Претор (СИ)
поэтому замурлыкал еще мягче:
— Со зрением у меня все прекрасно. Но вы настолько обворо— …
— Прошу прощения за то, что перебиваю, но в моей команде есть и высокоранговые менталисты, способные найти и нейтрализовать «закладки», мешающие вам объективно оценивать окружающую действительность.
— Светлана Рома— …
— «Госпожа полковник»! — рявкнула отставная Валькирия и добавила в голос закаленной стали: — Еще одна фраза в том же тоне — и вы вылетите из самолета даже в том случае, если к этому времени он будет в воздухе!
— Из моего самолета? — вызверился посол и… захрипел. Видимо, оказавшись в чьем-то захвате. А через секунду-полторы до меня донесся преувеличенно спокойный голос Суккубы:
— Во-первых, этот борт не ваш, а стоит на балансе Министерства Иностранных Дел. Во-вторых, гвардии полковник Светлана Романовна Волконская-Шахова всегда выполняет данные обещания. И, в-третьих, вы сейчас на службе, а не в чьем-либо будуаре или борделе. Поэтому извольте переключиться в рабочий режим… хотя… Валь, отправь-ка этого красавца в целительский сон — мы с ним точно не сработаемся. А вам, господа, я настоятельно советую не строить из себя защитников сирых и убогих: займите кресла в начале салона и ждите завершения этого перелета.
Как ни странно, «господа», то есть, личный помощник и телохранитель Лобачевского, послушно выполнили это требование и не возмутились даже тогда, когда Кнут, выполняя распоряжение моей матушки, довольно небрежно усадил «спящего красавца» еще в одно «одиночное» кресло. Впрочем, ауры высокоранговых Одаренных, поляризованные линзы тактических шлемов и непередаваемые ароматы, которыми несло от нашей формы, не располагали к геройствам, поэтому такая покладистость никого не удивила — мы быстренько распределили дежурства и отправили «отдыхающую смену» в салон-спальню. А потом попадали на роскошные диваны, вытянули ноги и… вызвали к себе бортпроводниц. Ибо зверски проголодались и не видели смысла жалеть запасы съестного, имевшиеся на борту…
…Одиннадцать с половиной тысяч километров до Великого Новгорода наш «Байкал» пролетел с одной дозаправкой на каком-то военном аэродроме Италии. Это мероприятие прошло мимо меня — я сдал дежурство и ушел спать на пятом часу полета, отключился как-то уж очень добросовестно и продрых аж до начала второго снижения. Открыв глаза и увидев над собой «странный» потолок, торопливо приподнял голову, огляделся, вспомнил, где нахожусь, и снова расслабился. Вернее, осторожно выпростал правую руку из-под тушки Онна-Бугэйси, отказавшейся от сна на здоровенной двуспальной кровати ради возможности поваляться на роскошном ковре в компании со мной, Валей и Катей. Незаменимая дрыхла ко мне спиной, поэтому я перевернулся на левый бок, приподнялся на локте и обнаружил, что голографическое изображение развернуто не над младшей Цербершей, а над Барыней, лежащей чуть поодаль.
Не успел вглядеться в мелькание ярких пятен на виртуальном экране, как телохранительница еле слышным шепотом пожелала мне доброго утра и сообщила, что заканчивает монтировать видеоотчет о захвате Амару Этэ-Инти из фрагментов записей с нашлемных камер.
«Раз „видеоотчет“, значит, для посторонних и с правками…» — подумал я, коротко кивнул, бесшумно встал и умотал в санузел. А после возвращения улегся на то же место и попросил Варю поделиться последними новостями.
Девушка оторвалась от работы, поймала мой взгляд и задумчиво потерла переносицу:
— В силовых и властных структурах Империи Солнца творится сущий бардак: народ пытается уйти в бега, обращается к серым целителям за спешной сменой внешности, пробует выторговать прощение за счет сотрудничества со следствием или кончает жизнь самоубийством. К половине седьмого утра по времени Великого Новгорода было арестовано более семидесяти человек, еще четыре с лишним десятка уничтожено при задержании и найдено одиннадцать трупов суицидников. Что самое неприятное, Удава втихаря поддерживал и ряд родичей Императора, вот он и взбесился — собственноручно казнил одного из родных братьев, двух двоюродных, пару-тройку племянников и кого-то еще. Далее, информация, полученная во время ментального допроса Амару Этэ-Инти, уже в работе и, вроде как, позволила предотвратить как минимум четыре новые эпидемии. Большая часть уже имеющихся очагов локализована, во всех до единой работают целители, однако паника началась знатная. Особенно на оккупированных территориях: самые предприимчивые граждане, пользуясь неразберихой, пытаются грабить магазины и пункты бесплатной раздачи еды,
на немногих действующих заправках вспыхивают топливные войны, большая часть больниц, госпиталей, частных клиник и особняков высокоранговых целителей фактически осаждены, а на границах Российской Империи, Японии и Халифата вообще творится невесть что…
— Народ рвется в уголки относительного спокойствия? — догадался я.
— Верно, мой господин: наши санитарно-эпидемиологические службы включились в работу, что называется, с полпинка и при поддержке армии, по сути, обнулили шансы появления чумы на наших территориях. Что еще? Ах, да: Мирослава Михайловна, Валентина Алексеевна, Масума бинт Фалах и вторая половина нашей команды благополучно долетели до авиабазы Бочаги, пересели на «Беркуты» и в данный момент направляются в Летний дворец.
— А что у нас потеряла Масума? — полюбопытствовал я, хотя понимал, что прабабка Дауда решила воспользоваться представившейся возможностью и получить как можно больше информации о наших реальных возможностях.
— Информацию! — вторя моим мыслям, усмехнулась телохранительница, посмотрела на «оживший» комм, свернула программную оболочку и встала.
Я тоже проглядел сообщение, отправленное матушкой всей команде, а через пару мгновений зачитал его вслух проснувшимся девчонкам:
— Пять минут до посадки на авиабазе в Бочагах. Вертушки Собственного Его Императорского Величества авиаотряда уже на месте и ждут. В общем, начинаем шевелиться…
Первыми зашевелились Церберши — приложили обновлениями сначала себя, а затем всех желающих, и вместе с ними рванули к туалетам. А я, Варя и примкнувшая к нам Инна отправились в грузовой отсек. Готовиться к высадке. Пока шли через салон-гостиную, поздоровались с «бодрствующей сменой», позаимствовали в мини-баре по бутылке минералки и полюбовались «спящим красавцем», его личным помощником и телохранителем. Хотя нет, не так: убедились в том, что первый все еще спит, и посочувствовали последним, судя по потухшим взглядам, пребывавшим далеко не в самом хорошем настроении.
А потом «Байкал» легонечко коснулся ВПП, пилоты включили реверс движков, и в отсеке воцарился структурированный хаос — «языков» перетащили на рампу и уложили ногами к ее краю, затем перекидали к нему же парашютные сумки и подняли защиты двух стихий. На всякий случай. После чего пострадали. Из-за того, что прилетели на родину «своим ходом», то есть, без «Хозяев Леса» или, на худой конец, «Росомах». Но стоило самолету остановиться, а рампе просесть под ногами, как нам стало не до досужей болтовни — Ика, Агрессия, Щелчок и Волна выскользнули наружу, огляделись, дали добро на выгрузку, и мы, подхватив бессознательные тушки, рванули к винтокрылым машинам…
…Увидев «спящего красавца», Сергей Геннадьевич, встретивший нас на вертолетной площадке, изумленно выгнул бровь и поинтересовался, что Яков Павлович делает в России.
— Продолжает грезить… — язвительно начала старшая сестричка, сделала небольшую паузу и добавила: — … о том, как примажется к нашему успеху!
Реакция Рахманинова приятно удивила — вместо того, чтобы заявить о неуместности подобных шуток или вообще заступиться за действительного статского советника, он холодно усмехнулся и дал понять, что всецело на нашей стороне:
— Он был отправлен в Империю Солнца не за этим. И возвращаться в Великий Новгород вместе с вами ему никто не позволял. Значит, ответит. По полной программе. Обещаю.