Королева Теней. Пенталогия (СИ)

Двое мужчин стояли посреди коридора. Одинаково высокие, но черноволосый смуглый Дункан, одетый в белое, в плечах был чуть ли не в два раза шире Дарры, тонкого и удивительно бледного в своей черной мантии. Невероятный контраст. Прекрасный и смертельно опасный. Лучано чувствовал, как в воздухе висит грозовое напряжение, и вот‑вот ударит молния.
Однако Дункан покачал головой, глядя на Дарру с явным сочувствием. А потом сказал так ласково, словно обращался к ребенку:
‑ Нет, мой мальчик.
Лучано с немым восторгом оценил изящество этого ответа. А грандсиньор Дарра понял все безупречно верно, потому что его изумительно красивое лицо исказилось болезненной гримасой, но тут же снова вернулось к спокойному совершенству. А потом Дарра отступил на шаг, почтительно поклонился, как младший ‑ старшему, и сказал с безупречной бесстрастной четкостью:
‑ Благодарю за правду, милорд. Мы ведь можем… остаться друзьями?
Он не уточнил, с кем, и Лучано снова восхитился взаимопониманием этих двоих, словно читающих мысли друг друга.
‑ Мы будем рады, – отозвался разумник.
Дарра быстро и резко кивнул. Должно быть, даже его изумительное хладнокровие дало трещину, потому что он отвернулся и торопливо ушел по коридору. Лучано проводил взглядом идеально ровную спину юного грандсиньора и глянул на дверь палаты. Синьора Элоиза как раз выходила оттуда, и они с Дунканом обменялись короткими уважительными поклонами, а потом разумник вошел внутрь.
***
‑ Ну, Ревенгар! Рассказывай! ‑ жадно потребовал Саймон, как только Лучано вышел из палаты.
С сожалением глянул на опустевшую коробку и придвинул к себе еще одну. Вытащил сразу три конфеты в блестящих обертках, одну щедро протянул Айлин, вторую – Дарре, а третью, мгновенно развернув, сунул в рот и подался вперед, глядя на Айлин горящими от любопытства глазами.
Ей вдруг стало так легко и весело! Все‑таки некоторые вещи никогда не меняются!
‑ Что рассказывать? ‑ спросила она, невольно улыбаясь, и поспешно поджала ноги еще выше ‑ Саймон так и подпрыгнул на кровати от негодования.
‑ Как ‑ что?! Все! У тебя были такие приключения, а мы ничего не знаем! Ну же, рассказывай, как это было ‑ странствовать без отряда? Сражаться с демонами? Закрыть Разлом в Запределье?
Он смотрел так завороженно, что у Айлин защемило сердце. Ну, она же понимала, что Саймон обязательно об этом спросит ‑ и вот он спросил, а она совсем не знает, что ему ответить! Да и что рассказывать? Ведь не про утопившуюся в колодце крестьянку? И не про старуху с тремя мальчишками, которые то ли смогли добраться до земель Вальдеронов, то ли нет? И уж конечно не про мэтра Денвера! И не про того торговца, который хотел обмануть Аластора, и которому друг разнес лавку, хотя слушать про это было бы действительно смешно… если не думать, что в это самое время Лу умирал от лихорадки в лесной сторожке!
‑ Страшно, – наконец ответила она. ‑ Ты был на том холме, правда? Значит, считай, что все видел сам. Это было страшно, правда… А еще холодно, грязно и иногда противно. И больно тоже бывало.
Взгляд Дарры, сочувственный и понимающий, Айлин почувствовала всей кожей, а восторженное ожидание на лице Саймона сменилось разочарованием.
‑ Так нечестно! У тебя были приключения, а ты рассказываешь только… вот это! Прямо как Саграсс… А, ты же его не знаешь. Ну, неважно… Подумать только, я все пропустил! А мог бы отправиться с тобой и помочь! Или биться за Академию вместе со всеми, а не как…
Он с отвращением взглянул на собственную забинтованную ногу и скривился, а вот Айлин показалось, что она ослышалась. И как‑то по‑новому вдруг увиделась эта повязка, которая Саймону ничуть не мешала, но все же…
‑ Биться… за Академию? ‑ переспросила она тихо‑тихо. ‑ А зачем… за нее было биться? И с кем?
‑ Саймон, ты неосторожен, –укоризненно бросил Дарра. ‑ Милорд Бреннан, кажется, упоминал, что милую Айлин нельзя тревожить, а ты… К сожалению, случилось так, – пояснил он, переведя взгляд на Айлин, – что большое количество порталов открылось в Академии. К счастью, младшие курсы были отправлены в город, как и те из взрослых магов, кто не мог за себя постоять, и отбить атаку демонов удалось.
 
‑ Большое количество порталов? В Академии? ‑ переспросила Айлин, не слыша собственного голоса.
Перед ее глазами снова встала мертвая деревня, живой мальчик, повисший на сапоге Аластора, и мертвый ‑ стоявший у забора и одними глазами моливший о милосердии. И другие: согнутый работой седой старик, молоденькая девушка с толстой косой, даже младше самой Айлин, симпатичный парень, чем‑то похожий на Саймона, наверняка весельчак и любимец девушек ‑ такие разные, безнадежно мертвые, мертвые, мертвые… Благие Боги, за что это Академии? Правда, здесь оставались маги, но все‑таки…
‑ Сколько… сколько погибло? ‑ прошептала она.
‑ Милая Айлин, – осторожно начал Дарра, но Айлин перебила его так громко и яростно, что эхо ее голоса испуганно заметалось по комнате:
‑ Сколько погибло, Дарра?!
‑ Четверо преподавателей, – тихо ответил Аранвен. ‑ Трое служащих. Девятнадцать адептов… Сразу и в первые два дня в лазарете. И еще несколько человек в течение недели от ран…
‑ Двадцать шесть человек… – прошептала Айлин, пытаясь осознать эту чудовищную в своей простоте мысль.
Конечно, в той деревне погибло куда больше ‑ но ведь это были совсем другие, незнакомые ей люди! Что же она за чудовище! Но все‑таки… двадцать шесть магов, которых она наверняка знала!
‑ Мэтр Ирвинг, – пробормотал Саймон, как‑то вдруг тоже погаснув. ‑ Вот это было совсем нечестно… Мы только потом узнали…
Мэтр Ирвинг?! Такой веселый и добрый, так интересно рассказывающий о нечисти?! Еще совсем не старый и влюбленный в Аделин Мэрли с факультета целителей… Это была страшная тайна Аделин, поэтому о ней знали все девочки, кроме самых младших, и никто ей не завидовал, наоборот! Помогали влюбленным встречаться, передавали записки и украдкой вздыхали об их прекрасной, такой романтичной и невозможной любви. Девица из Трех Дюжин и бедный дворянин… Правда, сама Айлин была незнакома с Аделин ‑ только слышала разговоры Иоланды и ее подруг, но очень сочувствовала влюбленным.
Она на миг представила, что вот если бы Дункан… нет, никаких демонов, ни за что! Просто предложил расторгнуть помолвку! И едва не закричала ‑ так больно сжалось сердце. А ведь это она только что придумала сама! Аделин же пришлось намного хуже… Потерять возлюбленного! Да еще так страшно!
‑ Бедная Аделин, – пробормотала она невольно.
‑ Аделин? ‑ удивился Саймон. ‑ Какая Аделин? Мэрли? С которой Дарра ходил на Вишневый Бал? Вы что, дружили? Я не знал!
‑ Нет, – вздохнула Айлин. ‑ Мы не общались. Просто я слышала… говорят, она очень славная. И магистр Бреннан ее хвалит.
‑ Хвалил, – поправил Саймон. ‑ Она тоже погибла. Жалко! А почему ты назвала ее бедной?
‑ Полагаю, милая Айлин имела в виду, что леди Мэрли была влюблена в мэтра Ирвинга, – изрек Дарра, неодобрительно взглянув на друга. ‑ Саймон, ты…
‑ Да‑да, знаю. Бестактен, – буркнул Саймон, неловко ероша волосы на затылке. ‑ Я не знал. И правда, жаль… Ну, зато теперь они вместе в Претемных Садах… И еще… – продолжил он как‑то неуверенно, поглядывая на нее почему‑то с опаской. ‑ Та итлийка с твоего курса, помнишь? Она вроде как прикрывала свою подругу и тоже погибла.
Ида?! Айлин задохнулась, не в силах поверить в услышанное. Прекрасная, гордая, талантливая Ида? А ведь они могли бы, наверное, подружиться ‑ теперь, когда обе побывали в настоящем бою. Или совсем наоборот… Но все равно они должны были еще шесть лет учиться вместе, насылать друг на друга порчу и подстраивать глупые мелкие пакости вроде той истории с Дереком. Да, именно глупые и мелкие! После Разлома та история выглядит настолько незначительной! А теперь ничего этого уже не будет?! Ида погибла, прикрывая Лионору? Лионору, которую, как шептались злые языки, держит при себе, чтобы казаться еще красивее и умнее?!