Невыносимая невеста, или Лучшая студентка ректора (СИ)

— Интересно-интересно. И ты уже придумал задание?
— Пока нет. Но я над этим работаю.
Яну хотелось чего-то более действенного, чем заставить её переписывать главу из учебника в тетрадь, как он обычно поступал с нарушителями дисциплины.
— Кстати, я ведь пришёл не просто так, а рассказать о небольшом проведённом мной расследовании, — Энтони заговорщицки прищурился.
— Любопытно.
— Сегодня после занятий я несколько часов провёл в архиве. Угадай, что я там делал?
Ян усмехнулся. Они с братом были очень похожи. Не столько внешне, сколько ходом мыслей.
— Интересовался историей рода Ольшанских?
— Именно. И знаешь, что нарыл? Метка Ольшанских не может появляться самопроизвольно. Ни при каких условиях. Только у представителей рода. Так что наша землянка — однозначно Ольшанская.
Ян благодарно улыбнулся. Ему сегодня не дали закончить дела в архиве, зато, спасибо брату, он сделал работу за него.
— Значит, кто-то из Ольшанских двадцать один год назад наведывался в земной мир. Осталось только понять — кто, — продолжил мысль Энтони.
Да в общем-то, круг подозреваемых узок. У Ольшанского-старшего двое младших братьев. Значит, отцом Валерии является кто-то из них. Хотя самого Ольшанского-старшего Ян тоже не исключал.
Стационарный кристалл на столе Яна замигал красным, оповещая, что получено сообщение. Он приложил ладонь к шершавой поверхности, чтобы прочитать.
— Что там? — поинтересовался брат.
— Это сообщение от Ольшанского. Лёгок на помине. Уже выехал из столицы. Завтра утром будет в академии.
Глава 8. Явился — не запылился
Глава 8. Явился — не запылился
Действие йонского успокоительного зелья, которое поднимает настроение и делает мир вокруг тебя милым, закончилось к ночи. На Валерию обрушилось осознание, что её жизнь круто изменилась и не факт, что к лучшему. Спасибо Тересе — она чувствовала, что подопечной не по себе и успокаивала, как могла — а именно, студенческими байками.
Они сидели за столиком у окна в своей комнате. У каждой было по чашке мятного чая. В тарелке — имбирное печенье.
— Когда Муачо переместили из его мира в наш, он тоже очень тосковал, — начала Тереса очередную историю. — Чтобы его успокоить Филипп сварил специальное зелье из своих травок. У зелья мягкое действие — оно вызывает сонливость и умиротворение. Но по цвету оно мало чем отличается от обычного чая. И вкус тоже ничем ни примечательный — чай и чай.
Валерия улыбнулась. Она догадалась, какое будет продолжение у этой истории.
— Кто-то выпил это зелье по ошибке, приняв за чай?
— Да. Наш красавчик Марчел. Они с Филиппом в одной комнате живут. А у Марчела в этот день свидание намечалось. Да не с кем-нибудь, а с неприступной Николой из первой группы. Она его долго игнорировала, но тут всё же согласилась. Они пошли в студенческий клуб — он у нас по выходным работает. Там можно в кегли сыграть или в пентих. При случае сходим, я тебя научу. Так вот, говорят, наш Марчел разомлел под действием зелья и уснул прямо на игровом поле среди кеглей. Ещё и парочку себе под голову подложил вместо подушки. А потом…
Закончить Тереса не успела — у неё в кармане завибрировал мобильный кристалл — это пришло сообщение от старосты первой группы.
— Мне надо недолго отлучиться, — она вышла из комнаты.
Интересно эти магические мобильные кристаллы устроены. Сообщение можно прочесть, просто приложив ладонь к шершавой поверхности. Валерии ещё ни одного сообщения ни от кого не приходило, поэтому она не представляла, как это — читать ладонью. Хоть бы уж кто-нибудь что-нибудь чиркнул, что ли.
Заметив, что Валерия осталась одна, тоска коварно решила вернуться, но не тут-то было. Раздался стук в дверь, и через секунду в комнату цокающим ураганом ворвалась Моника. Она наверно и спит в каблуках.
— Хотела с тобой поболтать. — Моника устроилась на стул, где только что сидела Тереса. — А правду говорят, что в земном мире можно полностью переделать себе лицо, если оно не нравится?
 
— Ну-у… не полностью, но чуть-чуть подправить можно. Губки накачать, носик подкоротить, морщинки разгладить.
Моника оживилась:
— Ого! А ты переделывала?
— Нет, конечно, — рассмеялась Валерия. — Во-первых, меня во мне всё устраивает. А, во-вторых, это недешёвое удовольствие.
— Я бы тоже не стала, — согласно кивнула она головой. — Тем более, когда есть более простой способ, — Моника заговорщицки улыбнулась и открыла перед Валерией небольшую коробку, которую принесла с собой. Содержимое очень сильно напоминало косметический набор. — Это тебе. У меня ещё есть.
Валерию тронул презент. Сама она не была таким уж большим фанатом косметики, но знала, что Моника подарила то, что считала самым ценным.
После её ухода в одиночестве Валерия оставалась недолго. Новым гостем оказался Филипп. Он тоже пришёл не с пустыми руками — а с чашкой умиротворяющего зелья, которое сварил специально для неё. Оказалось, это то самое, которое он когда-то делал для Муачо, но досталось оно Марчелу.
— Мне тогда пришлось Марчела из клуба забирать, — добродушно усмехнулся Филипп и сделал жест, будто забрасывает мешок картошки на плечо.
Пока Валерия рассуждала пить или не пить умиротворяющее зелье, на пороге появился новый визитёр — Муачо.
— Я дарить тебе талисман, — объяснил он цель своего визита, протягивая ей подвеску в виде крокодила с крыльями.
— В вашем мире водятся летающие крокодилы? — удивилась Валерия.
Мерзковатые, наверно, создания.
— Нет. Крокодилы в нашем мире не уметь летать. Они строить гнёзда не на деревьях, как птицы, а прямо на воде. Но крылатый крокодил у нас символизировать удача.
Воображение нарисовало огромное плавучее гнездо и крокодилиху в нём, высиживающую яйца.
— Спасибо, — Валерия не знала, насколько искренней получилась улыбка.
Она помнила предупреждение Тересы относиться к Муачо с осторожностью, поэтому не решилась надеть талисман на шею, а отправила его в ящик комода. Кто его знает, что в их мире считается удачей.
И почему Валерия не удивилась, когда снова услышала стук в дверь? Кто на этот раз? На этот раз красавчик Марчел. Он картинно опёрся на косяк плечом, скрестил руки на груди и произнёс:
— Как жаль, что этот чудесный вечер мы так и не провели вместе, — его ослепительной улыбкой можно было небольшое помещение осветить.
— Чего тебе? — закатила глаза Валерия.
— Позволь, хоть чаю с тобой выпить, если не позволяешь свидание, — он, не дожидаясь приглашения, прошёл в комнату и сел на стул Тересы.
Валерия едва успела отставить от него чашку с умиротворяющим зельем Филиппа.
— Ээээ… — возмутился он и потянулся рукой. — Мне нужен хотя бы глоток воды. Твоя неотразимая красота сушит мне горло.
— Марчел, на меня твои ловелаские приёмы не действуют, — усмехнулась Валерия. — И если уж так сильно хочешь выпить из этой чашки — пожалуйста, но имей в виду, что там зелье Филиппа.
Пить из чашки Марчелу расхотелось, зато он с удовольствием принялся рассказывать историю о том, как однажды ходил на свидание под действием этого «чайка».
— Коварная микстура, — заверил он. — Мне всё стало казаться таким милым. Даже страшненькая подружка Николы, с которой мы пересеклись в клубе. Я начал за ней ухаживать. Столько комплиментов, сколько я ей тогда сказал, она не слышала наверно за всю свою предыдущую жизнь. Можешь представить, как на это отреагировала Никола? Она же в фурию превратилась. Поэтому свидание с Николой пришлось прервать раньше времени. Зато мы провели прекрасный вечер в обнимку с её подружкой.
Вот прохвост.
— А я слышала другую версию событий, — приподняла бровь Валерия. — Зелье свалило тебя с ног, и ты уснул в обнимку с  кеглями.
— Это было уже потом, — виртуозно выкрутился уличённый Марчел и, окатив волной обаяния, спросил: — И кстати, как ты смотришь на то, чтобы пойти со мной в клуб в ближайшие выходные?