На диких берегах

Подобно благородному рыцарю, Дилан опустился на одно колено перед Бонни и поцеловал кисть её руки.
– Если это наша последняя встреча, то пусть она будет такой, – он улыбнулся.
– Не говори так, Дилан, – тронутая его жестом и словами, проговорила Морган. – Пойдём, осмотрим всё, пока основная часть жителей находится на поляне.
– Да, конечно, идём, – поднявшись, ответил шотландец.
Вскоре они были на месте. Поселение встретило их безмолвием.
– Здесь так тихо, будто никого нет, – заметила Бонни, сравнивая тишину и спокойствие, что царили вокруг, с оживлением на поляне с камнем.
– Так только кажется. Хассет никогда не оставляет поселение без охраны, – заверил Дилан. – Нам нужно быть начеку, шаюти обычно несколько, и они, как правило, вооружены.
– Как бы хотелось застать папу здесь отдельно от остальных, – оглядывая уютные глиняные домики с соломенными крышами, сказала Бонни.
– Это было бы идеально, – согласился Дилан. – Идём, и пусть наши поиски увенчаются успехом.
Бонни и Дилан, ступая как можно тише и осторожнее, пробрались в поселение. Первым делом шотландец провёл Морган к хижине Фрэнка. Она ничем не отличалась от остальных, её стены имели форму правильного квадрата. Окна на боковых стенах и вход были завешены сухими лианами, словно шторами.
– К сожалению, тут никого нет, – произнёс Дилан, заглядывая в хижину через одно из окон.
Несмотря на замечание шотландца, Бонни подняла лианы, что служили заменой двери, и вошла внутрь. Почти упираясь головой в потолок, Морган обвела взглядом помещение, в котором не было ничего, кроме соломенного лежака, одиноко стоящего в углу.
– С моей «кроватью» здесь было более уютно, – усмехнулся Дилан, последовавший за Бонни.
– Эта хижина будто нежилая. Здесь нет никаких вещей, – задумчиво проговорила Морган.
– Канески хранят свои вещи под матрасом. Мы с Фрэнком делали так же, – Дилан приподнял лежак, и на его месте Бонни увидела кусок выцветшей ткани.
– Тут и правда кое-что есть! – Морган подобрала находку и пригляделась к потускневшему узору. Она узнала его. Едва сдерживая слёзы, Бонни прижала платок к груди. – Это же тот самый платок, который я подарила папе перед его отъездом! Мы на верном пути! Я верю, папа где-то совсем рядом!
– Я тоже на это надеюсь, пойдём, поищем дальше! – поддержал её Дилан, и они продолжили поиски, осматривая всё вокруг.
«Мы уже почти всё обошли, но папы нигде нет. Папочка, ну где же ты?» – загрустила Бонни. Вдруг откуда-то из рощи, окружающей поселение, послышались приближающиеся шаги и голоса.
– Винэс зусан! – крикнул один.
– Имхоре ки! – второй ответил.
– Это шаюти! Уходим! – скомандовал Дилан.
– Один из голосов очень похож на папин! – Морган напряглась всем телом, прислушиваясь. – Что, если папа среди них?
– Даже если так, нас не должны увидеть остальные, – предостерёг её Дилан.
– Ты прав. Давай спрячемся среди тех кустов, – Бонни кивнула в сторону растительности. – Отсюда их будет видно, тогда и узнаем, кто идёт.
– Хороший план, – одобрил Дилан.
Они спрятались в гуще папоротниковых зарослей в тот самый момент, когда несколько шаюти, увлечённые беседой, вышли из рощи. Они с надеждой вглядывались в лица проходящих мимо аборигенов, Бонни мечтала увидеть отца.
– Папы среди них нет. Но ведь мы обошли уже всю деревню… – девушка разочарованно вздохнула.
– Не отчаивайся, Бонни. Несколько хижин мы ещё не осмотрели, – ободряюще произнёс шотландец. – Может, Фрэнк мирно спит в одной из них.
Вдруг Бонни заметила сосредоточенный взгляд одного из аборигенов, который обернулся, глядя прямо на кусты, где скрывались они с Диланом. «Бр-р, ну и взгляд…» Шея Морган покрылась легкой испариной. В то же мгновение абориген отвёл глаза и последовал за остальными.
– Я уж думала, он нас заметил, – Бонни облегчённо выдохнула.
– Тс-с, он идёт сюда! – прошептал Дилан, и Морган с неприятным предчувствием стала осторожно отступать назад, вжимаясь в кусты.
Неожиданно среди напряжённой тишины раздался громкий хруст веток под её ногами. «Вот чёрт!» – мысленно выругалась Морган.
 
– Кей до? – вопросительно бросил один местный.
– Санори! – аборигены заговорили о чём-то между собой.
– Уходим, Бонни! – Дилан выскочил из зарослей и рванул в противоположную сторону от аборигенов.
Бонни немедленно поспешила за ним под дикий вой.
– У! А-а-а-а-а-а! У-у-у-у-у-у-у! Аху! У-у-у-у-у-у! – кричали аборигены им вслед.
Через считанные секунды ещё несколько местных выбежали на громкий зов своих собратьев с разных сторон поселения. Лица дикарей были встревоженными, в руках каждый из них сжимал острое копьё.
– Гу а ру! – прорычал кто-то.
– Арэу! – ему ответили.
Бонни и Дилан сломя голову понеслись по поселению.
– Папа, если ты здесь, отзовись! – кричали они на два голоса. – Чёрт возьми, Фрэнк! Здесь твоя дочь Бонни, а ты где, Морган?
– Пау Дылан? – словно из ниоткуда возникли два коренастых дикаря и преградили им путь.
Абориген ткнул пальцем в сторону Дилана, и его товарищ, как по команде, поднял копьё, ринувшись на шотландца.
– Дылан! – воскликнул местный.
– У! А-а-а-а-а! У-у-у-у-у! Аху! У-у-у-у-у! – снова раздался вой.
– Бонни! Уходим! – прокричал шотландец и вместе с Морган со всех ног помчался прочь.
Хоть Бонни казалось, что они летят со скоростью света и небольшая с виду деревня вот-вот должна закончиться, бежать ей с Диланом пришлось довольно долго. Неожиданно после очередной улочки с хижинами впереди встала высокая изгородь из бамбука.
– Чёрт! С каких пор они стали ставить заборы? – пытаясь разрушить изгородь, бушевал Дилан.
– Дальше пути нет! Что будем делать? – запаниковала Бонни.
– Бежим назад! – ответил Дилан, развернувшись, но тут же был застигнут врасплох.
– У, а, у! У, а, у! – дикари кричали и собирались вокруг него и Бонни плотным кольцом.
– У! А-а-а-а-а! У-у-у-у-у-у-у! Аху! У-у-у-у-у-у! – их вой оглушал.
«Что же теперь с нами будет?» Нарастающая волна паники и страха накрыла Морган. Дилан оглянулся назад и кивнул на небольшой зазор в бамбуковом заборе. Заслоняя собой Морган, он толкнул её.
– Бонни, беги сюда! Спасайся! Я задержу их! Я возьму их на себя! – кричал Дилан.
– Ты с ума сошёл, Дилан? Это будет неравный бой! – ответила она.
Девушка с ужасом подняла глаза на окруживших их аборигенов. Дикари подступали ближе, озлобленно глядя на ребят и вытягивая копья вперёд, словно намереваясь заколоть их живьём.
– Грау Хан! – рычали они.
– Ибег шор! – враждебно отвечали те, что стояли по бокам.
– Бонни, беги прямо через лес, – проговорил Дилан, обращаясь к Морган. – Как увидишь большой старый баобаб, свернёшь направо и выйдешь к поляне с камнем.
– А ты, Дилан? Как же ты? – в панике закричала Бонни.
– Делай то, что я тебе говорю, Бонни! Прошу тебя! – шотландец ринулся в бой, отбиваясь от множества копий, направленных на него. – Беги, иначе они убьют нас обоих!
Не помня себя от страха, Бонни заставила себя отвернуться и проскочила сквозь частокол. «Я не знаю как, но верю, что Дилан останется в живых!» – молила она. Утешая себя этой мыслью, Морган скрылась в зарослях леса.
Пробежав значительное расстояние, она остановилась у большого старого баобаба. «Дилан говорил, здесь нужно свернуть направо…» Вспомнив слова парня, Бонни побежала в выбранном направлении. Внезапно пространство вокруг стало наполняться шумом множества голосов, и через мгновение Морган увидела нескольких аборигенов, мчащихся ей навстречу.
– Хей! Хао куэ! У-у-у-у! – кричали они.
«О, нет! Нет! Нет!» – спасаясь от погони, Бонни ринулась назад, но и там её встретили неистовые крики дикарей.
– У, а, у! Касьян аморене! – галдели все наперебой.
– Канески дьяр сао! – бессчётным количеством аборигены окружили девушку и, схватив её под руки, повели за собой.
– Куда вы меня тащите? Отпустите! – стала вырываться Бонни.