Время для Шерлока Холмса

Холмс в бешенстве бросил газету на пол, подошёл к окну и начал вглядываться в поблёскивавшие на солнце голубые воды канала, которые простирались за полями, колыхавшимися на ветру.
— Казалось бы, Уотсон, — заговорил Холмс недовольным тоном, — премьер-министра Британии усиленно охраняют и соответствующие должностные лица всегда в курсе, что с ней и как она. — После паузы он пробормотал: — Однако в этом деле присутствуют некоторые детали, которые меня интригуют.
Я тем временем отбросил в сторону книгу, поднял газету с пола и пробежал статью глазами, с интересом взглянув на фотографию премьер-министра, сделанную несколькими годами ранее, когда её партия впервые пришла к власти. С газетной страницы на меня смотрела седовласая немолодая дама со смуглой кожей и тонким решительным лицом — женщина, обладавшая железной волей и таким же острым умом, как у самого Шерлока Холмса. Забавно, что по возрасту она годилась мне в праправнучки. По странной иронии судьбы, снимок был сделан в том самом кабинете на Даунинг-стрит, дом десять, где сегодня утром премьер-министра обнаружили убитой.
Газету внезапно вырвали у меня из рук. Я с некоторым раздражением поднял голову и увидел, что Холмс смотрит на фотографию словно зачарованный. Он повернулся к маленькому столику подле окна, выдвинул ящик и принялся рыться там. Найдя в итоге то, что искал, — маленькое увеличительное стекло, — Холмс с его помощью стал внимательно изучать газетный снимок.
— Как необычно. Наводит на размышления! — воскликнул он. — Уотсон, меня мучает нехорошее предчувствие. Придётся немедленно отправиться в Лондон!
— В Лондон? — переспросил я в изумлении. — Холмс, да вы не были в Лондоне пятьдесят с лишним лет. Что за причина сейчас подвигнет нас туда поехать?
— Если сейчас я озвучу свои подозрения, вы решите, что я сошёл с ума, — ответил он мрачно.
Если бы не давнишнее настойчивое желание Холмса обрубить все связи с внешним миром, у нас был бы в доме телевизор или хотя бы радиоприёмник и новости из Лондона долетали бы побыстрее. По той же причине, несмотря на необъяснимую безотлагательность нашей поездки в Лондон, пришлось сесть на поезд, а не на самолёт. Однако, когда вечером того же дня мы прибыли в огромный шумный мегаполис, я обнаружил, что Холмс вовсе не был отрезан от мира все эти годы, как я полагал. С вокзала мы на такси доехали до громадного блестящего белого здания, в котором теперь размещалась столичная полиция. Центральное управление лишь недавно перевели в это здание, у которого пока что не было имени. Лондонские остряки уже окрестили его «Новейшим Скотленд-Ярдом». Мне сразу стало ясно, что Холмс в достаточной мере знаком с его внутренним устройством и направляется в какое-то конкретное место. Вскоре мы оказались в небольшом кабинете, где стоял большой письменный стол. За ним сидел очень грузный человек, которого я тотчас узнал.
Он тяжело поднялся со стула и протянул огромную ладонь, воскликнув радостно:
— Шерлок! После стольких лет! Но я знал, что в этом деле полно запутанных и шокирующих деталей, столь любимых тобой в прошлом, и в результате ты, возможно, прервёшь своё деревенское уединение.
— Да, Майкрофт, — рассмеялся Шерлок Холмс (человеком в кабинете был не кто иной, как старший брат Холмса), — ты прав, как всегда. — Он обратился ко мне: — Уотсон, помните, я говорил, что Майкрофт один из трёх людей, кому я открыл секрет своего вина? Кроме того, я давным-давно рассказывал о важной роли, которую мой дорогой брат на протяжении долгого времени играл за кулисами британской политики.
Я кивнул. Майкрофт Холмс всегда отказывался от высоких постов, которые могли бы привлечь к нему общественное внимание. Тем не менее, несмотря на отсутствие официального титула, Майкрофт был ключевой фигурой в политике и деятельности государства. Я, разумеется, понимаю, что, обладая преимуществом в виде эликсира молодости, открытого младшим братом, Майкрофт, должно быть, за годы упрочил свои позиции и усилил влияние в правительстве. Благодаря рассказам Шерлока Холмса о старшем брате я уже давно уважал интеллект и влиятельность Майкрофта, однако шанс встретиться лично выпадал лишь пару раз, и всегда оказывалось, что как человек он мне не интересен. Какое отношение он имеет к нынешнему делу, убийству премьер-министра, я даже представить не мог. Шерлок Холмс быстро прояснил этот вопрос:
 
— Майкрофт некоторое время работал в тесном сотрудничестве со специальным отделом лондонской полиции, который занимался обеспечением безопасности премьер-министра. Вследствие этого назначения он и получил офис в данном здании. Вы понимаете, надеюсь, почему именно Майкрофт может рассказать нам о деталях этого дела лучше всех.
Пока брат говорил, Майкрофт снова уселся. Он тяжело вздохнул и сказал:
— Боюсь, известно не многое.
Он коротко описал дело — его рассказ лишь в небольших деталях отличался от статьи, вышедшей сегодня утром в «Дейли миррор» в Хэвишеме, — и подытожил:
— Должен признаться, я в тупике.
— Что же, совсем никаких гипотез? — спросил Шерлок Холмс самым невинным тоном, какой только можно представить.
Майкрофта эти слова определённо задели:
— Боже правый, Шерлок! Разумеется, у меня есть гипотеза! Но гипотеза эта столь дикая и шокирующая, что я не решаюсь её озвучивать кому бы то ни было, несмотря на мой старый принцип, к которому я давно уговаривал тебя прислушаться: когда после исключения всех абсолютно невероятных гипотез остаётся только одна, необходимо её принять, сколь бы маловероятной она ни казалась.
— Ах да, — коротко бросил Холмс, — твой принцип. Полагаю, что с момента обнаружения тела ковёр в кабинете вытоптали своими ножищами множество полицейских.
Майкрофт кивнул:
— Но я был первым на месте преступления.
— Похвальная предусмотрительность и энергичность для такого нерасторопного человека, мой дорогой Майкрофт. Ты нашёл две параллельные борозды?
— Да! — радостно воскликнул Майкрофт. — На ковре подле стола.
— Около четырёх футов в ширину и пяти в длину.
— Примерно, — Майкрофт выглядел довольным. — Так ты думаешь, гипотеза в конце концов вероятна, Шерлок?
— Ну да. А что с третьей книгой слева на четвёртой снизу полке в книжном шкафу за столом?
Майкрофт стукнул ладонью по столу:
— Боже, я забыл взглянуть! Шерлок, порой я подозреваю, что это твоё вино, хоть и сохраняет тело столь чудесным образом, позволяет мозгу дряхлеть. Как я мог забыть о такой детали, как книга?!
— Ничего страшного, Майкрофт, — ласково сказал Шерлок Холмс. — Возможно, ты и бессмертен, но остаёшься человеком, а следовательно, ты не совершенен. Нельзя ли организовать для нас с Уотсоном осмотр места преступления?
Разумеется, Майкрофт тут же откликнулся на просьбу и всё уладил, быстро созвонившись с кем-то из подчинённых, дежуривших в резиденции премьер-министра. Вскоре мы с Холмсом уже сидели в такси по пути на Даунинг-стрит. Холмс попыхивал трубкой и смотрел в окно на сильно изменившиеся улицы Лондона, а я тем временем размышлял, какое влияние окажет убийство на город и на всю страну, столицей которой он является. История не была добра к Англии в те десятилетия, что я жил в уединении в Суссексе, и убийство миссис Чалмерс стало последним в череде множества жестоких ударов.
— Это настоящая трагедия, — вздохнул я.
— Трагедия? — Холмс отвернулся от окна. — Вряд ли, Уотсон. Я впервые в жизни заметил деталь, которую упустил Майкрофт. Нет, — продолжил он с самодовольным видом, снова глядя в окно, — это триумф, которого я жаждал с детства!
  
Глава четвёртая БЫСТРЕЕ СКОРОСТИ ЗВУКА
 
Мы прошли, не встретив возражений со стороны полицейских, охранявших десятый дом по Даунинг-стрит. Очевидно, звонок Майкрофта их начальнику сделал своё дело. Я снова поразился влиятельности этого человека. Мы проследовали по длинному коридору к приёмной перед кабинетом, где произошло убийство. Я зачарованно уставился на запертые двери, а Холмс тем временем внимательно изучал коридор, не упуская ни одной мелочи.