Остаться друзьями (СИ)

— Хочешь еще?..
— Да… Хочу. Сильнее, Ник!
Толчки стали чаще и жестче, давление на клиторе усилилось.
— Так, Камила? — донеслось до меня как-будто издалека, — ты хочешь, чтобы я трахал тебя жестко?
— Да, Ник! Да!
Меня захлестнуло желание. Я кричала во весь голос, наплевав на соседей и свою, канувшую в лету, скованность. Мой мозг отключился, а тело жаждало лишь одного. Избавления от нестерпимого жара в месте, где ударялись наши тела.
— Кончи, детка! — услышала я, — Давай, сделай это!
Захлебываясь собственным криком, выгнулась, хватаясь руками за спинку кровати и утонула в цунами блаженства.
— Бл@дь… — чуть не плача, прохрипел Ник, прижимаясь к моему виску открытым ртом, — ты идеальная…
Содрогнувшись несколько раз, он упал на меня, трепетно сгребая в объятья.
— Ник… Я думала, умру…
— Я тоже…
Считает ли он меня таковой или я стану для него одной из… Этого я не знала. Он добился своего и, возможно, уже завтра вечером будет точно также лежать в другой кровати.
Мои тоскливые рассуждения прервало настойчивое жужжание телефона Ника. Тускло отсвечивая в потолок, он, вибрируя, начал двигаться по поверхности прикроватной тумбы.
— Ник.
— М?
— Телефон…
Посмотрев на экран, Никита чертыхнулся под нос, но вызов принял.
— Да?.. Нет… — глухим спросонья голосом отвечал он звонившему, — потому что я не дома… Какая разница, где?!
В трубке заорал мужской голос и до моего слуха долетели слова: «у бл@дей». Неосознанно сжавшись, я подтянула одеяло до подбородка. Ник, вероятно, заметил мое движение, потому что, повысив голос, прошипел в трубку:
— Три часа ночи, отец! Поговорим завтра.
Отбившись, он выключил телефон и с раздраженным вздохом упал на подушки.
— Он тебя разбудил?
— Нет, я не спала.
Он развернул меня к себе и уложил на свое плечо.
— Ник? Зачем ты сказал про юбилей отца? Для чего было врать? — меня обидела эта ложь, и молчать я не собиралась.
— Я не врал. У него действительно юбилей сегодня. Полтинник.
— Почему ты не пошел?
— Пошел, — ответил Никита, вплетая пальцы в мои волосы, — поздравил, подарил подарок и свалил.
Отчего-то я сразу поверила ему и, невольно расслабившись, теснее к нему прижалась.
— Вы поссорились?..
— Это долгая история. Ничего серьезного, — его рука накрыла мою грудь, а пальцы сжали сосок.
Мое тело тут же откликнулось, наполняясь уже знакомой теплой негой. Потеревшись об него, я прижалась губами к быстро бьющейся венке на шее. Легонько лизнула, пробуя на вкус гладкую кожу, и зарылась носом ему за ухо.
— Кошка, — прохрипел Ник и перекинул мою ногу через себя так, что я оказалась сидящей на нем верхом.
В голове пронеслась мысль, что таким образом он отвлек меня от разговора об его отношениях с отцом, но пульсирующая твердость между моих ног отогнала ее на задний план.
— Ты снова мокрая, да, Камиллла?..
— А ты снова твердый, Ник? — томно прошептала я, проводя раскрытыми губками по всей длине члена.
Его глаза вмиг потемнели, а у меня самой из горла вырвался приглушенный стон. Потому что вся кровь сосредоточилась внизу живота, заставляя мои бедра двигаться все быстрее.
— Сука… — Никита рывком приподнял меня и, взяв в руку член, приставил головку к входу, — садись!
Видит Бог, я хотела этого так же сильно, как он. Почувствовать распирающую наполненность внутри себя. Скользящее трение тяжелой эрекции о нежные стенки моей вагины… Но я медлила. Опускалась не более, чем на пару сантиметров и поднималась обратно.
Поднявшись на локтях, он, стиснув зубы, наблюдал, как я вбираю в себя его головку и вновь выпускаю ее.
— Охренела?! — выдавил через плотно сжатые челюсти.
Схватил обеими руками за бедра и с силой потянул вниз.
— Пусти… Пусти меня!.. — требовал он.
Сдавшись под его напором, я опустилась на всю его длину и глазом не успела моргнуть, как, крутанувшись, он подмял меня под себя.
— Решила, что ты здесь главная?.. — задыхаясь, проговорил Ник, сжимая мои челюсти, — здесь я трахаю…
Склонившись, словно в наказание, зубами прикусил кожу шеи, и начал методично меня на себя насаживать.
 
— Боже… — выстонала я, закатив глаза, когда почувствовала его палец на набухшем клиторе, — еще, Ник… пожалуйста…
— Хочешь еще?..
— Да… Хочу. Сильнее, Ник!
Толчки стали чаще и жестче, давление на клиторе усилилось.
— Так, Камила? — донеслось до меня как-будто издалека, — ты хочешь, чтобы я трахал тебя жестко?
— Да, Ник! Да!
Меня захлестнуло желание. Я кричала во весь голос, наплевав на соседей и свою, канувшую в лету, скованность. Мой мозг отключился, а тело жаждало лишь одного. Избавления от нестерпимого жара в месте, где ударялись наши тела.
— Кончи, детка! — услышала я, — Давай, сделай это!
Захлебываясь собственным криком, выгнулась, хватаясь руками за спинку кровати и утонула в цунами блаженства.
— Бл@дь… — чуть не плача, прохрипел Ник, прижимаясь к моему виску открытым ртом, — ты идеальная…
Содрогнувшись несколько раз, он упал на меня, трепетно сгребая в объятья.
— Ник… Я думала, умру…
— Я тоже…
  
Глава 24
 
Утром я проснулась раньше Ника. Осторожно соскользнув с кровати, открыла дверцу шкафа, чтобы найти что-нибудь подобающее первому совместному утру. Мой выбор пал на трикотажный топ и джинсовые шорты. Натягивая их, оглянулась на спящего парня.
Закинув руку за голову, он безмятежно спал. Я не смогла удержаться, чтобы не рассмотреть его как следует.
Черт, как же он хорош! Волевое лицо сейчас было расслабленным, исчезла даже его извечная складка между бровей. Губы тоже казались мягкими и чуть полнее, чем обычно.
Дальше мой взгляд спустился ниже и остановился на мерно вздымающейся груди, накачанные мышцы которой отчетливо прорисовывались под загорелой кожей. Найдя глазами родинку в сантиметре от левого соска, сглотнула вязкую слюну. Воспоминания о том, как я вылизывала и целовала ее ночью дали о себе знать тянущим томлением в низу живота.
Никогда раньше не было у меня ничего подобного. Секс с Сашей даже отдаленно не напоминал то, что было между нами с Ником. Нет, с ним тоже было хорошо, и он умел довести меня до оргазма, когда хотел, но в постели с ним я никогда не забывала, кто я и где нахожусь. И не кричала, как будто меня убивают.
Саша в постели заботился больше о своем удовольствии, нежели о моем. Все его движения были словно отточенными, позы эффектными. Как будто нас снимают в порнофильме. В зеркало шкафа он смотрел чаще, чем на меня. Любовался тем, как красиво меня трахает.
Никита же совсем другой. Он брал, глядя мне в глаза, чутко реагируя на все мои эмоции. Не оставлял без внимания ни единого участка моего тела, открывая для меня самой еще ни одну эрогенную зону.
Пока он спал, я решила приготовить завтрак. Омлет с беконом. Почему — то мне казалось, ему понравится. Саша предпочитал утрами протеиновый коктейль, но ведь Ник это не Саша…
— Маня, прекрати орать! — наложила кошке полную миску корма, — у нас мужик спит!
Открыла кран, чтобы ополоснуть руки и услышала звонкую трель входящего сообщения на мой телефон, который, кстати, остался на тумбочке у кровати.
— Вот черт!
Рванула в комнату, но, вбежав, на пороге затормозила. Ник стоял у окна в чем мать родила с прижатым к уху моим телефоном.
— И тебе доброе утро, Зая! — преувеличенно бодрым голосом сказал он в трубку.
— Ник! Отдай! — подойдя, я попыталась забрать гаджет, но была остановлена его рукой, не позволяющей подобраться ближе.
Это Майкл был на том конце провода. С ним сейчас разговаривал Ник. Видимо, увидел сообщение с пожеланием доброго утра и, как всегда решил действовать напролом.
 
— Да, Мих, ты правильно все понял, — с легкой улыбкой на губах, говорил он, наблюдая за моими тщетными попытками вырвать телефон, — забудь этот номер, братан, и дорогу сюда тоже!