Замуж по переписке (СИ)

Как я планирую это делать?! Да она сейчас в два счёта раскусит, что никакая я не жена. Решила схитрить. Зло на неё посмотрела.
- Вы собираетесь присутствовать? Думаете, без вас не справлюсь?
- Я зайду попозже, чтобы забрать грязные салфетки. – тут же отозвалась "влюблённая в свою работу", и спешно покинула палату.
А я зависла над отвоёванным сокровищем. Посмотрела в безжизненное лицо.
- Прости, Серёж. Знаю, что если бы ты был в сознании, не допустил такой самодеятельности, но я не могу позволить, чтобы посторонние девки тебя лапали за все места.
Взяла салфетку, шумно выдохнула и откинула ткань. Оценила фронт работы. Аккуратно провела с одной стороны паховой области, потом с другой. Поняла: как не ходи кругами, но обрабатывать придётся и сам орган. Бросило в жар. Волнение требовало выхода и я нашла способ:
- Знаешь, милый, что меня сейчас успокаивает? Что я не на твоём месте. Если бы ты такое проделывал со мной, я бы предпочла из комы не выходить. Но, с другой стороны, в том, что сейчас происходит, есть и свои плюсы: постепенно привыкну к этому захватывающему зрелищу, и, когда настанет «час икс», не ударю в грязь лицом.
Пока болтала, проделала всю запланированную работу, и замерла, краснея, но любуясь на результат. Он впечатлял. Натёртое до блеска мужское достоинство «восстало из мёртвых». Озадачилась вопросом: а разве в коме эрекция бывает? Ещё немного потаращилась, и прикрыла прекрасный вид от посторонних глаз. А то ходят тут всякие.
- Ну всё, любимый, после такого я просто обязана на тебе жениться... – сама пошутила, сама посмеялась. Нервно.
До вечера просидела у постели. Держала Сергея за руку, и рассказывала истории из своей жизни. Потом приехал папа: пригнал машину и привёз ноутбук. После того как он ушёл, почитала информацию про кому. А перед сном, чтобы успокоиться, посмотрела старый добрый фильм «Девчата».
На кушетке спалось как на дровах. Поэтому большую часть ночи вертелась, ходила по палате и периодически приставала к Сергею с поцелуями. Доступны были только щёки и один уголок рта, поэтому к утру они были зацелованы в хлам. Мне даже показались, что кожа в этих местах стала чуть розовее.
Утром не выспавшаяся и помятая поехала домой. Приняла ванну, поела и немного вздремнула.
Вернулась в больницу к обеду. Вместо Димы сидел другой парень. Не такой приветливый: сурово представился Кириллом. У меня появились к охраннику вопросы, но в палете что-то происходило, и я оставила их на потом.
Возле Сергея находился незнакомый врач и медсестра. Последняя меняла повязку на голове.
Я заволновалась.
- Что-то случилось? Обход ведь с утра должен был пройти.
- Не стоит так переживать, девушка. – отозвался мужчина. - Просто медсестра заметила повышенную мозговую активность больного. Вот я и пришёл проверить, всё ли в порядке.
- И как, в порядке?
- Не могу сказать, что в полном, но гораздо лучше, чем было вчера. Ваш родственник явно хочет жить.
- Конечно хочет! – обрадовалась я. – Пусть только попробует не хотеть!
Врач улыбнулся и покинул палату. Медсестра, закончив бинтовать, попросила меня мерить Сергею температуру каждые два-три часа, фиксировать её в журнале, и тоже ушла.
Взяла Серёжку за руку, чмокнула в щёку и спросила:
- Не потерял?
Рассказал где была и чем занималась. Почувствовала, как он едва заметно сжал мою ладонь. Решила, что это рефлекторное движение. Вчера вычитала, что такое возможно.
После обеда пришли молодой парень с тазом воды в руках и крепкая тётка «за пятьдесят». Последняя с улыбкой сообщила, что у больного «банный день с массажем и девочками». Сопровождающий её парень посмотрел на шутницу с упрёком, потом покосился на меня и покраснел. И женщина уже более серьёзно добавила, что моего красавчика нужно не только помыть и обработать, но и сменить постельное бельё.
Вышла в коридор, чтобы не мешать. Уж к этой санитарке я своего мачо точно не ревную. Пусть моет, массажирует, смазывает.
Упёрлась спиною в стену.
- Кирилл, а зачем Сергея охранять, ему что-то угрожает?
 
- Светлана Александровна, вам не о чем беспокоиться, всё в порядке. – ловко выкрутился парень. Но он, видимо, был не в курсе, что я журналист, и так просто не сдамся:
- Вы не ответили на мой вопрос.
- Служба безопасности должна охранять. Вот мы и охраняем.
- От кого?
- Ни от кого, а на всякий случай.
Вздохнула. Поняла, что от этого ничего не добьёшься, даже если его пытать. Пошла на балкон подышать свежим воздухом.
Воздух был морозным, и я быстра замёрзла. Вернулась в палату. Помощника санитарки уже не было.
- Вы вовремя. – обрадовалась тётка. – Поможете, а то от это практиканта никакого толка. Опять куда-то убежал.
И стала раздавать команды. Послушно делала всё, что она говорила. И между делом выспрашивала:
- А вы давно работаете в больнице?
- Да уже тридцать лет почти. – охотно отозвалась женщина.
- И что, много за это время больных в коме видели?
- Не так чтобы много, но ваш точно не первый. И я их не только видела, но и вот так вот каждого обхаживала.
- А скажите, — я наклонилась к ней ближе и зашептала на ухо, — такие больные могут как-то реагировать на прикосновения.
- Всё зависит от глубины комы. А чего шёпотом-то?
Я почувствовала, как порозовели щёки.
- Вчера, когда я обрабатывала его …там…, — указала глазами на обсуждаемую область, — он возбудился.
Санитарка хохотнула.
- Так радуйся! Значит любит, если ты его даже в таком состоянии возбуждаешь. – санитарка вдруг перешла на «ты». Видимо решила, что после таких откровений можно. - Врачу-то говорила?
- Нет. Неудобно мне как-то об этом ему говорить.
- Ой, странные вы - девки! С врачом, как с батюшкой на исповеди, обо всём можно разговаривать. Они ведь, когда на работе, — существа бесполые. – тётка продолжала посмеиваться. – Недавно, наверное, поженились? Краснеешь как девственница.
Помнила указание врача про убедительную игру в супругу, но врать этой женщине не хотелось, поэтому просто кивнула.
Закончив процедуры, санитарка ушла, а я подсела к Сергею. Взяла за руку и поинтересовалась:
- Правда, что ли любишь?
Всматривалась в лицо, ожидая хоть какого-то знака. Но чуда не случилось.
– Ну ничего, у тебя ещё будет возможность мне объясниться. – успокоила его и себя. Померила температуру, записала показания в журнал, и села за работу: если не передумаю увольняться, меня наша грымза не отпустит, пока я ей все незавершённые материалы не доделаю.
Так втянулась в работу, что не заметила, как за окном стемнело. Желудок громко сообщил, что не мешало бы уже и поесть. Отложила ноутбук, встала, размяла шею и, взглянув на Сергея, испуганно замерла.
  
Глава 21. Возвращение
 
Он смотрел в потолок стеклянными глазами. Подскочила, ткнула в кнопку вызова и зависла над бледным лицом, не зная, что делать. Тут ещё аппарат какой-то запищал, добавив страхов.
- Серёжка миленький, родненький, ты только не умирай, слышишь? Врачи сейчас придут. Держись. Ты не можешь меня оставить. Не имеешь права. Я не смогу без тебя…
В палату стремительно вошли двое мужчин и медсестра. Меня выставили в коридор.
Металась по нему взад-вперёд, не зная, куда себя деть. Взывала к Богу, ко всем силам, которые только могла вспомнить.Охранник пытался меня успокоить, но какое там...
Время стало вязким и тянулось бесконечно.
Наконец, из палаты выглянула медсестра, и знаком пригласила войти. Рванула, как беговая лошадь на старте.
- Что с ним? Он жив? – с порога обратилась к ближайшему врачу.
- Жив, жив, успокойтесь, — отозвался он, — а то, судя по виду, ещё немного и вам потребуется реанимация.
Второй добавил:
- Очнулся ваш супруг.
Чуть-чуть не добежала до постели, была остановлена.
- Осторожнее, пожалуйста. – предупредил доктор. - Он по-прежнему послеоперационный больной, и переломы никуда не делись. Первое время говорить не сможет, возможна небольшая заторможенность. Но он вас видит и слышит.