Непристойное предложение (СИ)

Аристократы заметили наш роман значительно позже. Стивен ведь не женился.
Он считал, что брак — это глупость. И часто говорил, что мы с ним намного больше, чем какие-то глупые традиции и обычаи. Наши чувства выше!
Вот только люди так не считали. Пара подписанных чеков для меня, пара украшений. И Корнвелл знал, с кем именно спит один из самых завидных холостяков. А это значит, что можно смело тыкать в нее пальцами на рынке и кидать презрительные взгляды на улице.
Сесиль росла. Она становилась все хуже и капризнее с каждым годом. Иногда она была груба и очень жестока, особенно ко мне.
Росли и аппетиты моей матери, она требовала все больше и больше. Я практически не оставляла себе подарков Стивена. Да и зачем они мне? Вот куда служанке одевать драгоценные камни. А вот матушку они очень радовали…
Отношение своей младшей сестры ко мне Стивен игнорировал, а я… А я любила ее, не меньше Стивена. Прощала ей разные выходки и обидные слова. Немудрено, ведь своего ребенка у меня не было.
Мы жили странной семьей. Стивен, я и Сесилиь. Но если мои любимые люди появлялись у всех на виду и вели счастливый образ жизни, то я прозебала свою жизнь в четырех стенах поместья Нелл.
Все знали, кто я. Служанка, содержанка, женщина с грязной репутацией.
Но я терпела, ради Стивена и Сесиль. Ради наших теплых вечеров в летнем домике вдалеке от всех. Ради его поцелуев и обещаний в любви.
Но годы продолжали идти. Я становилась взрослее и уже пустые обещания меня не устраивали. Однажды я завела со Стивеном разговор о браке. Уже давно все знали, что мы вместе. Так почему бы нам не жениться? Тогда бы я смогла завести детей… В тот вечер Стивен кричал на меня так, как никогда в жизни, а после хлопнул дверью и ушел. Я больше не заводила этот разговор, но вот хлопать дверьми и кричать он не перестал.
С годами я стала замечать, что Стивен становился раздражительней, Сесиллия еще более несносной.
Сначала были только обидные слова, упреки, но потом все стало хуже. Стивен мог кинуть вазой если я говорила, что меня что-то обижает. Стал более жадным и угрюмым.
Он перестал дарить мне подарки. Мать упрекала меня, что я неблагодарная и поэтому он так себя ведет.
Но моей вины не было. Вскоре я поняла, что Стивен изменял мне. Однажды я поймала его с поличным. Он не просил извинений, просто приказал, чтобы я вышла и закрыла дверь.
Тогда я окончательно поняла, что хочу уйти. Но уйти мне было некуда. Я написала матери, а она лишь упрекнула меня. Сказала, что, если я приеду, она в тот же день выставит меня за дверь. Это был не совет, приказ остаться. И мне пришлось его послушать, как бы не было мерзко и больно.
Я перестала любить Стивена. Любила только Сесиль. После того как наши отношения разладились она стала лучше относиться ко мне. Она была тяжелым человеком, капризная и злая. Но бывали моменты, когда она вела себя как сущий ангел. И вот такие моменты привязывали меня к этой девочке.
Ближе к моим сорока Сессиль вышла замуж. На свадьбу меня не позвали, чтобы не портить праздник.
После ее уезда стало сложнее. Я думала, что Стивен выставит, мня в тот же день, но он оставил. Теперь я убирала дом, выбивала ковры и вытирала пыль.
Что заставило его меня оставить все еще загадка. Наверное, ему нравилось надо мной издеваться. Он по-прежнему платил мне высокое жалование и по-прежнему был слишком груб. По-прежнему хлопал дверьми и кричал. Но я уже к этому привыкла.
Матушка жалела меня в письмах, каждый месяц, когда я отправляла жалование. Я понимала. Что ее слова фальшь, но я держалась за них. Ведь больше у меня ничего и никого не было. Даже Сесиль не отвечала на мои добрые послания.
Человеку нужно кого-то любить, чтобы жить. Особенно если сам себя он любить не умеет.
Когда у Стивена был юбилей и ему исполнялось сорок пять, он сказал, что решил жениться. Вот так просто на молодой аристократке. Мне на тот момент было чуть больше сорока. Мы прожили вместе больше двадцати лет, и он просто вычеркнул их из жизни.
Я больше была не нужна ему как любовница и как служанка, о чем он мне и сообщил, подписав чек и попросив поскорее собрать чемоданы. Он сказал, что влюбился.
 
Я написала Сесиль и она ответила, чтобы я больше не смела писать ей. Ведь я порчу ее репутацию, своей грязью.
Мне пришлось вернуться домой. Матушка была так рада меня увидеть, что даже не выслушала причин, просто вышвырнула чемоданы на улицу, сказав, что я ей больше не дочь.
Так я осталась без семьи, ведь за эти годы так и не завела ребенка. У меня не было никого к кому я могла бы пойти, и кто принял бы меня.
Тот, кто сказал бы меня думать головой. Отругал бы за глупые чувства. Человек, который стоял бы на ногах и мог бы помочь мне в любой ситуации.
В момент, когда я хотелось сдаться, я приняла важное для себя решение. Уехать столицу, где меня никто не знал. Стивен написал мне хорошее рекомендательное письмо, и я быстро нашла работу в семье Фокс, в этот раз в роли няни. В этой семье я встретила Элеонору.
Она отличалась от своей сестры. Была более бойкой и никогда не лезла в карман за словом. Маргарет младшая из сестер была настоящей леди, она умело врала, манипулировала родителями и Эли. За это старшей всегда доставалось.
Она была другой, не такой как я привыкла. После Сесиль, это был огромный контраст. Она была искренней и настоящей, огромная редкость среди аристократов. Как и положено в семье Фокс лорд и леди большую часть времени посвящали делам, разъездам и приёмам.
Поэтому у меня было достаточно времени с девочками наедине. Настолько много, что мои раны начали затягиваться от детского смеха и их живого ума.
Я любила обеих девочек. Но Элеонора стала для меня как дочь. Мы много разговаривали, секретничали, она приходила ночами и просила прочитать ей сказку, если снились кошмары.
Я боялась, что она вырастет и станет другой. Но нет. Она выросла замечательным человеком.
Могла ли я подумать, что мою любимую Эли постигнет похожая со мной судьба. Я тяжело уходила из семьи Фокс. Но приняла это решение, так как понимала, что в няни больше в этой семье не нуждаются. Маргарет проводила меня сухо, а вот Элеонора рыдала и плакала. Только обещание, что я всегда буду рядом заставило успокоиться ее хоть на немного.
Все это время я жила на собственные средства, которые зарабатывала, да и с них у меня оставалось достаточно. Чек подписанный Стивеном я не хотела использовать. Но прошли года, затянулись раны, и я стала относиться к деньгам, как к деньгам.
Поэтому собрав все что у меня было, я открыла лавку, где смогла зарабатывать тем, что умела, шитьем. Элеонора приезжала ко мне много раз. Она делилась своими горестями, подозрениями о женихе, и я…молчала. Да, именно молчала. Я посчитала, что старшая леди Фокс лучше подскажет дочери, чем я. А ведь внутренне чутье кричало о том, что жених моей Эли человек нехороший!
Так все и оказалось. Сорванная свадьба, трагедия с потерей родителей, предательство со стороны родственников и Элеонора оказалась в отвратительной ситуации.
У нее не было никого кроме меня. Я поверила каждому ее слову, помогала ей каждый день. Моя Эли такая благодарная без спроса начала учиться шить, делать все по дому, носила тяжёлые корзины. Я не знала ни одну леди с такой чистой и доброй душой. Несмотря на все интриги ее тетки, на ужасные слова со стороны сестры и всего общества. Моя Эли держалась.
Мое дело пошло ко дну. Эти аристократы, жестокие и бессердечные они решили уничтожить мою девочку во что бы то не стало. Но я ни на минуту не думала сдаваться. Я была уверена, что слухи улягутся и однажды все уладится, пока не появился герцог Кейм.
И тогда Элеонора снова сделала ошибку, снова пошла по моей судьбе. И чем больше она по ней шла, тем больше я злилась от бессилия не зная, что делать дальше. Ведь меня она не слышала.
Влюбленную девушку не переубедить, ошибки Элеоноры останутся ее ошибками. Я поняла, что не смогу повлиять на ее решения, не смогу убедить или заставить разлюбить. И тогда я пообещала себе, что сделаю для нее хотя бы одно, то что никто не сделала для меня.