Загадочная подсказка

Обдумывая следующие слова, я устремила взгляд на витрину со стеклянной крышкой. Там стояли самые разнообразные предметы – фарфоровые статуэтки, небольшие фигурки, вырезанные из камня или дерева, и среди них коллекция шелковых вееров, расписанных вручную. Поняв, что слишком долго молчу, я подняла взгляд.
Кэм выпрямился во весь рост, его поза была жесткой, как складки драпировки на плотных шторах.
– Извините, – молвил он, глядя в окно над витриной. – Это моя проблема, не ваша.
– Верно, но можно попробовать обсудить несколько вариантов поведения. Не вижу ничего ужасного в небольшом притворстве, если оно позволит вам предстать перед полицией в лучшем виде.
Кэм покачал головой.
– Не переживайте за меня. Мне нужно сосредоточиться на поиске других возможных подозреваемых, вот и все. Вы уже предоставили мне имена нескольких человек, у которых имелись мотивы. Теперь надо провести еще кое-какие исследования и продумать, как именно они могли осуществить убийство Эшли.
Я прижала указательный палец к стеклу витрины, понимая, что упустила возможность дать Кэму мудрый совет.
– Давайте сменим тему. Мне любопытно узнать, ваша семья много путешествовала? Подозреваю, большинство этих предметов были приобретены во время поездок по всему миру.
Кэм прищурился.
– Отец часто бывал в разъездах. В основном по делам. И как я уже говорил, он был коллекционером.
Я разглядывала рождественский вертеп, который выглядел так, словно был вырезан вручную в немецком Шварцвальде.
– Наверное, поездки были не только интересными, но и познавательными. Я всегда хотела посмотреть мир, но это дорогое удовольствие.
– Не знаю, – пожал плечами Кэм. – Отец никогда не брал меня с собой. – Он подошел к старинному глобусу, стоявшему на деревянной подставке, и какое-то время смотрел на него, а затем снова заговорил: – Видимо, я не очень хорошо переносил поездки.
Я прошла через комнату и остановилась в нескольких шагах от него.
– Полагаю, по словам вашего отца.
– Да. На самом деле не помню, чтобы мы с ним куда-нибудь ездили, так что, видимо, я был совсем мал, когда он сделал такой вывод. – Кэм провел пальцами по текстурированной поверхности шара.
Я покачала головой. Да, путешествие с маленьким ребенком дело не самое легкое, но я сомневалась, что Кэм был настолько невыносимым.
– Очень жаль.
Кэм ударил по глобусу, заставив его закружиться.
– Неважно. Несмотря на то, что мне удавалось путешествовать лишь с помощью чтения книг и просмотра документальных фильмов, я многое узнал о других нациях и культурах.
– У вас есть деловые интересы в других странах?
Кэм поднял голову.
– Не совсем. Отцу принадлежало несколько курортных объектов за границей, но я при первой же возможности избавился от них. Продал со скидкой людям из местных общин. – Он едва заметно улыбнулся. – Мне никогда не хотелось продолжать колониальную авантюру. Вероятно, именно благодаря книгам и документальным фильмам мне претит такого рода бизнес.
– Правильное решение, – одобрила я, получив еще одну слабую улыбку.
– Но хватит о моем ничем не примечательном детстве, – заявил Кэм. – Я бы предпочел обсудить новую теорию об убийстве Эшли.
– Какую именно?
– Что она могла помешать ограблению. – Кэм засунул руки в карманы бежевых брюк из твила. – Помните пропавший подсвечник? Всего лишь серебряная пластина поверх железной, но выглядел он дороже. Вот я и думаю, может, это вор проник на торжество, решил ограбить библиотеку, где его и обнаружила Эшли? Грабитель мог ударить ее, когда она пригрозила закричать, а затем убежать.
– Но почему Эшли оказалась именно там? – Надо признать, теория была вполне логичной, вот только не ясно, почему жертва оказалась в этой конкретной комнате. Сдается мне, библиотеки не были естественной средой обитания Эшли Аллен.
Кэм повернул голову и уставился на литографию древних руин, висевшую над глобусом.
– Точно не знаю. Возможно, она условилась встретиться здесь с кем-то. До меня дошли слухи, что во время приема ее искал какой-то молодой человек.
 
– Его случайно звали не Тристан? Я нашла его фото в ее старых постах в социальных сетях. Кажется, он музыкант.
Я не видела лицо Кэма, но заметила, как он вздрогнул.
– Не исключено. Я правда не знаю.
– Эшли никогда не обсуждала с вами бывших? – Я сомневалась в таком варианте, однако, возможно, Эшли пыталась что-то рассказывать, но Кэм резко пресекал ее попытки. Я вполне могла представить себе такое развитие событий. А вот в то, что Эшли не болтала о прошлых отношениях, верилось с трудом.
– Нет, никогда. – Кэм снова повернулся ко мне лицом. – Впрочем, это неважно. Эшли по какой-то причине оказалась в библиотеке, и полагаю, она стала свидетелем ограбления. Такая версия возникла главным образом из-за того, что, проверяя дом после убийства, я обнаружил пропажу других вещей.
– Надо полагать, вы поделились этим с полицией?
– Конечно. И признался, что во время торжества была отключена система сигнализации. Они ругали меня за это, но Наоми умоляла отключить эту штуку. Я думал, все будет в порядке. Она знала большинство участников мероприятия и сверяла имена всех приходящих со списком гостей.
– Но кому-то все равно удалось проскользнуть.
– К сожалению. – Кэм вынул руки из карманов и сцепил пальцы на животе. – Я ошибся, решив так надолго выключить систему. Естественно, как только мероприятие закончилось и все разошлись, я снова включил сигнализацию, но, полагаю, было уже слишком поздно.
Я прикусила внутреннюю сторону щеки, сдерживая слова, готовые сорваться с губ. Если Кэм снова включил сигнализацию, то получается, после ухода с вечеринки он все же покидал спальню. Во всяком случае, на какое-то время. Этот факт заставил меня усомниться, стоит ли говорить что-то еще о семье Алленов или таинственном Тристане.
Я была рада помочь Кэму получить информацию в рамках работы. «Вернее, – нахмурившись, подумала я, – использовать эту необходимость как способ сохранить работу». Но что, если человек, находившийся со мной в комнате, – судя по всему, гениальный молодой человек – просто дурачил меня?
Возможно, не было никакой необходимости искать убийцу. Не исключено, что он стоял прямо передо мной.
  
Глава 19
 
– В общем, такова моя последняя версия. – Кэм взмахнул руками, очевидно, не обращая внимания на мое волнение.
– Такая же логичная, как и любая другая. – Я сменила тон, чтобы не выдать подозрения. – Но не пора ли мне приступить к работе? Полагаю, я смогу снова найти музыкальную комнату. А вот чердак – совсем другое дело. Буду рада, если вы покажете дорогу на случай, если мне действительно понадобится достать материалы или поработать там сегодня.
– Конечно. – Кэм резко повернулся и направился к выходу из комнаты.
Я схватила сумку и последовала за ним, стараясь отметить как можно больше окружающих нас деталей. Я знала, чем скорее перестану блуждать и смогу ориентироваться в похожих на лабиринты коридорах дома, тем спокойнее буду себя чувствовать.
Мы остановились у узкой двери недалеко от библиотеки. Взглянув в конец коридора, я заметила желтую предупредительную ленту, которой было огорожено место убийства.
– Детективы закончили здесь, в Эйркрофте? – спросила я, когда Кэм достал из кармана ключ.
– Они обещали закончить к концу дня и заверили, что к понедельнику мы сможем пользоваться библиотекой. – Кэм протянул мне ключ. – Вот, держите, я сделал копию, чтобы вы в любой момент могли попасть на чердак. Но, пожалуйста, если не переносите вещи или не работаете, всегда запирайте дверь.
– Спасибо. – Я убрала ключ в карман. – Но я, наверное, сначала проверю, что меня ждет в музыкальной комнате. Надеюсь, на чердаке есть отопление и электричество.
Кэм высокомерно хмыкнул.
– Естественно. Вряд ли я стал бы хранить ценные материалы в помещении, где нет соответствующих условий. Собственно говоря, именно по этой причине я держу остальные книжные коллекции в хранилищах с климат-контролем.