были такие же люди, которые просто зарабатывали на жизнь и миллионов не сколотили, его интересовал сидящий в уголке мужик в куртке из странной серой кожи и с татуировкой игральной карты на щеке. Он явно представлял тут «администрацию». К нему Егор и направился.
— Чего надо, низушник? — точно определив место Егора, лениво поинтересовался бандит.
— Товар есть, дорогой и редкий. Бабка моя померла и кое-что оставила. — Он разжал кулак, продемонстрировав колечко, самое дешевое, за такое в ломбарде на Земле дали бы чуть больше тысячи.
— Интересно, — ответил бандит. — Иди за мной.
Он тронулся в глубину рынка, где света было так мало, что дверь, к которой они двигались, Егор разглядел только чуть ли не вплотную. Бандит отстучал условный сигнал, и уже через пять секунд она открылась.
— Че? — поинтересовалась звероподобная рожа с такой же картой на щеке.
— У низушника жёлтый товар, так себе качество, но всё же чего-то стоит.
— Заходи, — приказал звероподобный, уступая дорогу Раевскому и его сопровождающему, который остался у двери.
В комнате было ещё двое, у одного в руках обрез, обычная старая двустволка-горизонталка. Дверь с лязгом закрылась, но Егор не спешил дёргаться, если надо, он всех положит.
— Хим, — мысленно позвал он спутника, — давай к тому с ружьём. Будь рядом. Дёрнется, кусай его за руку, только пока не убивай.
— А может, убьём их всех, они явно плохие.
— Если не будет выхода, убьём, но пока нет.
— Ну что, низушник, — произнёс старший, который сидел за столом, вперив взгляд в Егора, — Горт сказал, у тебя есть жёлтый товар.
Егор кивнул.
— Есть, и если в цене сойдёмся, колечко ваше.
— Покажи, — попросил старший.
Раевский выложил на стол оба колечка. Взгляды троицы прикипели к цацкам.
— Так себе золото, сильно бодяжное, — наконец, выдал звероподобный, осмотрев рыжьё, попробовав на зуб и взвесив его в руке.
— Не спорю, — легко согласился Раевский, — но оно чего-то стоит.
— Дам двести трудиков за каждое, — выдал старший, немного помолчав.
Цена была неплохой, месячный заработок рыбака — семьдесят трудодней, пять месяцев работы Пикора.
— Накинь ещё сотню, и мы договорились.
— Пятьдесят, — немного подумав, отозвался старший.
— Семьдесят, — уже из принципа продолжил торг Егор, соответствуя виду нуждающегося человека, хотя это можно было только по его костюму определить.
— Шестьдесят, — улыбнулся старший.
— Годится, — согласился Егор.
Бандит извлёк из железной коробки пачку трудиков и принялся считать, стопка вышла внушительная. Поскольку максимальный номинал был пять, но пятёрок было мало, в основном тройки и однушки.
— Они довольны сделкой, — заявил Хим, — я чувствую их эмоции.
— Меня тоже устроило, — ответил Раевский, — уйдём тихо.
— Ещё есть? — спросил старший, подвинув Раевскому четыре толстые пачки трудиков.
Егор покачал головой.
— Нет, кончилось наследство.
— Ну, нет, так нет, — ответил главный. — Норк, проводи.